Роскомнадзор стал главным ньюсмейкером и объектом народной ненависти. Блокировки Telegram, замедление интернета, принудительный переход на отечественный мессенджер MAX — всё это за неделю обернулось миллиардными потерями для бизнеса и волной возмущения, которая докатилась даже до ультрапатриотов.
Бывший кандидат в президенты Борис Надеждин подал уведомления о митингах в десятках городов. Удастся ли рассерженным гражданам выйти на улицу 29 марта или их заставят вернуться в «доцифровое средневековье»? Об этом — в разговоре с политиком.
Двойная жизнь патриотического телефона
Когда в России начали массово блокировать привычные мессенджеры, Борис Надеждин, как и многие его соотечественники, обзавелся вторым телефоном.
«Я, как и очень многие мои знакомые, вынужден вести, стыдно сказать, двойную лицемерную жизнь. У меня есть мой основной телефон, в котором все контакты, Telegram, всякие мессенджеры и всякие не очень популярные сайты, про которые лучше не рассказывать. И, конечно же, у меня есть второй телефон — абсолютно патриотический. В нем установлен Messenger Max, там «Яндекс.Почта», «ВКонтакте».»
Этот «максофон», как иронично называет его политик, существует для формального соблюдения правил. В нем записаны только родственники — жена, дети, внуки, тёща. Но для реального общения Надеждин им не пользуется.
*«Вот из 2,5 тысяч подписчиков моего жены — она ведет школьный Telegram-канал «Физлиц» — в MAX переписалось 67 человек. Все попытки популярных блогеров, в том числе Z-патриотической общественности, открыть каналы в MAX провалились. Люди его открывают, потому что начальство велит, потому что в Госуслуги без этого уже вроде как нельзя войти. Но никто не собирается там реально общаться».*
Дело ЮКОСа как матрица
Почему власти так настойчиво продвигают именно MAX? Надеждин проводит параллель с историей двадцатилетней давности.
«Я всегда, когда такие масштабные истории происходят, вспоминаю дело ЮКОСа. Там совпали две истории. Первая — политическая: Ходорковский бросил вызов Путину. Вторая — чисто коммерческая: актив захотели взять в Роснефти. Вот и здесь совпал частный интерес — чтобы все зарегистрировались в частной компании ООО «Мах» (товарный знак они зарегистрировали именно так), разбогатеть на трафике и рекламе, — и политический интерес: ликвидировать пространство свободного и неконтролируемого общения, отрезать тех, кто в России, от всего остального мира».
«Власть дала МАХу!» и другие мемы
Надеждин — один из немногих политиков, который не просто цитирует мемы, но и сам их создает. В 2024 году во время сбора подписей в его поддержку по интернету разлетелась фотография, где он держит огромную рыбу, а стоящий рядом Путин — мелкого окунька. Позже появился мем с грибами.
«Я сразу сказал: наша власть дала маху. Это вы просто мимологом становитесь, — улыбается он. — Но если серьезно, то когда появляется MAX, все понимают: это попытка загнать людей в контролируемую среду. И народ это чувствует».
Митинги 29 марта: 5% — это много или мало?
Надеждин и его сторонники подали уведомления о проведении митингов в десятках городов, включая Москву и подмосковные Королёв, Химки, Мытищи, Долгопрудный. Москва, как и ожидалось, отказала. По области пока идут дискуссии.
В своем Telegram-канале Надеждин провел опрос: готовы ли люди выйти на акции протеста. Результат — 5% от числа проголосовавших.
«Представьте, что 5% пятнадцатимиллионной Москвы выходит на митинг. Это 750 тысяч человек. А если взять Королёв, где живёт 200 тысяч, 5% — это 10 тысяч. Это серьёзная история. Так что я не удивлен, я считаю, что это очень много. Дай бог, чтобы столько и пришло».
ФСБ и закон об отключении интернета
Недавно вступил в силу закон, позволяющий спецслужбам отключать связь и интернет без каких-либо объяснений. Надеждин называет это закономерным этапом.
