Весна, однако. Хорошо.
В нашем околомосковье солнце светит и провоцирует на подвиги, снег вовсю сходит, земля уже видна, и не только она... Но правда же - лучше быть пчелой и видеть кругом прекрасное (цветы), чем мухой, которая обращает внимание только на...
Пятница прекрасна в любое время года. Поэтому отдыхаем. И у меня для вас притча.
Река, начав путь от источника в далеких горах, миновав разнообразнейшие виды и ландшафты сельской местности, достигла, наконец песков пустыни. Подобно тому, как она преодолевала все преграды, река пыталась было одолеть и эту, но вскоре убедилась, что по мере ее продвижения вглубь песков, воды в ней остается все меньше и меньше.
И хотя не было никакого сомнения, что путь ее лежит через пустыню, положение казалось безвыходным. Но вдруг таинственный голос, исходящий из самой пустыни, прошептал: "Ветер пересекает пустыню, и твой поток тоже может совершить это".
Река тут же возразила, что она лишь мечется в песках и только впитывается, а ветер может летать, и именно поэтому ему ничего не стоит пересечь пустыню.
– Тебе не перебраться через пустыню привычными, испытанными способами. Ты либо исчезнешь, либо превратишься в болото. Ты должна позволить ветру перенести тебя к месту твоего назначения.
– Но как это может произойти?
– Только в том случае, если ты позволишь ветру поглотить себя.
Это предложение было неприемлемо для реки. Ведь, в конце концов, никто и никогда не поглощал ее. Да она и не собиралась терять свою индивидуальность. Ведь потеряв ее однажды, как сможет она вернуть ее снова?
– Ветер, – продолжал песок, – именно этим и занимается. Он подхватывает воду, проносит ее над пустыней и затем дает ей упасть вновь. Падая в виде дождя, вода снова становится рекой.
– Но как, я могу проверить это?
– Это так, и если ты не веришь этому, ты не сможешь стать ничем иным, кроме затхлой лужи, и даже на это уйдут многие и многие годы, а ведь это, согласись, далеко не то же самое, что река.
– Но как же я могу остаться той же самой рекой, какой я являюсь сегодня?
– Ни в том, ни в другом случае ты не сможешь статься такой же, – отвечал шепот. – Твоя основная часть переносится и вновь становится рекой. И даже твою теперешнюю форму существования ты только потому принимаешь за саму себя, что не знаешь, какая часть в тебе является существенной.
В ответ на эти слова в мыслях у реки что-то шевельнулось. Смутно припомнила она состояние, в котором то ли она, то ли какая-то ее часть – но так ли это? – находилась в объятиях ветра. Она вспомнила также – да и вспомнила ли? – что эта, хотя и не всегда очевидная, но вполне реальная вещь, выполнима.
И речка воспарила в дружелюбные объятия ветра, легко и нежно подхватившего ее и умчавшего вдаль за много-много миль. Достигнув горной вершины, он осторожно опустил ее вниз. А поскольку у реки были сомнения, она смогла основательно запомнить подробности этого опыта.
– Да, теперь я узнала свою истинную сущность, – размышляла река.
Река узнавала, а пески шептали: "Мы знаем это, потому что день за днем это происходит на наших глазах, поскольку из нас, песков, и состоит весь путь от берегов реки до самой горы".
Не хохлимся больше - незачем. Пора воспарять!
