Чехов ''Злоумышленник'', как автор относится к следователю?

Когда мы открываем короткие, как выстрел, рассказы Антоши Чехонте, то поначалу просто смеемся над нелепостью ситуаций. Но, знаете ли, за этим смехом частенько прячется такая тоска, что хоть волком вой. Взять хотя бы знаменитую историю про мужика Дениса Григорьева, который откручивал гайки с рельсов. Казалось бы, классическое столкновение «виноватого без вины» и буквы закона. Но тут возникает резонный вопрос: Чехов «Злоумышленник», как автор относится к следователю? Неужели он видит в нем лишь бездушную машину правосудия?

Чехов «Злоумышленник», как автор относится к следователю: между долгом и абсурдом

Следователь в рассказе — персонаж, прямо скажем, неоднозначный. Глядя на него, понимаешь: человек-то он, в общем, не злой. Он не орет, не топает ногами, а пытается — честное слово, пытается! — достучаться до сознания дремучего мужика. Описывая его, Чехов не прибегает к сатире. Напротив, авторская позиция здесь скорее сочувственная, но с огромной долей горькой иронии.

Следователь выглядит заложником системы, своего рода винтиком, который вынужден говорить на языке параграфов с тем, кто понимает только язык невода и грузил. Читая текст, буквально кожей чувствуешь это бесконечное утомление чиновника. Чехов «Злоумышленник», как автор относится к следователю? Пожалуй, как к человеку, который тщетно пытается вычерпать море решетом. Его спокойствие — это не признак силы, а признак полной растерянности перед глухой стеной непонимания.

Пропасть, которую не перепрыгнуть

Чехов мастерски показывает, что между этими двумя людьми — пропасть в несколько столетий развития. И ведь вот какая штука: следователь прав по закону, ведь поезд может сойти с рельсов, погибнут люди! Но для Дениса гайка — это просто железяка, а закон — какая-то городская причуда. Автор не делает из следователя злодея, он рисует его портрет с оттенком усталого равнодушия.

Знаете, бывает такое состояние, когда руки опускаются от невозможности что-то объяснить. Вот именно так автор и «подсвечивает» своего героя. Противостояние здравого смысла и жизненной правды заводит обоих в тупик. В конце концов, следователь просто сдается и отправляет мужика под арест, не потому что он кровожаден, а потому что иного выхода в его «бумажном» мире просто не существует.

В итоге, размышляя на тему «Чехов «Злоумышленник», как автор относится к следователю?», приходишь к выводу, что Антон Павлович сопереживает обоим. Один не понимает, за что его карают, а другой — как наказать так, чтобы это имело хоть какой-то воспитательный смысл. Это не просто суд, это трагикомедия о двух параллельных мирах, которые пересеклись в одном холодном кабинете, оставив после себя лишь горькое послевкусие недосказанности. И как тут не вздохнуть, закрывая книгу?