Найти в Дзене
Огни Агидели

В клубе «Аулак ой» перелистывали страницы женских судеб

Март в этом году выдался щедрым на солнце. Природа, уставшая от зимней спячки, наконец-то начала пробуждаться, и в воздухе уже чувствовалось дыхание весны. Именно в такое время, наполненное светом и ожиданием тепла, мы отмечаем самый главный женский праздник. В клубе «Аулак ой» («Посиделки») решили не изменять традиции: пусть официальные торжества уже отгремели, но разве можно оставить без внимания 8 Марта, когда душа просит праздника? Встречу, состоявшуюся на последней неделе месяца, так и назвали — «Самая лучшая женщина клуба “Аулак ой”». И это не было преувеличением. В центре внимания оказались пять удивительных, ярких и бесконечно талантливых участниц: Зиния Галиахметова, Разифа Галина, Райса Вахитова, Зиля Нуртдинова и Рима Муртазина. Вечер этот сложно назвать обычным конкурсом. Скорее, это была душевная исповедь, где за чашкой чая переплетались судьбы, а главным украшением стола стали не столько угощения, сколько искренние истории, рассказанные с теплотой, болью и неизменным юмор

Март в этом году выдался щедрым на солнце. Природа, уставшая от зимней спячки, наконец-то начала пробуждаться, и в воздухе уже чувствовалось дыхание весны. Именно в такое время, наполненное светом и ожиданием тепла, мы отмечаем самый главный женский праздник. В клубе «Аулак ой» («Посиделки») решили не изменять традиции: пусть официальные торжества уже отгремели, но разве можно оставить без внимания 8 Марта, когда душа просит праздника? Встречу, состоявшуюся на последней неделе месяца, так и назвали — «Самая лучшая женщина клуба “Аулак ой”». И это не было преувеличением. В центре внимания оказались пять удивительных, ярких и бесконечно талантливых участниц: Зиния Галиахметова, Разифа Галина, Райса Вахитова, Зиля Нуртдинова и Рима Муртазина.

Вечер этот сложно назвать обычным конкурсом. Скорее, это была душевная исповедь, где за чашкой чая переплетались судьбы, а главным украшением стола стали не столько угощения, сколько искренние истории, рассказанные с теплотой, болью и неизменным юмором.

Деревенские родники

Когда Зиния Галиахметова начала свой рассказ, в зале словно повеяло свежестью родниковой воды. Её малая родина — деревня Чишма-Бураево в Бураевском районе. Само название говорит за себя: «чишма» — это родник. Когда-то здесь стояло полтораста домов, сегодня осталось всего тридцать. «Где ни копнешь — вода, — вспоминала Зиния, и в её голосе слышалась щемящая ностальгия. — Мы в детстве с коромыслами ходили. Вода была ледяная, до того вкусная, что ни с чем не сравнить». А река Танып — это отдельная история любви, там прошло её босоногое детство, там она научилась ценить простые радости.

Зиния родилась вторым ребенком в семье, где всегда царила любовь к земле. С юных лет она пропадала в саду, и когда уже взрослой приезжала в родные края, соседи, глядя на её ухоженные посадки, с улыбкой говорили: «Мичурин приехал!». А мама, заметив тягу дочери к рукоделию, подарила ей швейную машинку — это был настоящий подарок судьбы. А появление Зинии на вечере в татарском национальном костюме придало вечеру особую торжественность и глубину. Особое восхищение вызвал её фартук-передник — она вышивала его сама, вкладывая в каждый стежок частицу своей души.

Выучилась Зиния на бухгалтера-экономиста, но, кажется, главные цифры в её жизни — это не дебет с кредитом. «Я родилась 25 марта, — улыбается она. — Вчера мне исполнилось 73. 26 марта я вышла замуж, а 27 марта родила сына. 25, 26, 27 — мои счастливые цифры!». Судьба её была непростой: развод, данный себе зарок никогда больше не выходить замуж, и… новая встреча. «Второй муж был моложе на восемь лет, — смеётся Зиния. — Слово своё нарушила, но ни капли не жалею. Родилась дочка». Сегодня она снова одна, но в Агидели, признаётся она, обрела настоящую себя. «Здесь я нашла друзей, здесь меня поняли. Я будто заново родилась».

