Конец XIX века в Российской империи — время, когда сословные границы начинали размываться, а судьбы людей всё чаще определялись не происхождением, а убеждениями и выбором. На этом фоне складывалась биография Вячеслава Рудольфовича Менжинского.
Он прошел значительный путь в советской государственной и партийной системе, занимая ряд ключевых постов. В начале 1918 года он был наркомом финансов РСФСР и принимал активное участие в национализации банков, затем был назначен советским консулом в Берлине, где вел переговоры о поставках германского угля в Петроград. В 1919 году он занял должность наркома Рабоче‑крестьянской инспекции Украины. Тогда же, с сентября того же года, начал активно работать в органах ВЧК. С 1923 года Вячеслав Рудольфович занимал пост первого заместителя председателя ОГПУ при Ф.Э. Дзержинском, после смерти которого возглавил это управление и оставался на этой должности вплоть до своей смерти в 1934 году.
Поднаторев в генеалогическом поиске, я решил вернуться к работе, написанной еще во времена учебы в университете в качестве доклада по одной из исторических дисциплин. Она касалась деятельности этого видного советского деятеля.
Когда-то я опирался на книгу «Менжинский» из серии Жизнь замечательных людей, но, как оказалось, не всегда им можно полностью доверять. Стало интересно, что я смогу найти про Вячеслава Рудольфовича с точки зрения генеалогии, вооружившись при этом современными средствами поиска. Отправной точкой была все так же книга, начинавшаяся словами, дающими исчерпывающее количество зацепок:
Вячеслав Рудольфович Менжинский, человек, которому суждено было сыграть особенную роль в истории Советского государства, родился в Санкт-Петербурге, столице тогдашней Российской империи, 19 августа 1874 года, что по нынешнему стилю соответствует 1 сентября.
Дед Вячеслава Менжинского, по происхождению из обрусевших поляков, был хоровым певчим. Работа эта требовала известной грамоты, считалась «чистой» и почтенной, а на самом деле была тяжелой и изнурительной. Правда, позволяла делать небольшие сбережения. Все певчие копили денежки на черный день (а ну как сядет голос?) или по старому обычаю тяжело, немилосердно пили горькую.
Игнатий Менжинский не пил и денег на домик не копил. Стремления его шли по пути совсем другому — дать образование сыну Рудольфу. Желание не только дерзкое, но и трудновыполнимое, так как требовало денег, много денег.
<...>
Случилось так, что тесть Рудольфа Игнатьевича — Александр Венедиктович Шакеев, служивший инспектором в школе подпрапорщиков и юнкеров, также был историком и, более того, тоже любил историю.
Скептицизм был вызван резкой карьерой Рудольфа Игнатьевича. Кроме того, по Интернету гуляют цитаты, без указания источника, что он перешел в православие (это странно для поляка). Тем более в современных источниках прямо указывалось на то, что Менжинские — шляхта.
Так у меня с ходу появилось три отправных точки для поиска: сам Рудольф Игнатьевич, его свояк Александр Венедиктович Шакеев, а также в целом дворянский польский род Менжинских.
Начал я с последнего пункта и сразу попал в точку. С помощью помощника в РГИА удалось раздобыть дело о присвоении прав потомственного дворянства Александру Рудольфовичу Менжинскому — старшему брату революционера (родился в 1867 году), который строил карьеру в рамках действующей на тот момент системы. Он выбрал экономическую стезю, а в печати встречаются упоминания, что он дослужился до чина действительного статского советника.
Рудольф Игнатьевич выхлопотал для старшего сына внесение в родословную книгу дворян Люблинской губернии в 1911 году, чего не делал для младшего, которого к тому времени ужасно арестовывали царские власти за революционную деятельность. Очевидно, что если бы будущий чекист интересовался бы карьерой на императорской службе, то и он смог бы с легкостью дойти до схожих высоких чинов.
