Санджай сидел на камне высоко в горах, где единственным его спутником был лёгкий летний ветерок, который казался теплее, чем температура вокруг. Сын пастуха, Санджай ушёл в горы, потому как жизнь его совершенно не складывалась, а несчастья как будто бы шли по пятам, а порой и опережая его, как это было с неожиданной и нежданной смертью матери. До этого жена и дети погибли в результате наводнения. Но Санджай стоически перенёс это горе и не стал сетовать на Гангу. Он всегда верил, что если боги что и делают, то всё это не зря, просто человек с его ограниченным умом и знаниями не всегда готов понять их замысел. А после того, как умер его ослик, Санджай понял, что видимо не судьба ему жить в низине, среди людей, ведь всё живое, существует с ним не так долго, как бы он хотел. Да ещё и местный Раджа требовал от крестьян больше, чем они способны были отдать.
Винить ли за это богов? Судьбу? Скорее всего он был нечестивцем в прошлых своих жизнях и всё, что с ним происходит - ни что иное, как карма.
Санджай сел в позу лотоса и стал настраиваться на медитацию, как вдруг услышал хруст хвороста под чьей-то ногой. Он раскрыл глаза и увидел старушку с посохом. Старая женщина, чуть скрючившись и наклонив спину медленно шла вверх по дороге к вершине горы.
Санджай вскочил на ноги и быстрым шагом настиг старушку.
- Матушка, что Вы здесь делаете? - произнёс он взволнованно, как будто не веря в увиденное.
- Ой, сынок, шла по дороге, шла, задумалась и заблудилась. Думала, что сейчас преодолею перевал и дорога снова пойдёт вниз, а она всё не заканчивается...
- Вы видимо сбились ещё у подножия, там есть ложные тропы. Давайте я сопровожу вас вниз до вашего дома.
"Это ж надо так далеко забрести в горы?! Ох уж эти старики, они право как дети, за ними всегда нужен глаз да глаз" - подумал с грустью Санджай.
- Я была бы рада твоей помощи сынок, но мне не хочется отвлекать тебя от твоей медитации.
- Ну что Вы, мама, если впереди у человека вечность и нет никаких привязанностей, то и время для него уже не имеет особого значения. Путь вниз будет долгим, Вы очень далеко зашли, тут и до вершины не так далеко. Пойдёмте, только подождите, я принесу вам немного воды из горного водопада, попить и умыться, тут недалеко.
После того, как Санджай принёс воды и старушка утолила ей свою жажду, они двинулись в путь , вниз в селение.
Шли медленно и долго, прошло уже наверное часа три. Санджай чувствовал дикий голод, он даже не помнил, когда ел в последний раз. Он шёл чуть впереди, иногда оборачивался, иногда, в непростом месте поддерживал старушку за локоть, помогая преодолевать препятствия в виде упавшего дерева или обвала из засохших корней и камней, отколовшихся от горной породы.
Вдруг, прямо на их пути, им встретилась яблонька, на верхних ветвях которой, Санджай разглядел всего одно яблоко. Он полез по дереву, достал яблоко и протянул его старушке.
Та взяла спелый плод и предложила его Санджаю. Тот улыбнулся нежной и доброй улыбкой любящего сына и отказался. Они присели, пока старушка не доела яблоко. Санджай только сейчас заметил, что он расцарапал себе бок и локоть, когда лез на дерево или спускался с него. "Ну, главное, что я смог достать немного еды для этой женщины", - сказал он себе.
Когда они прошли ещё несколько часов, Санджай почувствовал, как пересохли его губы и как сильно жажда стала одолевать им. "А представь каково этой старой женщине?!" - подумалось ему и он тут же остановился. Предложил сделать привал и попросил его подождать, пока он пойдёт чуть вперед, а может потом выше по склону, дабы найти какой-либо родник или любой источник воды.
- Куда ты, сын? Не решил ли ты оставить меня одну в этом лесу?
- О, нет-нет, матушка, я просто хочу найти воды и принести вам, я знаю как сильно вы хотите пить.
- Хорошо сынок, только будь осторожен в этих джунглях.
Санджай потратил очень много времени и сил, прежде, чем нашёл источник воды. И, к своему счастью, он набрёл на горное озеро, о котором даже не знал. Он умылся, напился воды и тут же вспомнил о своей попутчице. Он набрал воды в небольшой сосуд, что всегда носил с собой. Как вдруг увидел маленького оленёнка, застрявшего в коряге. Но беда в том, что зверь находился на другой стороне озерца.
