Джулиан стоял, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
— Если бы я верил каждому, кто приносит мне слухи, — продолжил Арнфельд, — я бы уже пять раз оплакал нашего короля. Кто-то скажет, что отравили — кидаемся проверять. Кто-то скажет, что зарезали — срываем приём. Так мы до утра не успокоимся.
— Но это же не просто слух! — Джулиан почти кричал. — У меня письмо! Я видел ссору! Мне его передали специально, сказали, что бард скольцом...
Он осекся, но было поздно.
— С кольцом? — Арнфельд прищурился. — С каким кольцом?
Джулиан рефлекторно прикрыл мизинец ладонью.
— Это... мне дали. Чтобы силы прибавляло.
— Кто дал?
— Лириан Вейл, — выпалил Джулиан и, собравшись с духом, добавил: — И вот ещё что. Я был сегодня у холма. Стража не пустила. Сказали, что там работают маги по приказу самого Вейла. И что мне, как не магу, туда нельзя.
— И что с того? — Арнфельд даже не шелохнулся.
— Как что?! Он сказал, что на холме ничего нет, а сам туда никого не пускает! Он что-то скрывает!
Арнфельд поднялся из-за стола. Медленно, тяжело, в этом движении вдруг проступила усталость, которую он так старательно прятал.
— Слушай меня, бард, — сказал он, и голос его стал тише, но от этого не менее грозным. — Лириан Вейл служит королю дольше, чем ты живёшь на свете. Он трижды спасал Эдриана от смерти, когда тот был ещё мальчишкой. Он знает о магии больше, чем все мы вместе взятые. И если он говорит, что на холме нечего делать — значит, тебе там делать нечего.
Он шагнул вперёд, и Джулиан невольно отступил.
— А теперь ты приходишь ко мне с анонимным письмом, со слухами из таверны и пытаешься оговорить единственного человека, которому я доверяю. — Глаза Арнфельда сузились. — Попробуешь ещё раз — голова покатится с плахи раньше, чем ты успеешь придумать новую сказку.
— Но я...
— Ты ничего не знаешь, — отрезал капитан. — У тебя есть догадки. Есть слухи. Есть инициалы, которые ты сам додумал. Нет ничего, за что можно зацепиться. Ни одного имени. Ни одного свидетеля. Ни одного тела, кроме дьякона, которого ты, кстати, не видел.
Джулиан молчал. Арнфельд был прав. И от этого было ещё больнее.
— Иди и добудь железные доказательства, — холодно сказал капитан, садясь обратно. — Улики. Имена. Связи. Чтобы я мог прийти к королю и сказать: «Вот заговорщики, вот их планы, вот что мы с ними сделаем».
— Но как? — голос Джулиана сорвался. — Как я это сделаю? У меня нет ни отряда, ни власти, ни...
— Мне плевать, — Арнфельд взял перо, давая понять, что разговор окончен. — Подкупи. Укради. Проникни. Угрожай. Делай что хочешь. Но к вечеру мне нужны имена и доказательства.
— А если не успею?
Арнфельд поднял голову. В глазах его не было ни злости, ни сочувствия — только бесконечная усталость.
— Тогда будет поздно. Для всех. — Он помолчал. — И виселица. Или кол. Добавим к заговору покушение на чародея. Король это не любит.
— О, это что-то новенькое, — горько усмехнулся Джулиан.
— А теперь проваливай, — Арнфельд махнул рукой. — Время идёт. Сегодня вечером, как ты сказал? Значит, у тебя осталось часов пять.
Джулиан развернулся и уже взялся за дверную ручку, когда капитан окликнул его:
— И вот ещё что.
Джулиан обернулся.
— Если кто-то действительно сливает информацию из замка, —Арнфельд смотрел на него в упор, — это не Вейл. Он единственный, за кого я ручаюсь головой. Запомни это раз и навсегда.
Дверь захлопнулась за спиной Джулиана с тяжелым стуком. Он стоял в коридоре, чувствуя, как внутри всё кипит. Бессилие, злость, страх — всё смешалось в один комок. Арнфельд не верил. Или верил, но боялся действовать без доказательств. А может, ему просто было всё равно.
— Чёрт, — прошептал Джулиан. — Чёрт, чёрт, чёрт!
