Дмитрий Буткевич — о «ламповой» выставке Сергея Казакова-Подкина
Уютная вязаная крючком салфетка слегка прикрывает старенький телевизор. На стене красно-бордовый узорчатый ковер, рядом улыбается со стены Юрий Гагарин. Ловишь себя на мысли, что перестает раздражать современный молодежный сленг. Слово «ламповый», например, у меня ассоциировалось ранее исключительно со звуком, а сейчас — это уют, теплая атмосфера. Даже появилось выражение «ламповый разговор» (в смысле душевный). Но я отвлекся. Такие мысли возникают в галерее ARTSTORY, где сейчас проходит персональная выставка пермского художника Сергея Казакова-Подкина. Название у проекта соответствующее: «Детство, дедушка и я».
Живопись Казакова-Подкина развивает тренд на воспоминания об ушедшем времени, о детстве — весьма популярный в последнее время сюжет. Причем непременно с легкой иронией и с уважением. Экспозиция открывает свободное использование квазифотографической техники, при этом далекое от фотореализма, да и от документальности. На выставке представлено несколько серий. Одна из них называется «Телевизоры». В экран стареньких аппаратов — кстати, многие помнят и ламповые телевизоры, которые реально нагревались и давали теплые изображения, — художник помещает образы советского прошлого: от Гагарина до волка и зайца из «Ну, погоди!»
На вопрос, как может повлиять человеческая память, Сергей Казаков-Подкин отвечает: «Память — самый мощный инструмент влияния на будущее. Она содержит в себе опыт прошлых поколений, а это помогает развиваться, строить планы и прогнозировать будущее». Вторая большая серия — с зарисовками летнего советского отдыха. Монохромные, с эффектом состаривания работы приближаются к старым фотографиям. Будь то мальчишки в пионерлагере на море, без галстуков, но в коротких штанишках. Или девушки-комсомолки — просто красавицы.
И еще одна тема, близкая художнику, — урбанистическая: ржавые автомобили, пароходы. Будто эти и другие знаковые картинки из советской эпохи интегрируются в современный сюжет или наоборот. И тогда в небо взмывают старые или даже военные самолеты. Эти образы мне, в силу принадлежности через супругу к семье летчика, оказались ближе всего. Даже решил приобрести одну небольшую работу себе в коллекцию.
Дмитрий Буткевич