Эта история о том, как я случайно стал любовником, даже не зная, что она замужем. Когда её муж пришёл на свидание, я хотел сбежать, но остался — и понял, что для них был просто развлечением. Исповедь, после которой вы перестанете верить словам.
Это было лет 15 назад. Мне тогда было около 25, я ещё не превратился в окончательного затворника, работал администратором в кондитерской, и даже были какие-то деньги. Не фонтан, но на ужин в недорогом кафе хватало. Внешность моя тогда была получше — жира поменьше, волос побольше. Но всё равно я не был тем, на кого девушки оборачиваются.
И вот тогда в молодости у меня были свои причуды. Иногда хотелось завести роман со взрослой женщиной. Иногда это удавалось, иногда нет. Но один такой случай очень плохо для меня завершился.
Познакомились мы на сайте знакомств. Называть её буду Леной. Ей было 44. В анкете стояло: «Разведена, двое детей, живу отдельно, ищу серьёзные отношения». Фото — женщина с длинными чёрными волосами, в джинсах и пиджаке, на фоне какой-то выставки. Выглядела уверенно, с лёгкой улыбкой. Не модель, но приятная, ухоженная.
Я написал. Она ответила. Начали переписываться. Я честно рассказал, где работаю, что квартира своя, но скромная, что машины нет, что в общем ничего особенного. Она сказала: «Мне не нужен олигарх, мне нужен нормальный человек». Я тогда поверил.
Через неделю мы встретились. Кафе недалеко от её работы. Она пришла в чёрном платье, с лёгким макияжем. Выглядела моложе своих лет. Заказала салат и бокал вина. Я — кофе, потому что денег было впритык. Разговаривали часа два. О работе, о прошлом, о том, как трудно начинать заново после развода. Я слушал, кивал, чувствовал себя почти взрослым. Она смеялась над моими шутками, трогала за руку. Я улетел.
Дальше были свидания раз в неделю. То я приезжал к ней — она снимала однушку в спальном районе, скромно, но чисто. То она ко мне. Я даже начал убираться перед её приходом — это был подвиг. Всё шло хорошо. Она говорила, что я не такой, как другие, что со мной легко, что я её успокаиваю. Я чувствовал себя нужным. Думал: вот она, взрослая женщина, знает, чего хочет, не будет этих игр, которые устраивают двадцатилетние.
Но были странности. Она никогда не брала трубку при мне. Если звонили — сбрасывала, говорила: «Работа». Иногда пропадала на пару дней, потом писала: «Была занята, не спрашивай». Я не спрашивал. Я был дурак.
Однажды вечером мы сидели у меня. Она приехала после работы, уставшая, но довольная. Заказали пиццу (за её счёт), пили чай. Я уже начал думать, что пора бы поговорить о том, куда мы движемся. Собрался с духом, начал издалека.
— Лен, а ты вообще хочешь серьёзных отношений или так, пока?
— Конечно, хочу. А ты думаешь, я просто так с тобой время трачу? — улыбнулась она.
— Ну, я просто… чувствую, что мы хорошо друг друга понимаем. Может, стоит…
Не успел я договорить. В дверь позвонили. Не так, как обычно звонят — настойчиво, долго, с паузами. Я посмотрел в глазок. За дверью стоял мужик. Лет сорока пяти, в кожаной куртке, небритый, с красным лицом. Здоровый такой. Я обернулся к Лене.
Это было странно, ко мне вообще никто не приходит же.
— Там какой-то мужик здоровый пришёл - сказал я шёпотом Лене.
Она побледнела. Встала, подошла к двери, посмотрела в глазок и прошептала:
— Это мой муж.
— Как муж? Ты сказала, что разведена! И как он узнал, где я живу?
— Не знаю, мы в процессе развода. Он не хочет подписывать бумаги, тянет. Говорит, что вернётся. Я думала, он в командировке.
Стук повторился, теперь громче.
— Лена, открывай, я знаю, что ты там! — голос был злой, пьяный, но не потерянный. В нём чувствовалась сила.
Она посмотрела на меня, глаза мокрые, руки трясутся.
— Дима, не открывай, молчи. Пусть думает, что никого нет.
— А если он выломает дверь?
— Не выломает. Он просто покричит и уйдёт. Пожалуйста.
Мы стояли в прихожей, как мыши. Я смотрел на неё и вдруг понял, что ничего про неё не знаю. Не знаю, где она работает на самом деле, почему муж не хочет разводиться, сколько раз она уже так делала. Он стучал минут пятнадцать. Что-то кричал, но я не разбирал слов. Потом всё стихло. Она выдохнула.
