БОМЖ

БОМЖ

Он вошел в вагон метро и сел через одно сиденье от меня. Внешне он походил на старого больного человека. Благородное тонкое лицо, небритая седая борода и добрые глаза. За спиной у него был сильно замызганный рюкзак еще советских времен, в одной руке трость, а в другой целлофановый пакет, которые он положил на пол перед собой.

Было заметно, что он сильно устал или болен. Тяжело сев, он прислонился к стенке вагона. Что что-то не так, я поняла, когда женщина, сидевшая напротив, демонстративно встала и ушла на свободное место вглубь вагона.

Я пересела на освободившееся сиденье напротив него.

Не обращая ни на кого внимания, он сидя стал снимать рюкзак. С трудом снял его и, расстегнув молнию, которая от старости и грязи поначалу никак ему не поддавалась, стал доставать оттуда какие-то пакетики. На весь вагон распространился тяжелый запах испорченных продуктов. В одном из них я заметила сосиски, сморщенные и с белым налетом. В следующем пакетике было какое-то месиво и большой кусок вареной колбасы, тоже неопределенного вида. Он ел эти сосиски аккуратно, словно это был деликатес. Входившие в вагон пассажиры сразу определяли в нем бомжа и рядом с ним не садились.

Он видел брезгливость и безразличие людей, находившихся в вагоне и, на их помощь не рассчитывал, но его старание не отличаться от окружающих было заметно и, только неопрятность в одежде выдавала его. Видимо он долго ездит в метро, чтобы согреться и отдохнуть.

Я молча протянула ему некоторую сумму денег. Он взял, и было видно, что удивлен. Вспомнив своего племянника, я заплакала. Какие обстоятельства сделали его жизнь такой, мне не было известно, но грусть и покой в его глазах говорили, что он устал бороться. Через одну остановку я вышла, а он поехал дальше в неизвестность.