После Победы советские солдаты вывозили из побежденной Германии не только знамена поверженного врага, но и тонны трофеев - от старинных гобеленов и хрупкого фарфора до мощной бронетехники и уникальных произведений искусства. Среди этих «призов» были те, чья судьба оказалась тесно переплетена с историей СССР и до сих пор вызывает восхищение, споры и легенды.
«Мерседес» для Маршала Победы
Маршал Георгий Жуков был известным ценителем качественных трофеев. В 1948 году, когда полководец впал в немилость, следователи, проводившие «раскулачивание», изъяли у него 194 предмета мебели, 44 ковра, 7 ящиков хрусталя и 55 музейных картин. Однако самым ценным «подарком» войны стал бронированный лимузин, созданный для «необходимых рейху людей» по личному заказу Гитлера.
Жуков не жаловал армейские «Виллисы». Его выбор пал на скоростной и безопасный укороченный седан «Мерседес-Бенц-770к» с 400-сильным мотором. Автомобиль попал к маршалу в середине 1944 года при загадочных обстоятельствах. По одной из версий, сработала негласная «трофейная» иерархия: старшие офицеры часто подсылали подчиненных выяснить, кому принадлежит приглянувшаяся машина, и если владелец оказывался младше по званию, следовал приказ немедленно перегнать автомобиль в другой штаб. На бронированном «Мерседесе» Жуков ездил практически везде, лишь на подписание Акта о безоговорочной капитуляции Германии он принципиально прибыл на скромном отечественном автомобиле.
В «немецкой броне» с первых дней
Красная армия активно использовала трофейную бронетехнику, причем делала это уже в первые дни войны. В «Журнале боевых действий 34-й танковой дивизии» зафиксировано, что 28–29 июня 1941 года было захвачено 12 подбитых немецких танков, которые тут же применили для стрельбы по артиллерии противника.
Особую смекалку проявляли одиночки. 7 июля 1941 года воентехник Рязанов на своем Т-26 прорвался в тыл врага, сутки вел бой, а вернулся к своим уже на трофейном Pz. III. Не гнушались красноармейцы и немецкими самоходками. При обороне Киева в августе 41-го были захвачены две исправные StuG III. А младший лейтенант Климов, воевавший на такой самоходке, за один день уничтожил два танка, бронетранспортер и две грузовые машины, за что получил орден Красной Звезды. Всего за годы войны советские ремонтные заводы восстановили не менее 800 единиц немецкой бронетехники, которая эксплуатировалась вплоть до послевоенного периода.
Печальная участь подлодки «U-250»
30 июля 1944 года в Финском заливе советские катера потопили немецкую субмарину «U-250». Лежащая на 33-метровой глубине на скалистой отмели лодка стала объектом охоты. Несмотря на постоянные бомбежки, 14 сентября ее подняли и отбуксировали в Кронштадт.
В отсеках обнаружили бесценные трофеи: секретные документы, шифровальную машинку «Энигма-М» и новейшие акустические самонаводящиеся торпеды «Т-5». Однако главной целью советского командования была сама субмарина как образец передового кораблестроения. 20 апреля 1945 года «U-250» вошла в состав ВМФ СССР под названием «ТС-14» (трофейная средняя). Но из-за отсутствия запчастей эксплуатировать ее не удалось, и спустя четыре месяца подлодку отправили на слом.
Судьба гиганта «Дора»
Когда советские войска заняли полигон в Хильберслебене, их взору предстало чудовище военной инженерии — сверхтяжелое 800-мм орудие «Дора» от фирмы «Крупп». Стоимость этой пушки, названной в честь жены главного конструктора, составляла 10 миллионов рейхсмарок.
Характеристики «Доры» поражают воображение и сегодня: вес 400 тонн, длина ствола 32,5 метра, дальность стрельбы — 45 километров. 7,1-тонный бетонобойный снаряд пробивал метровую броню или семиметровый слой бетона. Скорость полета была столь велика, что наблюдатели сначала слышали взрыв, затем свист летящего снаряда, и лишь потом — звук выстрела. Судьба титана оказалась прозаичной: в 1960 году орудие разрезали на части и переплавили на заводе «Баррикады».
Дрезденская галерея: путешествие туда и обратно
Спасение сокровищ Дрезденской галереи — одна из самых детективных страниц войны. Полотна старых мастеров были вывезены в Москву. Берлинская газета «Тагесшпиль» писала тогда: «Эти вещи взяты в порядке возмещения за разрушенные русские музеи... Разумеется, русские никогда не отдадут своей добычи».
Большинство картин прибыли поврежденными, но советским реставраторам помогали записки с указанием мест дефектов, оставленные немецкими музейщиками. Сохранением шедевров Тициана и Рубенса мир обязан художнику Павлу Корину. С 2 мая по 20 августа 1955 года в Москве прошла выставка, которую посетили 1 200 000 человек. В день закрытия выставки подписали акт о передаче первой картины — «Портрета молодого человека» Дюрера — в ГДР. Всего на родину вернулось 1240 полотен, для транспортировки которых потребовалось 300 железнодорожных вагонов.
Невозвращенное золото Трои
Многие историки сходятся во мнении, что самым ценным трофеем стало легендарное «Золото Трои» (клад Приама), найденное Генрихом Шлиманом. Коллекция из почти 9 тысяч предметов — золотые диадемы, цепи, серебряные застежки — была спрятана нацистами в башне ПВО Берлинского зоопарка. Несмотря на уничтожившие зоопарк бомбежки, башня уцелела.
12 июля 1945 года сокровища прибыли в Москву. Часть экспонатов осела в столице, часть передали в Эрмитаж. Десятилетиями клад был скрыт от глаз общественности. Лишь в 1996 году Пушкинский музей устроил выставку этих редких артефактов. Германии золото так и не вернули. Россия обосновывает свои права на него в том числе и тем, что Шлиман, женившись на дочери московского купца, был российским подданным.
Цветное кино для вождя и народа
Среди полезных трофеев оказалась и немецкая цветная пленка АГФА. Именно на нее был снят легендарный «Парад Победы». В 1947 году советский зритель впервые массово увидел цветное кино — фильмы из США и Европы, привезенные из зоны оккупации.
Разумеется, пропагандистский «Триумф воли» Лени Рифеншталь не попал в прокат, но приключенческие ленты («Индийская гробница», «Охотники за каучуком»), биографические фильмы о Рембрандте и Моцарте, а также фильмы-оперы пользовались огромной популярностью. Настоящим культовым хитом стала музыкальная комедия Георга Якоби «Девушка моей мечты» (1944). Интересно, что первоначальное название — «Женщина моих грез» — партийное руководство сочло «неприличным», переименовав фильм, что, впрочем, не помешало ему стать любимым у миллионов зрителей.