Он КМС по спортивному ориентированию, киберспортсмен и разработчик ПО для онкологов – третьекурсник направления «информатика и вычислительная техника» Иван Трусов как будто живет несколько параллельных жизней. Переезд из Пскова в Дубну, какие качества развивает игра в «Доту» и зачем бегать с книгой в руках – в нашем интервью.
– Почему выбрали Дубну для получения высшего образования?
– Это интересная история. Я подал документы и сразу был принят на «бюджет» в Пскове. А когда до окончания приема заявлений в Дубне осталось три дня, забрал документы и поступил в ГУД. Я узнал, что Дубна – наукоград, и именно это меня привлекло. Поступил на платную основу, но со 2-го курса перевелся на бюджет – окончил семестр на отлично.
– Помимо учебы чем еще занимаетесь?
– Два года был руководителем студенческого спортклуба «Одиссея». Сейчас помогаю и консультирую нынешнего председателя. Посещал собрания студсовета, контактировал с кафедрой физвоспитания, связывался с партнерами – ассоциациями студенческих спортивных клубов. Среди всех студенческих спортивных клубов наш клуб занял 126 место по России. Клуб впервые попал в этот рейтинг.
– А сами каким спортом занимаетесь?
– Я кандидат в мастера спорта по спортивному ориентированию и занимался профессионально киберспортом.
– Как давно?
– Лет с 10 я занимался ориентированием профессионально. Занятия с 12 до 18, потом домой, и чтобы отвлечься, садился за игру часов до 21.
– В киберспорте вы участвовали в соревнованиях?
– Да, по Counter-Strike и Dota 2. Выступал на разных турнирах, в том числе в моем родном городе. Это была школьная лига, и мы там заняли второе место. А по Dota 2 участвовал во время учебы в ГУД. Еще я раньше вел прямые трансляции про прохождению Counter-Strike.
С победы на CIS League я смог купить компьютер, на котором играл и до сих пор работаю. Сейчас я уже не так много играю, чаще – в стратегию.
– Есть ли разница в одиночной и командной игре?
– Опыт, который я получил в Counter-Strike и Dota, способствует росту стратегического и командного мышления. Я сразу могу найти место в команде и адаптироваться. А в связи с тем, что сообщество этих игр очень токсично, необходимо научиться воспринимать всех по способностям – кто-то успешно стреляет, кто-то – мыслит. У меня это доходило до автоматизма. Игры также развивают усидчивость.
– Как этому помогает ориентирование?
– Бег не должен превышать скорость принятия решений. Если ты быстро принимаешь решение, ты должен повышать свою скорость. Должен быть такой баланс, когда физическая и умственная нагрузки вместе контактируют. Это очень тяжело, но очень многое дает.
Пока ориентирование мне немного разонравилось в том плане, что большинство людей, которые меня туда привлекли, ушли. И у меня потерялся элемент соперничества. А спорт – это когда ты должен поспорить, чтобы доказать, что ты выиграл.
Ориентирование может хорошо «проучить». Везде, где я думаю, что я победил, я всегда проигрываю. Говорю: «Вот я тут выиграл две минуты». И встречается контрольный пункт – короткий, метров 50. Но в зелени. И из-за высокой скорости я огибаю его не так, как когда иду по компасу. Происходит ошибка.
– Почему выбрали это занятие?
– Мой папа был ориентировщиком. И он направил меня по этому пути.
Ориентирование очень разнообразно. Вело, лыжное, беговое, для людей с нарушениями опорно-двигательного аппарата, рогейны – беговые дистанции, где нужно как можно больше точек собрать за определенное количество времени. Местности тоже разные.
– Какие еще особенности ориентирования можете описать?
– Какой вариант решения ты увидел сначала, так и действуй. А если меняешь его на ходу, то голова не успевает перестраиваться.
Приведу пример, когда можно пробежать дистанцию, даже не начав бежать. Я добежал до первого пункта, отметился. Но было жарко, бежать тяжело, и я решил почитать карту, пока иду. И прямо с первого пункта оказался сразу на финише. Естественно, был снят с дистанции. Голова ногам покоя не дает, а ноги – голове. Это баланс.
Еще был случай в горах, когда я бежал и на ходу читал карту. В последний момент увидел, что впереди обрыв со скользким мшистым краем. Я понимаю, что не успеваю сбросить скорость и нужно развернуться, чтобы хотя бы удержаться корпусом за выступы. Так у меня остались шрамы на спине. Но если не читать карту на ходу, то теряешь очень много времени. Поэтому я тренируюсь – беру книгу с удобным шрифтом, бегу и читаю. Чтобы ориентироваться одновременно и в пространстве, и в тексте.
Совсем ориентирование я не бросаю. Сотрудничаю с дубненским ориентировщиком Петром Зыряновым и как участник, и как судья соревнований. А в Пскове я был организатором соревнований, в том числе для людей с нарушениями опорно-двигательного аппарата. Ориентирование – не всегда физическая нагрузка, но и ум.
Ориентирование помогает и в критических ситуациях. Я был свидетелем пожара в одном деревенском доме. У меня это не вызвало ступора, я сразу понял, что лучше сделать – для начала посмотрел, что никого нет, потом вызвал пожарных.
Еще бывали ситуации, что я встречался со зверями – медведем и лосями. У меня дома коллекция оленьих рогов, которые я находил в лесу. А однажды после прохождения узнал, что на дистанции были обнаружены две мины. И мысль: «О, я на минном поле бегал». Историй очень много.
Со школы и до сих пор бываю на сборах. Два месяца живешь в палатках, ближайший магазин километрах в 20, туалет сам себе выкопай, соцсетей нет, с наступлением зимы начинает холодать. Для меня это обычная жизнь. Другие бы сказали – это выживание. Поэтому если кто-то хочет познакомиться с другим миром, то это как раз такая возможность.
– Насколько я понимаю, у вас уже есть работа?
– Да, в научно-исследовательском центре искусственного интеллекта в университете ). А также прохожу практику в ЛИТ ОИЯИ.
– В центре ИИ чем занимаетесь?
– Сейчас – проектом, который нацелен на автоматизацию принятия решений для врачей, в данном случае, маммологов. Например, есть медицинский комплекс, с ним врачи приезжают в населенный пункт, в котором, например, человек 100. И за день их всех нужно принять. Это очень тяжело, и нужно как-то автоматизировать этот процесс.
Собрано много сведений о том, что ИИ помогает в обработке такой информации. Особенно это важно для тех, у кого обнаружена раковая опухоль или есть подозрения на нее. Так можно быстрее спасти, чем если бы обрабатывали информацию условно неделю.
– И какова ваша роль?
– Я ответственен за проект. Ставлю задачу перед своей группой. Планирую выступить в апреле на большой конференции в университете с результатами работы.
– Какую тему возьмете для диплома?
– Скорее всего, будет что-то про медицину и систему ИИ: система поддержки принятия решений, искусственный интеллект в медицине. Мне очень нравится разбираться в этой области. Я уже контактирую с врачами, беру прикладные задачи в работу. В День карьеры мы договорились с представителями четырех предприятий и готовим для них презентацию.
– Продолжите ли учебу в магистратуре?
– Да, и скорее всего здесь, потому что меня очень ждут. А потом и до кандидата наук доберусь.
Текст: Юлия Цепилова
Фото: из архива Ивана Трусова