Лекции Рудольфа Игнатьевича сохранились, доступны в библиотеке.
Отдельно можно перечислить награды Рудольфа Игнатьевича — в упомянутом деле они все перечислены. Так, тайный советник (именно такой чин он имел на 1911 год) имел ордена: Святого Станислава II и III степеней, а также II степени с императорской короной, Святой Анны II и III степеней, Святого Владимира III и IV степеней, серебряную медаль на Александровской ленте память царствования императора Александра III, знак отличия за 40 лет беспорочной службы при грамоте, орден заслуги герцога Петра-Фридриха-Людвига III степени и сиамский (т.е. таиландский) орден Сиамского слона II степени. Далее идет его послужной список. Например, чин титулярного советника (потолок для многих служащих недворянского происхождения) он получил уже в 1860 году, а со службы «с мундиром и пенсию» уволен в 1910 году.
В прошении подчеркивается, что Рудольф Игнатьевич — римско-католического вероисповедания. Таким образом, православия он не принимал, к тому же он преподавал в Императорской римско-католической духовной академии.
Сам Рудольф Франц Лука Менжинский (именно так звучало его имя полностью), сын Игнатия Якова (двойное имя отца), был записан в дворянскую книгу в 1849 году «на основании прав, предоставленных ему как вотчинному владельцу». Таким образом, крайне сомнительным выглядят строки про дедушку хорового певчего.
В этом же деле приведена и родословная по линии Менжинских, после утверждения в правах Александра Рудольфовича в 1913 году.
- Антон Александров;
- Фабиан Себастиан;
- Иван Павел;
- Яков Игнатий, жена: Роза, урожденная Олендзкая;
- Рудольф Франциск Лука;
- Александр;
Мама Александра и Вячеслава — Мария Александровна, дочь Александра Венедиктовича Шакеева. Из содержания книги ЖЗЛ выходило, что именно ее участие в деятельности «посвященных» женских кружков определило революционный настрой младшего поколения Менжинских. При этом она происходила из семьи высокообразованных людей. Например сестра Марии — Ольга Александровна — вышла замуж за Дмитрия Фомича Кобеко. В браке у них родился сын Дмитрий — Казанский вице-губернатор (1904—1907), Тульский (1897—1912), Смоленский губернатор (1912—1914). Не у каждого революционера в двоюродных братьях были царские губернаторы.
В происхождении по линии матери и кроется «обрусение» Вячеслава Рудольфовича. В соответствии с законами тех лет, брак католика Рудольфа и православной Марии мог быть разрешен только в том случае, если дети будут крещены и воспитываться в Православии. Таким образом, не смотря на польское дворянство, революционер был рожден в русском городе, крещен в православии, воспитывался русской матерью — в чем его ключевое различие с Ф.Э. Дзержинским. Хотя стоит отметить, что в анкетах 1920-х годов Вячеслав Рудольфович в графе национальность писал «поляк».
Может пригодиться и поиск по захоронениям Москвы. Так, на Новодевичьем кладбище упокоилась часть семьи Менжинских:
Менжинская Мария Николаевна, 22.11.1925
Менжинская Вера Рудольфовна, 29.04.1872, 21.10.1944
Менжинская Людмила Рудольфовна, 11.01.1876, 13.11.1933
Менжинский Рудольф Вячеславович, год 1922, год 1951
Последний — сын Вячеслава Рудольфовича.
О Рудольфе Вячеславовиче также находится пара заметок в оцифрованных газетах, по которым можно вкратце представить жизненный путь потомка знаменитого революционера.
Хотя каких-либо великих открытий в биографии революционера и не сделано, мне удалось немного изменить исторический контекст, в котором жила его семья. Кроме того, ни в одном онлайн-дереве я не видел родословной Менжинских далее Игнатия (и то, исходя из отчества его сына), а в моем материале приведена ветка сразу на полтора столетия, кроме того есть упоминание бабушки из рода Олендзких (Олендзских?).