— Ушёл. Извини.
— Ты мне скажешь, что происходит? — спросил я.
— Скажу. Только давай не сейчас. Я устала.
Она осталась ночевать. Но той лёгкости, что была раньше, не стало. Я лежал и смотрел в потолок, понимая, что вляпался в историю, из которой нормально не выйти.
Через пару дней она позвонила сама.
— Дима, давай встретимся, я всё объясню.
Мы встретились в парке. Сели на лавочку. Она рассказала, что живёт с мужем уже двадцать лет, но последние пять — как соседи. Он пьёт, не работает, сидит у неё на шее. Она подала на развод, но он каждый раз приходит в суд и говорит, что они помирились. Судья откладывает. Он не даёт ей жить, звонит, приходит, проверяет. Она снимает квартиру тайком, но он всё равно её находит. Она устала, но боится его — не физически, а того, что он всё заберёт, настроит детей, пустит слухи.
— Ты зачем меня в это втянула? — спросил я.
— Потому что я тоже хочу нормальной жизни. Я думала, если у меня будет кто-то, я смогу решиться, набраться смелости.
— А я что, расходный материал? Чтобы ты смелости набралась?
— Нет. Ты мне правда нравишься. Но я не могу сейчас ничего обещать.
Я тогда не послал её. Думал, может, перерастёт, может, разведётся. Мы продолжали встречаться, но реже. Она стала нервной, часто отменяла встречи. Я чувствовал, что я — не её будущее, а её побег. Место, где можно спрятаться на пару часов.
Кульминация случилась через месяц. Она пригласила меня в кафе. Я пришёл — а там она сидит с мужем. Тот самый, который стучался. Я застыл у входа. Она сделала знак подойти.
— Дима, это Виктор, мой муж. Мы решили поговорить открыто.
— О чём? — спросил я, чувствуя, как горло перехватывает.
— О том, что у нас с Леной всё сложно, но она моя жена, — сказал Виктор спокойно. — Я знаю про тебя. И хочу, чтобы ты знал: она не разведётся. Ни сейчас, ни потом. Ей просто нужен был свидетель, чтобы меня позлить.
— Витя, зачем ты так? — она попыталась улыбнуться, но у неё не получилось.
— А как? Ты бегаешь от меня к нему, а я жду, когда ты вернёшься домой. Хватит. Пусть этот… парень знает правду.
Я смотрел на них. Она — растерянная, он — довольный собой. Они оба использовали меня. Она — чтобы доказать ему, что она ещё кому-то нужна. Он — чтобы поставить её на место, показать, что она никуда не денется. А я сидел между ними, как козёл отпущения, и чувствовал себя последним идиотом.
— Знаешь, — сказал я, вставая, — вы друг друга стоите. Разбирайтесь сами.
Вышел на улицу, сел в первую попавшуюся маршрутку. Она звонила потом несколько раз. Писала, что всё не так, что он просто хотел поговорить, что она меня любит. Я не отвечал. Через неделю она прислала сообщение: «Я уезжаю. Прости. Ты был лучшим, что со мной было». Я так и не ответил.
Сейчас, когда мне почти сорок, я иногда думаю об этой истории. Не с болью, а с каким-то холодным удивлением. Как я мог быть таким наивным? Как я не видел, что для неё я был не человеком, а инструментом — чтобы позлить мужа, чтобы доказать себе, что она ещё может, чтобы просто не оставаться одной.
И ведь она не плохая. Просто сломанная. Как и он. Как многие. А я оказался между двумя сломанными людьми и сам чуть не сломался.
Теперь я понимаю: когда женщина говорит «разведена», это ещё ничего не значит. Когда говорит «живу одна» — тоже. Надо смотреть не на слова, а на то, как она живёт. Есть ли у неё муж, который вдруг появляется? Есть ли дети, которые мешают? Есть ли прошлое, которое тянет назад?
Моё прошлое — это я. И оно меня никуда не тянет. Оно просто сидит на диване, курит и пишет статьи. И это, наверное, единственное, в чём я могу быть уверен.
P.S. Недавно я случайно увидел её страницу в соцсетях. У неё новый муж. На фото они в Турции, улыбаются. Виктора, кстати, на фото нет. Видимо, всё-таки развелась. Только не со мной. А с кем — уже не важно.