Эта история не совсем приличная. Поэтому тем кто воспитан в духе высокой нравственности коммунистической морали, и кто до сих пор думает, что детей находят в капусте или в магазине покупают, убедительная просьба.
Дальше этого абзаца не читайте!
Ну а кто решился читать дальше, закрывайте глаза и не краснейте.
У нас с Серегой с девушками ничего не получалось по жизни. Ну как. Знакомились конечно мы быстро, язык подвешен у обоих хорошо. Дальше там все по расписанию шло — кино, кафешка, прогулки по парку. И все!!! Дальше полный тормоз!
Не "давали" они нам, от слова совсем.Или нам такие попадались, то есть с пуританским воспитанием, или мы чего то не умели, в общем полный абзац.
А время то было 90е, самый разгар свободы. И не только свободы слова и плюрализма как вещал тов. Генсек по "ящику". А и в свободе отношений.
Видеосалоны, дискотеки, вечеринки.
Помню даже "Эммануэль" смотрели с Серегой в видеосалоне, что открыли в подвале нашего дома.
Курили мы как то вечером за гаражами.
Серега и говорит:
— А пошли в общагу к вьетнамкам! Они точно не откажут.
Общага с работницами из Вьетнама находилась в трех кварталах. Вьетнамки были присланы в Советский Союз по межправительственному соглашению для работ на тяжелых и вредных производствах, туда куда гражданки СССР не хотели идти работать. Они должны были отрабатывать долг Социалистической Республики Вьетнам за помощь, оказанную во время войны с американцами.
— А ты там был?- спрашива.
— Нет, но пацаны говорили там все просто. Подходишь к окнам и кидаешь камешки. Девки эти спускают связанные между собой покрывала и дальше по обстоятельствам.
Пришли мы на место уже когда стемнело.
— Серег, только помельче камушки швыряй, нехватало окна еще побить.
На втором этаже окно распахнулось. Белые наволочки, связанные крупными узлами, вывались из окна и почти достигли земли.
—Не стой, Олежка, раззявив рот, забирайся быстрей наверх!!! Десяток тоненьких ручек вьетнамок держали за край получившейся из наволочек веревку.
Серега уже был наверху и помогал девушкам затаскивать меня.
– Как вас зовут, товарищи? – смешно произнося слова, спросила бойкая вьетнамка.
– Это товарищ Серега, а я товарищ Олег, – представил себя и друга.
– Я товарищ Ван Ден Ка, бригадир. – Каковы цели вашего посещения?
– ....ся хотим, – без стеснения выпалил Серёга.
—... я, это хорошо. Нам нужно посовещаться.
Вьетнамки вышли в коридор оставив нас в комнате двоих.
Мы разглядывали комнату. Скромное убранство, циновки на полу, иероглифы, фотографии далёкой страны на стенах.
— Вот этим двоим нужно забеременеть.— сказала бригадирша заводя в комнату двух щупленьких девушек.— им еще два года отработать в СССР нужно, контракт на четыре года. А так их отправят в Ханой. Претензий к вам не будет.
—Мне как-то стремно, Олежка, прямо как на профсоюзном собрании, призывают выполнить план по обрюхативанию. Может, пойдем?
– Серег, что ты сс@ышь, надо помочь работницам из дружественной социалистической страны. Они не заразные, бригадирша?
– У них все холосе, медицинский осмотр недавно проходили.
– Ванденка, водка есть? – спросил Серега бригадиршу, переиначив ее фамилию и имя на русский лад.
– Рисовая, с дома.
Короче потом было "все", у меня, но не так как мы представляли себе. По крайней мере я.
Сереге напротив все стало не интересным, может оттого что ему досталась коротышка с короткими ножками и приплюснутым носом. Но он сидел безучастно в стороне и неавказывал интереса к "своей" девушке.
Я уже лежал и болтал с девушкой, которая сносно говорила на русском.
— А где ты научилась так ловко разговаривать на русском языке?
— Я училась в школе Советско- Вьетнамской дружбы в Ханое, была прилежной ученицей и мечтала попасть в Советский союз.
— Ну тебе повезло. А что ж ты валить теперь хочешь отсюда?.
Оказалось мечты это другое, в отличие от суровой действительности.
Платят мало, работа самая тяжелая и грязная.
— А как тебя зовут?
Спросил я, разливая водку по гранёным стаканам.
— Ай, мое полное имя Нгуен Тхи Ай.
