Слышали ли вы, любезный читатель, старую истину о том, что рукописи не горят? А вот билеты на хорошие выставки разлетаются быстрее, чем Гелла натирает колено кремом! Впрочем, шутки в сторону (или нет, ведь мы говорим о Булгакове). В легендарном доме на Большой Садовой случилось событие, достойное пера самого Михаила Афанасьевича. Искусство и закон, мистика и реальность переплелись в причудливом танце. Владимир Волк — фигура в художественном мире не просто заметная, а, я бы сказал, монументальная. Художник, график, скульптор, человек, который мог бы сказать «Я художник, я так вижу», и никто бы не посмел возразить. В профессиональной среде его уважали так же сильно, как кота Бегемота боялись кондукторы трамваев. Владимир Алексеевич слыл нонконформистом, но, как изящно заметила его дочь, Ирина Волк, «не был в авангарде этого движения». Он был тем самым тихим омутом, в котором, как известно, водятся черти… или шедевры. Более 4000 работ, хранящихся от частных коллекций до Третьяковки, — это
Воланд бы оценил: мистика, генерал МВД и «Мастер» в одной «Нехорошей квартире» ⬛
26 марта26 мар
2 мин