— А что это они там делают? — спросил я.
Ребята обернулись и тоже принялись вглядываться в темноту.
— Да просто машина подъехала, делов-то! — отмахнулся Стас, который всегда был занудой и скептиком.
— Я ничего не вижу… Он фары выключил, — сказал Лёшик.
— Вот именно! Водитель выключил фары, а в сторожке выключили свет! — Я многозначительно посмотрел на друзей.
— Ну и? — фыркнул Стас. — Два часа ночи уже, они просто спать пошли.
— Ну вы даёте! Вы что, не понимаете, что это может быть диверсия?
— Как это? — У Лёшика глаза стали размером с блюдце.
— Это же во-до-за-бор! Понимаете? Там воду берут для всего города!
— Ну и? — снова фыркнул Стас. — Какая там может быть диверсия? Кто её устроит? Кому оно вообще надо?
— Шпионы! — уверенно заявил я. — Помните, что сказал нам милиционер, когда поймал нас зимой? Ну когда мы там с горки катались?
— Он сказал, что здесь ходить нельзя, потому что это очень важное место, — с готовностью ответил Лёшик. — Там из земли воду берут и в трубы наливают. Если туда что-то плохое попадёт, то во всём городе беда будет.
— Во-о-от! — Я торжественно потряс указательным пальцем. — А теперь сами подумайте, кому надо приезжать на городской водозабор втихаря, среди ночи, выключать фары и выключать свет в сторожке, где дежурит милиция? Только шпионам! Они наверняка воду отравить хотят!
Стас недоверчиво хмыкнул, но промолчал. Лёшик в ужасе уставился в темноту, где стояла сторожка и куда не доставал свет уличных фонарей.
— Ну и что теперь делать?! — спросил он. — Милицию вызывать?
— Вот дурень! — хохотнул Стас. — Милиция там уже есть! Там же круглосуточно милиционер дежурит.
— А если его убили? — Этот мой аргумент заставил всех прикусить язык и задуматься.
— Ну и что ты предлагаешь? — неохотно спросил Стас. — Звонить в милицию среди ночи? И нам не поверят, и родителей твоих разбудим, так что ещё и по шее надают. Тебе так точно.
— А давайте сходим проверим?
— Туда? Сейчас? Одни? — Лёшик поглядел на тёмную аллею внизу. С третьего этажа видно было только фонари вдоль улицы и пятна света, пробивавшегося сквозь густые кроны деревьев.
— Вечно ты всякую ерунду придумываешь! — проворчал Стас.
— Слабо? — подначил я.
— Мне? Слабо? Да ты сам-то не струсил?
— Да я хоть сейчас!
Мы тут же разработали план операции: Лёшик зайдёт в туалет и спустит воду, чтобы она заглушила щелчок замка, а мы со Стасом быстренько сбегаем к сторожке и посмотрим, что там творится. Лёшик, похоже, обрадовался, что ему не придётся идти с нами: он был на два года младше нас, но упорно старался не отставать ни в чём, хотя это не всегда получалось.
Лёшик спустил воду, мы со Стасом выскользнули за дверь, держа кеды в руках. Быстренько обулись на лестнице, тихонько спустились вниз и только на улице припустили в полную силу.
До сторожки было метров триста, но чем ближе к цели, тем медленнее мы бежали. В полумраке уже виднелась стоявшая у закрытых ворот машина. «Жигуль». Но без милицейских опознавательных знаков.
К воротам мы уже подходили медленным шагом, крадучись.
— А вдруг он и нас убьёт? — озвучил Стас здравую мысль, которая крутилась и в моей голове. — Уж если он милиционера… того…
Моя собственная затея больше не казалась мне такой уж гениальной. Но отступать было слишком поздно.
Мы спрятались за ближайшим к сторожке деревом и прислушались. Тишина. Глубокая тишина летней ночи, когда город давно спит: ни людей, ни машин, только шелест листьев и стук собственного сердца в ушах.
— Вроде, нет никого… — наконец сказал Стас. — Пойдём, что ли, домой?
В моём воображении рисовались страшные картины, как злобный американский шпион прямо сейчас бросает мешки с ядом в трубы городского водопровода, но… где нам этого шпиона искать?
Водозабор занимал огромную территорию! И на поверхности виднелись только искусственные холмики (с которых было очень здорово кататься на санках зимой).
Да и страшно ловить настоящего шпиона! А ну как он и нас… того… в сторожке-то тихо… Хотя, может, милиционер просто спит? Может, и не было никакого шпиона?
— Ладно, пойдём, — неохотно согласился я.
Мы оба с облегчением выдохнули и припустили обратно. Проскользнули в незапертую дверь. Стас зашёл в туалет и спустил воду, а я закрыл дверь на защёлку.
Из спальни вышла мама.
— А вы чего это всю ночь в туалет бегаете? Живот болит?
— Нет, это мы компота напились! — отбрехался я и поскорее потащил Стаса обратно на балкон, где мы ночевали всей компанией.
Лёшик выжидательно посмотрел на нас круглыми глазами, но я коротко бросил «Спать!», и мы все нырнули под одеяла — мы со Стасом прямо в кедах, потому что забыли разуться на лестнице.
Мама заглянула к нам.
— Хватит уже полуночничать! Как вместе соберётесь, так до утра не спите!
— Ну ма-а-ам! Каникулы же! — заныл я. — И мы спим, просто в туалет вставали.
Мама недоверчиво оглядела балкон, но ничего подозрительного не обнаружила.
Когда она ушла, мы шёпотом сказали Лёшику, что шпиона не нашли, всё хорошо, а потом и правда быстро заснули. Перенервничали, наверное.
Но я до сих пор храню глубоко в душе тайну, от которой мне муторно: а я ведь тогда струсил. Плохой из меня пионер получился. А если бы и правда шпионы город отравить вздумали? А я струсил и сбежал…
Подписывайтесь на канал — впереди будет много разных историй!
Или почитайте прямо сейчас рассказы из подборки Сказки и уютные истории.