«Когда происходит военный конфликт (а специальная военная операция идет уже четыре года с кучей жертв и разрушений), у Путина нет другого варианта. Силовики получают всё больше власти, потому что он на них опирается. В этом законе даже нет формулировки, что нужно объяснять, по какому поводу ФСБ может отключить. Отключили — и всё. Когда авторитаризм начинает сползать в репрессивный тоталитаризм, никакие формулировки уже не требуются. Просто на кого покажет начальник, того и бьют».
Что злит людей: цены, обстрелы, отрезанная связь
Свои выводы о настроениях Надеждин делает не только по опросам в соцсетях. Он проводит фокус-группы в рамках подготовки к выборам в Госдуму и Мособлдуму.
«Люди очень сильно раздражены и очень сильно устали от проблем, которые на них валятся. На жителей Московской области, конечно, проблемы не такого масштаба, как у Белгорода, где уже по полной программе боевые действия, ракеты прилетают, люди гибнут. Но беспилотники к нам тоже прилетают, взрывы и жертвы случаются».
Вторая боль — цены.
«Моя жена раз в неделю закупается в «Пятёрочке» или «Магните». Если раньше на 6–7 тысяч рублей она набивала тележку и вся семья её ела, сейчас это просто в разы выросло. Кормление большой семьи стало тяжелой историей. И в этих условиях еще и отключение привычных способов связи. У миллионов россиян родственники живут в бывших республиках СССР, в Германии, Израиле, Украине. Это просто отрезание от возможности общаться со своей родней».
«Если не давать людям выйти мирно, вы доиграетесь»
В уведомлении о митинге, поданном в подмосковные администрации, Надеждин использовал формулировку, которую некоторые назвали угрозой.
«Если запрещать людям выражать свой протест мирным и законным путем, возрастает риск протеста в немирных и незаконных формах, чего бы нам очень не хотелось».
— Это не угроза, это описание реальной ситуации, — объясняет политик. — Я лично исключительно за мирные законные действия. Я считаю, что лучший вариант — победа вменяемых кандидатов на честных выборах, мирная смена власти. Я против революций, майданов, пути 1917-го и 1991-го. Но я говорю нашим начальникам: «Товарищ начальник, если вы будете писать, что для оппозиции — ковид, а митинг с 80 тысячами на Лужниках — это ковида нет, то вы доиграетесь».
«Позновато? А в 1987-м не было даже интернета»
На вопрос, не поздно ли протестовать, когда уже принят закон о тотальном отключении связи, Надеждин отвечает исторической аналогией.
*«Ребята, поверьте мне: КПСС и КГБ образца 1987 года — это намного круче, чем «Единая Россия» и ФСБ образца 2026-го. И тогда, заметьте, не было никакого интернета, ни WhatsApp, ни Telegram. И что? Надо действовать. Надо делать то, что ты умеешь и можешь, и верить в то, что российский народ достоин нормальной жизни».*
А тем, кто предлагает «просто не сидеть в интернете», он напоминает:
«Когда-то жили без электричества, ловили мамонтов, жарили на кострах — и всё было хорошо. Пока их всех не съели. Когда-то женщины не имели права голоса. Прогресс — это мейнстрим мировой цивилизации. Россия с этой дороги свернула куда-то в далекое прошлое, в средневековье. Но мы вылезем, куда денемся. Вопрос — какой ценой, когда и с какими потерями».
29 марта, в день, когда по всей стране анонсированы акции в защиту 29-й статьи Конституции (право на информацию), станет ясно, насколько глубоко недовольство и готовы ли люди выходить на улицу, несмотря на запреты и угрозы. Борис Надеждин, чья заявка в Москве уже отклонена, а в области пока находится в подвешенном состоянии, говорит, что продолжит диалог с властями. И предупреждает: игнорирование запроса на легальный протест может привести к куда более серьезным последствиям.
«Я работаю над тем, чтобы нормальный выход России на траекторию развития произошел быстрее, мирным путем и без разрушений», — заключает политик.
Материал подготовлен на основе интервью Бориса Надеждина для проекта «Фидер».