Сегодня, кроме бабушек, родившихся до революции, и тех, кто включает «ящик» по привычке для фонового шума, мало кто уже смотрит телевизор.
Молодежь ушла в смартфоны. Поколение 40+ предпочитает онлайн-кинотеатры, где нет рекламы лекарств от геморроя и обязательной политической повестки. Оставшиеся зрители терпят бесконечные повторы и шоу, актуальность которых истекла ещё в нулевых.
Да, статистика упряма: у Первого канала доля всего около 7%. У лидера «Россия 1» — 14%. Для медиаимперии, вещающей на всю страну, это не просто мало — это смешно. Шансов вернуть молодую аудиторию, которая не хочет жить по расписанию эфирной сетки, у телевизора почти нет.
Но Константин Эрнст продолжает штамповать своё «телеискусство». Гузеевы, Андреевы, Малышевы, Гордоны и КВН, от которого давно не смешно.
Вопрос на миллион: для кого это снимается? И смотрит ли это сам гендиректор? Или это замкнутый круг, где ведущие восторгаются собственным отражением в экране, сидя в своих роскошных гостиных?
Даже лицо канала не смотрит канал
Екатерина Андреева, главный символ новостной сетки Первого, в интервью призналась: телевизор она почти не включает. То есть даже ей неинтересно то, что производит Эрнст. А почему тогда это должны терпеть миллионы зрителей?
В интернете есть всё: концерты, фильмы, лекции, блоги о чем угодно — от квантовой физики до приготовления стейков. Без цензуры, без «черных списков» и без ощущения, что из 90-х на вас веет могильным холодом. Экосистема видео стала гибридной: люди смотрят то, что хотят, а не то, что «спустили сверху». Блогеры собирают миллионы просмотров честными обзорами, пока прайм-тайм Первого пылится в статистике.
Театр абсурда: Гузеева и всемогущий Эрнст
Но самая интересная загадка не в рейтингах, а в том, почему «артистическая элита» так заискивает перед Константином Львовичем? Страх потери работы? Или выучка крепостных?
Яркий пример — Лариса Гузеева. Заслуженная артистка, владелица недвижимости в Москве, Подмосковье, на Бали и в Болгарии. Женщина с колоссальным опытом. Но в разговоре об Эрнсте она сжимается:
«Я бы к нему не пошла. Я кто такая? Как вы себе это представляете? Я всего один раз была у него на «ковре», где нас заставили подписать, что не будем бегать по другим каналам».
Представляете масштаб? Успешная женщина чувствует себя школьницей перед директором. Кто такой Эрнст, чтобы перед ним трепетала звезда такого калибра? Почему реальные достижения меркнут перед шевелюрой медиаменеджера?
Это классический культ личности внутри старой системы, который держится на страхе и лести. Пока телеведущие боятся лишний раз позвонить начальнику, блогеры строят империи без поклонений «великим».
Награды для своих: Эрнст как нобелевский лауреат от ТВ
Про Константина Львовича в Сети информации больше, чем про президента. Такое ощущение, что это не человек, утопивший флагман отечественного ТВ, а как минимум спаситель человечества.
У него свыше 30 званий и премий. Государственная премия РФ в области литературы и искусства вручена ему за программу «Формула власти». То есть, по логике комитета, ток-шоу теперь приравнивается к высокой литературе.
А премия «ТЭФИ»? Эрнст — лидер по числу наград (семь штук). Логика проста: люди из орбиты Первого канала создали премию, сами себя номинировали, сами наградили. Основатель ТЭФИ Владимир Познер когда-то работал на Первом, так что схема «сами себя похвалили» работает безотказно. Хочешь стать легендой? Создай свою премию и награди себя любимого.
Барин с офшорами и дочерью в США
Международный контекст добавляет перцу. По данным Pandora Papers, Эрнст связан с офшорами на Кипре и имеет британское гражданство. Дочь, по слухам, живет и учится в США.
Картина вырисовывается живописная: человек, руководящий федеральным каналом на госденьги, имеет активы за рубежом, а его семья — на Западе. При этом внутри страны он выступает в роли строгого барина, перед которым трепещут подчиненные.
Усюсю и аплодисменты стоя
Масштабы лести на Первом канале зашкаливают. Это не просто уважение, это пожарный гидрант подхалимажа. В КВН команды соревнуются, кто изящнее пошутит про «Константина Львовича». В интервью ведущие рассыпаются в комплиментах так, что вот-вот встанут на колени.
Смотреть на это неловко. Когда уровень подхалимажа зашкаливает, это уже не этикет, а карикатура.
Понятно, почему они так себя ведут. Эрнст — работодатель, распределитель эфира, человек-кран, который открывает или перекрывает финансовый поток. Хочешь зарплату? Улыбайся и кланяйся.
Но зрителям-то какая разница? Эрнст не платит нам пенсии и не снижает коммуналку. За какие заслуги ему навешали столько регалий? За шоу-повторы? За юмор, от которого хочется плакать?
Вход по пропускам, зарплата как у курьера
Трудоустройство на этот «Олимп» напоминает попадание в закрытый НИИ. Собеседования, психотесты, проверки службы безопасности. Атмосфера — как при дворе.
Но вот парадокс: зарплаты там не впечатляют. Курьер из Яндекс.Лавки или начинающий программист зачастую зарабатывает больше, чем сотрудники телевидения. Парадокс феодализма: денег мало, требований выше крыши, обязательный поклон начальнику — в комплекте.
Зачем туда идут люди с образованием и доступом к интернету, где можно реализовать себя без ритуалов? И главное: на чем держится эта конструкция?
Зритель ушел. Молодежь не смотрит. Контент устарел. Вся эта махина существует по инерции. Все делают вид, что это важно и значимо. Но на деле народ давно нажал кнопку «Выход» на пульте и пошел жить своей жизнью. А в студии остались только те, кто боится выйти из строя и перестать аплодировать.