Вопросы, на которые нет ответов
Когда животных всё же начали убивать, Дарья показывала кадры забоя и задавала вопросы про безопасность. Трупы утилизировали прямо вблизи домов. «Это место расположено в низине, а очень много снега. Ребят, вы понимаете, что снег начнёт таять, и все эти продукты утилизации попадут просто в грунтовые воды. А далее это всё пойдёт у нас в реку Ирмень, а река Ирмень впадает в реку Обь».
Она показывала приезды силовиков и открыто говорила, как людей вынуждают отдавать скот. «Настаивают на том, что они могут остаться вообще ни с чем. Люди понимают, что всё меньше остаётся народу, и реально ломаются».
Акт абсолютного беззакония
Происходящее местные жители называют актом беззакония. Ни документов, ни внятных ответов, ни выплат, которые покрывали бы реальный ущерб. Люди остаются без средств к существованию. «И ни одному члену государства до этого нет дела», — пишут в соцсетях.
Многие проводят параллели с коллективизацией. Не в том смысле, что повторяются те же методы, а в том, что происходит хаотическое вторжение государства в жизнь человека, которое невозможно объяснить логикой. Что хочет власть — непонятно. Почему компенсации не выплачивают вовремя — непонятно. Почему эпидемия официально не объявлена — тоже непонятно. Зачем нужно всё это делать — никто не объясняет.
Ветеран Чечни приехал защищать крестьян
Семью Мироненко приезжал защищать участник чеченской войны, блогер Иван Атраковский. На подворье русских крестьян он снял видео, которое разлетелось по сети: «Вот смотрите, только что родился маленький телёночек. Этого маленького сейчас собираются убить. Просто убить нелюди в халатах при поддержке полицаев».
Атраковский называл чиновников, принимающих решения, преступниками, которым место в тюрьме. «Время объединяться и стыдно за страну», — говорил он. Военного задержали и оштрафовали.
Гуманитарная помощь и надежда
Дарья организовала сбор гуманитарной помощи для сельчан. Люди со всей страны отправляли посылки через пункты выдачи маркетплейсов. На время карантина жителям Козихи запретили выезжать в город и торговать продукцией — это был единственный источник дохода для фермеров. К 16 марта ей прислали больше полумиллиона рублей.
Власти региона сегодня заявили, что ферма Мироненко стала последней, на которой забивали скот, и что якобы уже выплатили компенсации более чем 200 семьям. Сроки снятия карантина не назвали.
«Это может быть не конец»
Как говорит изданию «Мнения» экс-кандидат в депутаты горсовета Новосибирска Роман Малозёмов, «люди в маленьких хозяйствах теперь очень подвержены уничтожению своих единичных голов скота, где одна-две коровы — кормилицы всей большой семьи».
Теперь в стране знают, как это происходит, сказала в последнем видео Дарья Мироненко. «Я верила в чудо. Реально я верила, что нам кто-то поможет. Я в это верила и ждала помощи. Ждала, что правительство услышит нас».
Но правительство молчит. За полгода до выборов в Госдуму это выглядит особенно показательно. Эксперты говорят: такого полного игнорирования реальных проблем людей, такого отрыва власти от реальности мы ещё не видели. Война, похоже, породила новый политический режим, в котором даже самые острые социальные конфликты просто не замечают.
Что будет дальше?
Карантин в Козихе не снят. Компенсации, если и приходят, не покрывают и половины потерь. Люди, которые всю жизнь держали скот, остались без кормильцев. Некоторые говорят, что больше никогда не возьмутся за хозяйство — слишком велик риск, что всё это повторится.
А Дарья Мироненко, которая стала голосом целого села, говорит, что не жалеет. «Я верила в чудо», — повторяет она. И, кажется, до сих пор надеется, что где-то там, в кабинетах, кто-то всё-таки услышит.
Как вы считаете: должны ли власти отвечать перед людьми, чьи хозяйства уничтожены без внятного обоснования? Что делать фермерам, которые оказались в такой ситуации? Пишите в комментариях.
Подпишитесь на канал, чтобы следить за развитием этой и других историй о том, как власть и люди пытаются найти общий язык.