Сбежавшая невеста

Разифа Галина родилась в далёкой Кемеровской области, но настоящей родиной для неё стала деревня Новокабаново, где её вырастила бабушка. Рассказывая о ней, Разифа не смогла сдержать слез. Эти слезы были светлыми — благодарностью человеку, который заменил ей мать, воспитал и, как говорится, «поставил на ноги». В этот вечер Разифа выбрала для себя башкирский национальный костюм, и, глядя на неё, невозможно было не вспомнить её же рассказ о бабушке — ведь именно старшие поколения хранят в себе мудрость, традиции и ту самую связь с родной землей, которую мы потом проносим через всю жизнь.

Мечтала Разифа о белом халате, и судьба привела её в Казань, где она выучилась на продавца.

А история её замужества могла бы стать сценарием для комедии. «Был у меня жених, — начинает Разифа, и в глазах её пляшут озорные огоньки. — Уехал он в командировку и говорит своему другу: “Присмотри за невестой, чтобы никто не украл”. Ну, друг и присмотрел… так хорошо присмотрел, что я за него и вышла!». Зал взорвался смехом. Но за этой шутливой историей стояла целая жизнь: рождение дочери и сына. Сына, к сожалению, сегодня уже нет.

Разифа вспоминала свою работу в торговле с былинным размахом: «Мы сами за товаром ездили, сами грузили, сами разгружали. Дома хозяйство: в три утра вставала хлеб печь, в четыре — корову доить, а потом в командировку. Дочке девять месяцев было, оставляла её с бабушкой. Что поделаешь?».

И сегодня, на заслуженном отдыхе, неутомимая Разифа не знает покоя: вяжет тапочки, собирает алмазную мозаику, пишет стихи и остаётся душой компании.

Судьба по имени…

Райса Вахитова родом из деревни Усман Балтачевского района. После школы родители, вздохнув, сказали: «Денег на учебу нет, дочка, оставайся в колхозе». Но мечта стать учительницей оказалась сильнее безденежья. Райса уехала, закончила училище и устроилась на нефтеперерабатывающий завод. И там случилась та самая встреча, которую называют судьбой: она познакомилась с парнем по имени Раис. «Раис и Райса — нам просто предназначено было быть вместе!» — говорит она с улыбкой. Вместе они уехали на Север, где прожили четверть века. Когда мужа не стало, Райса вернулась в родную Башкирию. «Агидель для меня — отрада, — признаётся она. — Здесь все говорят по-татарски, здесь я дома». Она вырастила двоих детей, дала им высшее образование, а теперь главное её удовольствие — готовить и угощать. «За столом все мои друзья, я люблю, когда в доме шумно и вкусно пахнет пирогами».

Побег из окна

Воспоминания Зили Нуртдиновой о детстве в Иглинском районе начались с улыбки. Она рассказывала о деревенских играх, о речке, о подружках, а потом, будто спохватившись, махнула рукой и рассмеялась: «А что я вам про игры-то рассказываю? Всё наше детство — это труд!». И пошли картины: лук на экспорт, поля, где работали от зари до зари, а зимой — заготовка веревок из липы. «Это ж какой труд был — лыко драть, мочить, мять! — восклицает Зиля. — А дрова? С обычными ручными пилами лес валили!». Когда после восьмого класса её не отпускали из деревни, характер девчонки дал о себе знать. «Я сбежала! — говорит она с победоносным смехом. — Прямо из окна выпрыгнула!». Без документов её приняли в строительное училище в Уфе. «Пришла, говорю: “Возьмите”. Поверили, а документы потом из деревни прислали». Работала на моторостроительном заводе в инструментальном цехе, вечернюю школу окончила.

В Агидель приехала, когда началось строительство АЭС. Здесь вышла замуж, вырастила двоих детей. «А теперь у меня огород — моя гордость», — скромно замечает она, но соседи тут же перебивают: «Зиля — волшебница! У неё сад утопает в цветах, а рассады столько, что на весь район хватит!».

Три куска хлеба и ящерицы на коляске

Рассказ Римы Муртазиной, уроженки деревни Сандугач Янаульского района, стал, пожалуй, самым эмоциональным моментом вечера. Она начала с детства, где всё было привычно для деревенской девочки: картошка, вода на коромысле, помощь маме на ферме. После школы — работа на почте, потом учеба в Нефтекамске на бухгалтера, встреча с будущим мужем.