— Ай, ай, ай - рассмеялся Серега опрокидывая стакан с водкой — а водка у вас слабенькая.
— Так эта водка рисовая для женщин — улыбнулась Ай — есть и крепкая, со змеей или гекконом внутри. Но она для мужчин и партийные работники ее предпочитают.
В это время в комнату вошла Ван Ден Ка и заговорила на вьетнамском. Девушки начали одеваться.
– Ванденка, ты зачем подругу обижаешь? – нахмуренно спросил Серега.
– Никто ее не обижает, домой она сама хочет. Тут у моей знакомой крепкая водка есть, она сейчас принесет.
– Со змеей? – спросил Сергей.
– Да, с коброй! У нее бабушка эта... Как у вас называют ведьма и она умеет всякие снадобья готовить.
Через полчаса на столе стояла большая сковородка с яичницей и разогретой вермишелью. За стол уселись мы с Серегой, а напротив нас Ван Ден Ка со своей Айкой.
Их подружка- колобок, имя которой мы так и не узнали оставив бутыль с загадочной водкой бесшумно исчезла.
— Пошли покурим,— вдруг сказал Серега.
— Я эту Ванденку не буду — Серега был явно расстроен — Я столько не выпью. У нее ноги на сантиметр длиннее того Колобка.
— Делай что хочешь, Серый. Но Айка моя!
Когда зашли в комнату Ванденка загадочно улыбалась.
— Я хочу угостить товарища особой настойкой. Только она 70 градусная.
И посмотрела на Сергея.
– А меня почему не хочешь угостить?
— Нет, она лечебная и ее мало — некрасивая Ванденка посмотрела на меня строго.
Бригадирша налила из маленького пузыречка в стакан Серого белую прозрачную жидкость.
— Пей, пей товарищ.
Серый набычился, зажмурился и проглотил эту гадость. Похоже ему терять было нечего.
Ван Ден Ка выключила свет, оставив только ночник, она обвилась вокруг Виктора как змея, целуя его лицо и шею. Ее рука заползла в тр&усы парня и обхватила напрягшегося "друга". Другая рука принялась снимать с Сергея одежду, через пять минут он сидел на стуле абсолютно без одежды, а бригадирша одевала на его "штуку" неведомо откуда взявшееся резиновое изделие.
Когда же Ка оседлала его прямо на стуле Серый потерял самообладание.
— Снимай все с себя скорее — заорал он.
Некрасивая вдруг стала понимать его или они перешли ту грань, за которой слова были не нужны. Сережа сн#ошал вьетнамку долго, сильно до боли мял ее пухлое тело, оставляя синяки. Он "выстрелил", но ничего не упало у него, а так и осталось в стоячем положении. Это еще больше раззадорило его. От выпитой водки и не падающего "друга" Серега наверное думал, что он бес всемогущий.
Насладившиеся друг другом на стуле Серега и Ка давно лежали вместе на панцирной тахте и искоса бросали взгляды на нас с Айкой.
– Надо было тебе тоже немного отлить, – сказала бригадирша. – Ванденка, а это снадобье действительно такое сильное?-Серега спросил бригадиршу.
– Называй меня просто Ка. Каа – это удав из мультфильма про Маугли, он говорил: «идите сюда, глупые бандерлоги». – Ты мой бандерлог, а Ка переводится как старшая. Я была первым ребёнком в семье, поэтому так назвали. А это лекарство у нас пьют по глотку в день старики и могут даже в глубокой старости, готовят ее местные знахарки или как у вас называют Ведьмы, в полнолуние в Черный час.
– А как переводится Ай? – спросил я свою девушку.
— Любимая!
Рука Айки или стоны бригадиршы под неутомимым Серегой возымели и на меня уже начавшего остывать действие, и я лег на Айку.
– Я так не хочу. Давай, лучше сверху буду.
— Ты любишь сверху???
— Да. И еще как собачки сзади.
— Еще непонятно кто из вас бригадир то!— я рассмеялся.
— Товарищи, вам домой пора уже. На улице светает, а нам на работу нужно.
Когда мы вышли из общаги уже не через окно, а мимо спящей вахтёрши я спросил Серегу.
— Серег, а скажи каково это когда не "падает".
— А чёрт его знает, не "падает" и все.Я теперь всегда к ним ходить буду. Точно ведьмы они, а не только их бабушки.
— Ну, ну — подумал я.