«Мамад? Это что такое?» — спросила она при заселении. Через три часа уже знала ответ. Март 2026-го, Тель-Авив, первая ночь новой репатриантки из России. Сирена подняла весь дом в 2:30. Соседи молча, без паники — как по привычке — потянулись в подвал. Она тоже пошла. Вернулась через двадцать минут, легла спать. Утром написала подруге: «Жить можно. Просто надо знать, что делать».
Эта статья — о том, что делать.
Израиль под ударом: что происходит прямо сейчас
28 февраля 2026 года Израиль начал военную операцию против Ирана. Иран ответил ракетными ударами по всей территории страны. Ежедневные обстрелы продолжаются уже месяц и довольно масштабные, например, 26 марта за сутки в Тель-Авиве сирена прозвучала 11 раз. Детские сады, школы и университеты по всему Израилю закрыты. Люди идут на работу перебегая от одного убежища до другого, некоторых и вовсе отправили в неоплачиваемый отпуск (халат). Впрочем, работникам частного сектора, не выходившим на работу 10 дней, государство выплатит пособие.
С начала операции, получившей название «Рык льва», в больницы доставлено более 4 000 человек. Важная деталь: большинство травм — не от ракет, а от падений по дороге в убежище, прежде всего среди пожилых. Это не значит, что Израиль в хаосе. Это значит, что к сиренам надо быть готовым физически.
Это норма, а не катастрофа: жизнь между сиренами
Яна, репатриантка из России, живёт в Ришон-Лецион уже 26 лет. Март 2026-го она встретила с двумя собранными рюкзаками у двери — документы, вещи на пару дней, детское питание для внука. «Обстрелы в основном ночью. Мы спим в одежде».
Это не страх — это привычка и система. Израиль живёт в условиях военной угрозы с момента основания в 1948 году. Из поколения в поколение здесь учат одному: не паниковать, знать алгоритм, действовать.
Опрос Израильского института демократии, проведённый на третий день последней войны, показал: 82% израильтян поддерживают действия правительства, среди евреев — 93%.Общество не сломлено и адаптировалось к нескончаемой войне.
Новые репатрианты тоже приспосабливаются — но на это нужно время. Те, кто переехал в разгар войны в 2024-м, признаются: первые недели тяжёлые психологически, потом включается рефлекс. «Когда я услышал сирену первый раз, паники не было — я знал, что делать, и просто следовал инструкции», — рассказывал репатриант, переехавший десять лет назад.
Словарь репатрианта: мамад, мамак, миклат
До подписания договора аренды нужно знать три слова.
Мамад — защищённая комната прямо в квартире. Железобетонные стены толщиной 25–30 см, стальная дверь, площадь от 9 м². По закону обязателен во всех новостройках с 1992 года. Добежать до него — секунды, не выходя из дома.
Мамак — аналог мамада, но общий: одно укрытие на этаж или подъезд. Встречается в домах 1970–90-х годов постройки.
Миклат — подземное общественное убежище во дворе или на улице. Строились до 1972 года. Сейчас в стране около 13 000 таких сооружений — одно на 700 человек. Важно, чтобы миклад был рядом, если дойти до миклата — 5–10 минут, это проблема: ракеты летят быстрее.
Если в выбранной квартире мамада нет, его можно построить — но это дорого. Стоимость установки мамада — от 70 000 до 120 000 шекелей (около 1,5–2,5 млн рублей по текущему курсу). С ноября 2023 года получить разрешение на строительство стало проще: хватает одобрения Управления тылом, без длительных согласований.
Сколько секунд у вас есть: зависит от города
Время с момента сирены до возможного удара — главное число, которое нужно знать о своём районе.
Чтобы своевременно получать уведомления о ракетной угрозе – скачайте приложения Цофар и Командование тыла.
35% без защиты: советы по выбору квартиры
По данным Управления тылом, у 35% жителей Израиля нет в доме ни мамада, ни бомбоубежища. Большинство таких домов построены до 1972 года и сосредоточены в наиболее обстреливаемых районах — на севере и юге страны.
При выборе квартиры спросите прямо:
- Есть ли в квартире мамад?
- Если нет — есть ли мамак на этаже или миклат в доме?
- Когда построен дом?
Дома до 1972 года — без встроенной защиты. Дома 1972–1992 годов — с общим убежищем в подвале. Дома после 1992 года — с мамадом в каждой квартире.
Сколько продлится война?
Этот вопрос сейчас волнует, без преувеличения, каждого израильтянина, но, увы, точного прогноза нет и быть не может.
Оптимистичный сценарий: военные операции 2025–2026 годов существенно подорвали иранскую военную инфраструктуру. Ряд западных аналитиков считает, что после серии ударов угроза со стороны Ирана снизится на годы вперёд. По этому сценарию острая фаза конфликта завершится в течение нескольких месяцев.
Пессимистичный сценарий: конфликт затяжной, напряжённость сохранится на годы. Израиль продолжит жить в режиме периодических обострений — как это было последние 75 лет.
Оба сценария не отменяют переезд — они меняют только его сроки. Угрозы существованию Израилю, как бы этого не хотели в Иране – сейчас нет. После каждого военного кризиса в истории страны следовал экономический подъём. Так было после войны Судного дня, после Первой ливанской, после операций в Газе. МВФ и аналитики Bank of Israel фиксируют: израильская экономика исторически демонстрирует быстрое восстановление после военных шоков — в среднем рост ВВП возобновляется уже через 1–2 квартала после завершения острой фазы конфликта.
Стоит ли готовить документы сейчас?
Те, кто мыслит на перспективу, понимают: послевоенный Израиль — это рост экономики, спрос на специалистов и дешевеющая недвижимость в период кризиса. И именно сейчас, пока консульства и министерство алии не перегружены новой волной желающих, сбор документов идёт быстрее.
Если вы уже приняли решение или только обдумываете его — Центр Шалом помогает пройти весь процесс: от подтверждения еврейских корней до получения гражданства. Те, кто начинает сейчас, въедут в послевоенный Израиль уже с готовыми документами.