А потом были Такталачук, начало строительства АЭС и годы, которые могли сломать любого, но закалили её. «Нас называли приезжими, — говорит Рима, и голос её дрожит от нахлынувших воспоминаний. — В магазине продуктов не давали. Мы голодали. Муж приносил с работы три куска хлеба. Один — мне, кормящей матери. Представляете?». Жили в маленьком домике, воды в колодце не было. Рима оставляла маленького ребенка в коляске и шла к реке. «Спускаюсь, набираю воду, поднимаюсь обратно, а на тропинке сидит змея. Стою с ведрами, жду, когда кто-нибудь пройдет, чтобы вместе миновать. Прихожу домой — на коляске ящерицы бегают. Плакала я тогда, плакала. Безысходность такая, что словами не передать».

Рима продолжила, и в её голосе зазвучала радость: «А в 1982 году мы получили квартиру! Это было счастье!». С первым мужем развелись, но судьба подарила второй шанс: встретила мужчину моложе себя, сегодня живут в Новокабаново. Вместе воспитали четверых детей. Старший сын прошел Чечню, по 8-9 месяцев от него не было вестей. «Сейчас у меня семеро внуков, — улыбается Рима, и эта улыбка освещает весь зал. — Я счастливый человек. Потому что всё выдержала, всё пережила и теперь наслаждаюсь каждым днём».

Смех, танцы и пироги

После таких откровений душа требовала радости, и ведущие плавно перенесли вечер в другое русло. Конкурсы один за другим поднимали настроение. Особый фурор произвел конкурс «Свет мой, зеркальце, скажи». Участницы, глядя на себя в зеркало, с задором наперебой хвалили себя, делали комплименты и признавались в любви своему отражению. Зрители смеялись до слез, глядя на пародии на известных татарских и башкирских исполнителей, на задорное дефиле и танцы. А в конкурсе «Забей гвоздь» наши хрупкие участницы с неожиданной ловкостью и мастерством управлялись с молотком — каждая показала, что женские руки способны не только на вышивку и пироги, но и на любую, даже самую «мужскую» работу. На филологическом конкурсе, где из слова «карлыган» (смородина) нужно было составлять новые слова, женщины показали чудеса грамотности и фантазии — от 7 до 17 слов!

Но сердцем любого женского праздника, конечно, является кулинарный конкурс. Говорят, к пенсии женщина приходит не только с жизненной мудростью, но и с богатейшей кулинарной книгой за плечами. Каждая участница поразила своим мастерством: здесь были и величественная губадия, и нежные пироги с черносливом и курагой — совершенно разные, но одинаково аппетитные, воздушные блины, ароматная пицца и изящное желе из ягод.

Жюри, в составе которого работали постоянные участники клуба Эльза Гараева, Наиля Каримова и Рамис Мавлетов, оказалось в сложном положении: как выбрать лучшую, когда каждая — уже победительница по жизни? «Мы слушали ваши рассказы, как поэзию, — сказала Наиля Бариевна, обращаясь к участницам. — Мы смеялись и плакали вместе с вами. Судьба каждой — это ненаписанная книга. У всех были сложности, были тяжелые времена. Но, слава богу, сегодня вы здесь, в Агидели. Вы восхищаетесь нашим городом, а мы восхищаемся вами — вашей стойкостью, вашей способностью, пройдя через испытания, наслаждаться жизнью и дарить нам тепло».

Члены жюри особенно подчеркнули, что такие встречи в клубе «Аулак ой» — это не просто досуг, а живое сохранение народной культуры, где передача традиций, семейных рецептов и просто человеческого тепла происходит естественно и радостно, из сердца в сердце. Жюри единодушно решило не выделять кого-то одного — дипломы в разных номинациях получили все пять участниц.

Ярким украшением вечера стали музыкальные номера, которые подарили зрителям Венера Газизова, Нафиса Давлятова и Луиза Валеева.

Завершился вечер традиционным чаепитием с теми самыми пирогами, которые принесли героини вечера. Мне тоже достался кусочек такого пирога. Было невероятно вкусно, но ещё вкуснее была та атмосфера душевности, которая царила в зале. Глядя на этих женщин — весёлых, мудрых, заводных и бесконечно красивых, я подумала: вот такой хочется быть на пенсии. И обязательно написать свои мемуары. Потому что, как показал этот вечер, жизнь каждой женщины — это самый увлекательный роман, который обязательно должен быть прочитан.