Доброе утро, друзья и коллеги. С вами доктор медицинских наук, профессор психиатр Азат Асадуллин. Сегодня у нас суббота, а значит, время для клинического разбора. Тема, которую мы затронем, находится на гребне волны современного хайпа. Речь пойдет о легальных психоделиках. Вокруг них сейчас столько шума, столько надежд на «быстрое исцеление души», что иногда забывается простая вещь: психиатрия — это наука о безопасности. Сегодня мы разберем случай, того, как рекреационное использование Ежовика гребенчатого (Lion's Mane) превратило успешную женщину в пациента с затяжным психическим расстройством, и о том, как мы пытались ее спасать. А сперва пытались разобраться, что же это за состояние: шизофрения? Биполярное расстройство? Или еще что то... Хотите разобраться вместе со мной? Ну тогда читайте дальше.
Ежовик гребенчатый (Lion's Mane) технически относится к ноотропам, а не к классическим психостимуляторам, так как он не вызывает (по крайней мере так пишут) резкого выброса дофамина или адреналина. На маркетплейсах его продают как биологически активную добавку (БАД).
Вот как он работает:
Механизм: Содержит эринацины и гериценоны, которые стимулируют синтез фактора роста нейронов (NGF). Это помогает мозгу строить новые нейронные связи.
Эффект: Улучшение памяти, концентрации и обучаемости. В отличие от кофеина, эффект накопительный и проявляется через 1–2 недели приема.
Формы выпуска: На маркетплейсах чаще всего встречается в виде капсул, порошка или сушеных грибов.
Клинический случай: когда «расширение сознания» сужает жизнь
Представьте себе пациентку, 32 года. До определенного момента ее жизнь была образцом успешности. Работает руководителем офиса в крупной бухгалтерской фирме, престижное образование, насыщенная социальная жизнь. В анамнезе, в 20-24 года была мягкая депрессия и генерализованное тревожное расстройство, которые прекрасно контролировались венлафаксином. Никакой мании, никакой гипомании в прошлом. Единственный красный флаг, который был выявлен на осмотре: у родного брата диагностировано биполярное расстройство.
Осенью 2020 года, под влиянием друзей и общего тренда на «оздоровление через грибы», она решила принять Ежовик гребенчатый - ненаркотическое растение в России. Важно отметить: она не прекращала прием венлафаксина. Это первое нарушение правила «сет и сеттинг» — лекарственное взаимодействие. Она принимала эти сушеные грибы два дня подряд. Если первый день прошел относительно нормально, то после второй дозы началось то, что в психиатрии называется «нежелательным явлением», а в жизни — катастрофой.
В течение нескольких часов у нее развилась мания. Параноидный бред, который не отпускал месяцами. Сон сократился до 3–4 часов, но она не чувствовала усталости. Гоночка мыслей, импульсивность на фоне паранойи. Это состояние длилось три месяца. Она сменила место жительства, оттолкнула близких, вела себя совершенно нехарактерно. Когда мания и психоз наконец отступили, началась вторая фаза — тяжелая депрессия. Но не просто тоска, а тотальное отсутствие чувств. Ангедония такой силы, что она перестала чувствовать связь даже с любимой собакой, которую растила щенком. Эмоциональный диапазон стал равен нулю. Работа, друзья, жизнь — все потеряло значимость в ее жизни. Появились пассивные суицидальные мысли, основанные на ощущении бессмысленности существования.
Диагностический тупик и поиски причины
Пациентка прошла через круги диагностического ада. Лабораторные анализы, ЭЭГ, МРТ головного мозга, панели на аутоиммунный энцефалит, инфекционные маркеры, генетические тесты. Всё было в пределах нормы или неинформативно. Интересный момент: в ходе обследования выявили погранично повышенные титры антител к дофаминовым рецепторам D1. Это навело на мысль об аутоиммунной природе процесса. Была проведена пульс-терапия метилпреднизолоном. Результат? Нулевой к сожалению.
Ее лечили всем арсеналом современной психиатрии: ламотриджин, луразидон, кветиапин, бензодиазепины и многое многое другое. Она прошла несколько курсов транскраниальной магнитной стимуляции (ТМС) на разных машинах. Пробовала диетические вмешательства, гипнотерапию, инфузии трициклических антидепрессантов. Никакого значимого эффекта. Это классическая картина резистентности, когда пациент становится «туристом» от медицины, теряя деньги и надежду.
Нейробиология сбоя: серотонин, дофамин и аутоиммунитет
Давайте заглянем в механизмы этого сбоя. В основе механизма Ежовника, предположительно лежит, в том числе и агонизм серотониновых рецепторов 5-HT2A. В контролируемых условиях это может способствовать нейропластичности. Но у нашей пациентки сработал эффект «дофаминового шторма». Маниакальная фаза указывает на гипердофаминергическое состояние в мезолимбическом пути. Однако последующая глубокая ангедония говорит о истощении или блокаде дофаминовой передачи в мезокортикальном пути, отвечающем за мотивацию и удовольствие.
Венлафаксин, который она продолжала принимать, является СИОЗСН (ингибитор обратного захвата серотонина и норадреналина). Комбинация СИОЗСН и ежовника могла потенцировать серотонинергическую нагрузку, но ключевым здесь стал индивидуальный риск. Наличие биполярного расстройства у брата указывает на генетическую уязвимость к аффективным сдвигам. Серотонин, в данном случае выступил триггером, «разбудившим» латентную биполярность или вызвавшим стойкое наркотик-индуцированное расстройство настроения.
