Согласно докладу «Перспективы энергетических технологий 2026», опубликованному сегодня Международным энергетическим агентством (МЭА), глобальный рынок экологически чистых энергетических технологий достигнет объема в 1,2 триллиона долларов к 2025 году. Этот показатель превышает объемы мировой торговли углем и вплотную приближается к масштабам рынка природного газа. К 2035 году стоимость сектора удвоится и сравняется с текущими размерами глобального рынка сырой нефти. Переход к экономике, основанной на электрификации, сместил фокус с добычи полезных ископаемых на массовое производство высокотехнологичных компонентов.
Основным драйвером роста выступает сегмент электромобилей, на который приходится около трех четвертей всей рыночной стоимости. За последнее десятилетие стоимость литий-ионных батарей снизилась на 75 процентов, что сделало электрокары конкурентоспособными по сравнению с автомобилями на двигателях внутреннего сгорания. Параллельно цены на солнечные модули упали на 85 процентов. В результате четыре пятых мировых мощностей ветровой и солнечной генерации сейчас производят электроэнергию дешевле, чем станции, работающие на угле или газе.
Производство этих технологий географически сконцентрировано. Китай контролирует около 80 процентов мировых мощностей по выпуску солнечных панелей и аккумуляторов, а по отдельным промежуточным компонентам, таким как кремниевые пластины и аноды, эта доля достигает 95 процентов. Конкурентное преимущество китайских производителей базируется не на дешевой рабочей силе, а на эффекте масштаба, глубоко интегрированных цепочках поставок и высоком уровне автоматизации. В некоторых сегментах, например при производстве лопастей для ветротурбин, стоимость труда имеет значение, однако для батарей и солнечных элементов определяющими факторами остаются производственная эффективность и доступ к дешевой энергии.
В ответ на такую концентрацию правительства в США и странах Европейского союза применяют протекционистские меры для защиты внутренних рынков. Введение импортных пошлин привело к перестройке торговых потоков. В США тарифы на солнечные модули и аккумуляторные ячейки привели к тому, что конечная стоимость этих компонентов для внутреннего потребителя вдвое превышает среднемировые показатели. Несмотря на программы государственного субсидирования, себестоимость продукции американских и европейских заводов остается существенно выше, чем у азиатских конкурентов.
Стремительное расширение производственных мощностей создало избыток предложения на мировом рынке, что спровоцировало падение рентабельности. В 2024 году десять крупнейших производителей солнечных панелей зафиксировали совокупный убыток в размере 4,5 миллиарда долларов. Производители батарей сохраняют относительную стабильность исключительно за счет высокой консолидации рынка вокруг нескольких ведущих корпораций. Низкая рентабельность ограничивает возможности компаний за пределами Азии инвестировать в научно-исследовательские разработки, которые необходимы для коммерциализации технологий следующего поколения.
Текущая структура цепочек поставок несет в себе стратегические риски. Остановка экспорта китайских компонентов для аккумуляторных батарей сроком на один месяц приведет к потере 17 миллиардов долларов для заводов по сборке электромобилей в других странах, при этом две трети ущерба придутся на Европейский союз. Около половины мировой торговли технологиями чистой энергетики проходит через Малаккский пролив. Любое физическое ограничение судоходства в этом регионе или в других критических узлах, таких как Суэцкий канал, вызовет логистические сбои и резкий скачок фрахтовых ставок.
Сектора, находящиеся на ранних стадиях коммерциализации, такие как производство низкоуглеродного водорода, улавливание углерода и зеленая металлургия, демонстрируют смешанную динамику. Заявленные инвестиции в проекты по выпуску водорода достигли 8 миллиардов долларов, однако лишь малая часть запланированных мощностей дошла до стадии окончательного инвестиционного решения. Высокие капитальные затраты, отсутствие инфраструктуры и неопределенный спрос тормозят развитие этих отраслей. Производство стали с нулевыми выбросами остается на 20–145 процентов дороже традиционных методов, требуя масштабного внешнего финансирования для покрытия ценового разрыва.
Перераспределение промышленных мощностей потребует долгосрочных капитальных вложений и создания стратегических партнерств. Такие страны как Индия, Бразилия и государства региона Юго-Восточная Азия начинают встраиваться в глобальные цепочки поставок, используя свой доступ к сырью и относительно недорогую энергию. Преодоление технологического разрыва займет годы, и до этого момента международная торговля останется основным механизмом удовлетворения спроса на энергетическое оборудование, несмотря на ужесточение тарифных барьеров.