"Ну, что ж, не зря ведь именно мне он попался на глаза, значит я обязан помочь бедному животному", - подумал он про себя и направился на другую сторону озера. К его счастью, ему не потребовалось много усилий, чтобы извлечь животное из этой природной западни. Почувствовав, что его задние ноги освободились, олененок проворно вскочил на ноги и был таков. Санджай улыбнулся, почувствовав радость свободы, которую испытало животное, и тут же вспомнил о старой женщине, что дожидалась его в лесу, чуть выше по склону.
"Надо спешить, джунгли полны опасностей" - прозвучало у него в голове. Он ускорил шаг и уже примерно через полчаса вернулся на то место, где он оставил свою спутницу.
На том месте он обнаружил следы борьбы, сломанные сучья и даже, как ему показалось, кровь. Женщины не было, остался только её посох. Санджай почувствовал ужас, он был уверен, что это был тигр, и что он напал на старушку и унёс свою жертву в глубь джунглей. Он сел и заплакал, прикрыв глаза своими ладонями.
"Почему все живые существа, к кому я испытывал привязанность или любовь, обязательно покидали меня, не уж то и правда, в своей прошлой жизни я был вором и убийцей?!" - спрашивал он себя.
- Почему ты плачешь, Санджай? - вдруг раздался чей-то красивый, как любимая мелодия и громкий и раскатистый, как эхо горного ручья, голос по правую руку от него. Он вскочил на ноги, перед ним в своём красивом красном сари возвышалась жена его избранного бога Шивы, Парватти. Он никогда прежде не встречал богов, но не узнать супругу Шивы он просто не мог, была уверенность, что это была именно она. Он упал на колени и склонился перед Великой Матерью.
- О, дэви! Я плачу, так как видимо ту женщину, что я пытался сопроводить вниз, забрал себе как жертву дикий зверь и я вновь не смог ни чем помочь человеку, который нуждался в моей помощи и заботе.
- О, нет-нет, Санджая, с ней всё в порядке, я призвала своего сына Ганеша помочь ей добраться в деревню верхом на его мышах. С ней всё будет в порядке, Ганеш позаботится о ней. А я хочу позаботиться о тебе, вот возьми этот хлеб, вода у тебя есть. Я знаю, что ты очень голоден. Я хотела просто тебя поблагодарить за своего оленёнка, что весь день не попадался мне на глаза.
Тут же из-за спины богини всего живого на земле, вышел тот самый оленёнок.
Санджая улыбнулся, узнав того и вспомнив его прыть в момент освобождения.
Парватти, как-будто прочла его мысли и тоже улыбнулась доброй и ослепительной улыбкой.
- А теперь иди вниз Санджая, ты достаточно настрадался, искупив многие свои грехи прошлой жизни. Теперь у тебя всё будет хорошо и с тобой, и с людьми, которых ты полюбишь, и с животными, что будут с тобой рядом. Перед самым подножьем горы есть деревня, ты знаешь о ней. На самом краю деревни живёт старик, который уже не может поддерживать хозяйство самостоятельно. У старика есть красавица дочь, которая не справляется с обязанностями по дому и двору, потому, что их стало очень много для хрупких и слабых женских рук. Скажи, что тебя послала супруга Махадэва - дэви Шакти (здесь Санджай снова склонился в почтительном поклоне), так как он был настойчив в своих молитвах, тогда он не откажет тебе в приёме, предоставит кров и примет твою помощь. Служи ему столько, сколько он сможет ещё пребывать на этом свете и будь добр к его дочери, она хороший человек, как и он сам.
- Да, матушка! Я сделаю всё, как ты сказала. - Санджай упав на колени, припал лицом к земле. Потом поднялся, отряхнул одежду, собрал свои немногочисленные вещи, взял хлеб и направился вниз по горному склону к той деревне, о которой поведала ему Парватти.
Олененок, что стоял рядом с богиней, вдруг превратился в её дочь Ашок Сундари.
- Он хороший человек мама, и я рада, что теперь с ним всё будет хорошо.
- Он заслужил это своей праведностью и добротой. Тяжёлые условия и невзгоды его жизни не смогли разрушить в нём человека. - Произнесла Парватти и вместе со своей дочерью также незаметно они растворились в тумане, как и появились перед Санджаем чуть ранее. В тумане, который становился тем гуще, чем ближе тропа спускалась к подножью горы.
Шива, восседающий на вершине Кайласа, не выходя из глубокой медитации, улыбнулся, когда Санджая подбежал к заблудившейся старушке, чтобы помочь ей вернуться назад. Ещё один достойный человек справится со всеми испытаниями на своём пути, и жизнь его изменится к лучшему. Я давно тебя ждал Санджай и рад, что ты пришёл...
"Я здесь и я нигде. Ничто — это все, и все — это ничто. Я время и безвременье. Я Шива и я же Шакти. Я здесь, я там, я везде." - повторял как мантру горный водопад, если только постараться вслушаться в журчание воды и шум его брызг.