Недавно я рассказывала про обращение осужденной женщины, у которой свекровь забрала старшую дочь. Через месяц после заключения матери под стражу опека передала ребенка турецкой семье (со слов осужденной) на время, под временную опеку.
В четверг я встретилась с председателем КДН, мы договорились о взаимодействии. В пятницу я направила запрос как член комиссии ОНК РО. А сегодня вечером мне звонит мама осужденной со слезами: дочь ограничивают в родительских правах.
Законом нигде не предусмотрено, что если родитель нарушил закон, то его непременно нужно лишить или ограничить в родительских правах. Я наслышана об этой женщине: она была заботливой мамой, ребенок всегда выглядел чистым, опрятным, был сыт и развит не по годам. Никто не оправдывает ее поступок, но она всё-таки мама.
Ограничение родительских прав - это исключительная мера, которая согласно ст. 73 Семейного кодекса РФ применяется только в случае, если оставление ребенка с родителем (без лишения прав) опасно для него по обстоятельствам, от родителя не зависящим (психическое расстройство, иное хроническое заболевание, стечение тяжелых обстоятельств), либо если лишение прав является преждевременным, но есть основания полагать, что передача ребенка родителю невозможна. Сам по себе факт нахождения матери под стражей или даже совершения ею преступления не является безусловным основанием для ограничения или лишения родительских прав. Более того, согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ(Постановление № 44 от 14.11.2017), при решении вопроса о судьбе ребенка, чей родитель отбывает наказание, суд обязан оценивать наличие родственных связей, привязанность, поведение родителя до ареста и наличие у него намерения участвовать в воспитании после освобождения. Вмешательство органов опеки в такой ситуации должно быть соразмерным, а временная опека (особенно в иностранной семье) не должна подменять собой институт профилактики социального сиротства и подменять родственные связи, если мать не признана судом виновной в действиях, угрожающих жизни или здоровью ребенка.