Особый интерес представляет гипотеза об аутоиммунном ответе. Обнаружение антител к рецепторам D1, хоть и в пограничных титрах, открывает дискуссию о том, может ли психоделический опыт запускать иммунную реакцию против собственных нейрорецепторов. Хотя стероиды не помогли, сама находка заставляет задуматься о роли нейровоспаления в затяжных пост-психоделических состояниях. Впрочем это само по себе не ново.
Терапевтическое решение: дофаминовый ключ
Что же сработало? Когда традиционные антидепрессанты и антипсихотики показали свою несостоятельность, внимание переключилось на прямую стимуляцию дофаминовых рецепторов. Пациентке назначили прамипексол — агонист дофаминовых рецепторов D2/D3. Начинали с малой дозы 0,25 мг/сут, титровали до 4,5 мг/сут.
Эффект не заставил себя ждать. Через два месяца она начала чувствовать эмоции. Вернулась способность выполнять бытовые задачи, ухаживать за собой. Она смогла сменить жилье, начать социализироваться, даже сходила на свидание. Суицидальность уменьшилась. Она вернулась к работе. Это кейс демонстрирует, что при тяжелой пост-психоделической ангедонии, резистентной к СИОЗС и нормотимикам, дофаминергическая агонизация может стать спасательным кругом. Механизм, вероятно, заключается в обходе истощенных путей синтеза дофамина и прямой стимуляции постсинаптических рецепторов. Ну мы предположили, что это так.
Уроки для практики и общества
Этот случай, который я вам представил, не просто история болезни, это очень важное предупреждение. Сейчас мы наблюдаем тренд на легализацию и декриминализацию, пусть даже и моральную, многих наркотических соединений в мире. Да, многие вещества показали свою эффективность в исследованиях. Но важно понимать разницу между клиническим исследованием и рекреационным использованием. В клинических исследованиях пациентов тщательно скринят. Исключают тех, у кого есть личная или семейная история психозов и мании. Нашу пациентку исключать было нужно из любого исследования, но она принимала грибы вне клиники. Скорее всего, понимая, что это психоактивный препарат, пусть даже и растительный. Интеллектом же она не обделена.
В клинических условиях есть «сет и сеттинг», то есть подготовка, сопровождение терапевтом, интеграция опыта. На «улице» есть только друзья и упаковка с грибами. Да, статистика говорит, что тяжелые последствия редки. Но когда они случаются, как в этом случае, они могут длиться годами и разрушать жизнь.
Есть еще один этический момент. В некоторых случаях есть психотропное препараты, которые рекомендуют торговые площадки, и их великое множество, предлагая решение для терапии усталости, легкой депрессии и прочее. Психиатрия, дорогие мои, это медицина. Если у пациента начнется мания или суицидальный криз, безымянный продавец с маркетплейса не сможет назначить терапию или купировать острое состояние. Мы видим похожую ситуацию все чаще и чаще, а качество помощи от подобных соединений часто уступает безопасности.
Ирония судьбы и реальность
Пациентка потратила сбережения на консультантов из рехабов, которые называли ее случай «уникальным и интригующим», но не смогли помочь. Она пробовала ретриты и духовное наставничество, пока ее мозг требовал фармакологической коррекции. Это иллюстрирует проблему современного рынка ментального здоровья: обилие альтернативных методов при дефиците доказательной помощи. Такие вещества, зачастую не наркотические, но с психотропным эффектом, рекламируется как панацея, но забывается, что это мощный психоактивный инструмент. Как скальпель в руках хирурга лечит, а в руках дилетанта калечит.
Заключение
Подводя итог нашему разбору, хочу сказать: подобные вещества имеют потенциал, но они не безобидны. Семейный анамнез по биполярному расстройству это противопоказание для самостоятельного использования любого психоактивного вещества, даже аптечного снотворного. Затяжные депрессивные состояния после приема могут требовать нестандартных подходов, включая дофаминергические агонисты. И самое главное, уважаемые, не занимайтесь самолечением серьезными веществами.
Друзья, на этом мы завершаем сегодняшний разбор. Берегите себя и свои нейроны. До встречи в следующую субботу.
Если у вас возникли вопросы по материалам разбора или вы хотите записаться на консультацию, пишите на электронную почту: droar@yandex.ru или в телеграмм @Azat_psy. Если есть потребность, мы можем подобрать врача по вашим потребностям или я сам могу проконсультировать. Помните, что заочные рекомендации имеют ограничения, и живая встреча всегда приоритетнее.
Эта статья носит сугубо информационный характер и не служит руководством к терапии. Лечение, если оно потребуется, может назначить врач только после консультации. Любые комментарии в интернете стоит воспринимать скептически, поскольку все люди и случаи разные, нельзя так просто судить по одному небольшому комментарию. Часто врачу требуется не менее часа для разбора сложного кейса и подбора терапии. Слушать ответы в комментариях — это небезопасно, да и неэтично.
Для коллег-профессионалов, которые хотят углубиться в фармакологию и разбирать такие кейсы подробнее, приглашаю в мой телеграм-канал для профессионалов, где мы проводим детальный разбор фармакологических нюансов и новых исследований.
Всем добра и устойчивой ремиссии вашим пациентам. До свидания.