Глава 12: Искупление или капкан? (Часть 1)
Год пролетел как один затянувшийся вдох. Наш Лев уже уверенно топал по квартире, круша всё на своем пути, и его звонкий смех выметал из углов последние тени прошлого. Мы с Олегом наконец-то начали дышать полной грудью. Лидия Николаевна после череды громких разбирательств и вскрывшихся махинаций с наследством бабушки оказалась под следствием. Ей грозил реальный срок, но из-за «состояния здоровья» и возраста её пока содержали в спецблоке СИЗО.
Судебные приставы арестовали её счета, Соколов лишился лицензии и сам давал показания против своей «благодетельницы», надеясь смягчить собственную участь. Казалось, справедливость восторжествовала.
Но в прошлый вторник в наш почтовый ящик упало письмо. Конверт был простым, без марок, передано через адвоката. Почерк — каллиграфический, знакомый до боли, ни одна буква не дрогнула.
«Сынок. Я знаю, ты ненавидишь меня. И имеешь на это право. Стены здесь холодные, и в этой тишине я впервые услышала свой собственный голос, а не свои амбиции. Я умираю, Олег. Врачи говорят, сердце не выдержит и месяца. Я не прошу прощения — его нельзя заслужить. Я прошу только одной встречи. Я хочу передать тебе то, что не успела. Это касается твоего будущего и будущего твоего сына. Приди один. Последняя просьба матери».
Олег просидел с этим листком на кухне до рассвета. Я видела, как он борется с собой. Одна его часть хотела разорвать письмо и спустить в унитаз, а другая — та самая маленькая часть мальчика, который когда-то верил в «папу-героя» — требовала ответов.
— Марин, я должен поехать, — сказал он, когда солнце коснулось края стола. — Не потому, что я её простил. А потому, что если я не поеду, она будет преследовать меня в мыслях до конца моих дней. Я должен закрыть эту дверь сам.
Я очень боялась. Я знала, что Лидия Николаевна — мастер манипуляций. Даже при смерти она могла сплести паутину, в которой мы запутаемся снова. — Пообещай мне одну вещь, — я взяла его за руки. — Что бы она ни говорила, какие бы тайны ни открывала — не принимай решений там, внутри. Выйди, вдохни воздух и вернись к нам.