Зачетная работа по межфакультетскому курсу "Русское средневековье: история и историческая память". 2027 г. весна.
Тема работы : особенности интерпретации события русской средневековой истории в художественном произведении XVIII-XXI вв.
В Москве на Тверской площади напротив дома Московского генерал-губернатора (совр. Правительство Москвы) стоит величественный памятник.
На высоком мраморном постаменте могучий боевой конь, осаженный уверенной рукой всадника, склонил голову и приподнял правую ногу. Всадник привстал в золоченых, украшенных резьбой стременах и простер руку в повелительном жесте, как бы указывая место.
Это -- Юрий Владимирович, князь Суздальской земли, великий князь Киевский, младший сын знаменитого Мономаха, который в 1156 году, как о том говорит Тверская летопись, «заложи градъ Мосъкву на устий же Неглинны, выше рекы Аузы», то есть на Боровицком холме, где и сегодня стоит Московский Кремль.
Автор монумента, скульптор Сергей Орлов изобразил князя в образе русского богатыря (вспомним картины Васнецова). Могучий, средних лет, с густой курчавой бородой Юрий Владимирович облачен в дорогой доспех -- наборную пластинчатую броню. Поверх брони накинут плащ, закрепленный на правом плече фибулой. Плащ -- атрибут княжеской власти, как это следует и из русской иконописной традиции. На левом плече -- традиционный русский щит, на котором изображен, как и на гербе Москвы, святой Георгий. Левой рукой князь держит поводья своего богатырского коня -- широкий кожаный ремень, переходящий в цепь. Поводья не натянуты -- конь покорен князю.
Главу князя венчает традиционный русский шелом (шлем) с бармицей -- кольчужной сеткой, прикрывающей шею. Что изображено на налобной пластине шлема -- разобрать трудно, все фотографии даны в таких ракурсах, что не позволяют этого сделать, а подробного описания памятника обнаружить не удалось. Видно, что это человеческая фигура, ее правая рука согнута в локте и поднята вверх, левая опущена и отведена в сторону. За спиной фигуры что-то вроде оперения. Традиционно на налобной пластине изображался небесный заступник владельца доспеха. Так, на знаменитом шлеме князя Ярослава Всеволодовича, отца Александра Невского, представлен образ Архангела Михаила и надпись: "Въликыи архистратиже Господень Михаиле, помози рабу своему Феодору". (Ярослав был наречен во святом крещении Федором). Можно допустить, что и на шлеме Юрия Долгорукого изображен Архистратиг Небесных Сил бесплотных -- покровитель князей и княжеской власти: недаром в Кремле собор-усыпальница властителей России посвящена Ему же.
Лицо князя спокойное, он смотрит в даль из-под шлема. Взгляд из-под сведенных бровей его ясных серых глазах сосредоточен, даже суров, выражает уверенность и силу. Силой и мощью дышит и весь памятник -- именно таким и должен быть русский князь, прибывший сюда основать столицу будущей великой державы! Именно это событие -- ОСНОВАНИЕ МОСКВЫ князем Юрием Долгоруким, -- запечатлено в памятнике. Мановением руки князь как будто отдает приказ и указывает -- "Здесь быть моему граду Москов!"
Однако, сообщение Тверской летописи о постройке князем Юрием крепости на Боровицком холме относиться к 1156 году, то есть спустя девять лет после первого упоминания о Москве под 1147 годом в Ипатьевской летописи, который и принят за год основания Москвы. Эта летописная статья сообщает, что тогда Юрий Долгорукий призвал своего друга и союзника князя Новгород-Северского Святослава Ольговича (Олеговича) на встречу в Москву:
«приславъ Гюргии рече приди ко мнѣ брате въ Московъ. Ст҃ославъ же ѣха к нему съ дѣтѧтемъ своим Ѡлгомъ в малѣ дружинѣ поима со собою Володимира Ст҃ославича. Ѡлегъ же ѣха напередъ къ Гюргеви и да е пардоусъ и приѣха по немъ ѡц҃ь его Ст҃ославъ. И тако любезно цѣловастася въ дн҃ь пѧтокъ на Похвалоу ст҃ѣи Бц҃и. И тако бъıша весели. На оутрии же дн҃ь повелѣ Гюрги оустроити ѡбѣдъ силенъ и створи чс̑ть великоу имъ и да Ст҃ославоу даръı многъı съ любовию и сн҃ви его Ѡлгови и Володимироу Ст҃ославичю и моуже Ст҃ославлѣ оучреди и тако ѿпоусти и»
Историки согласно считают, что Москва, как город, а не просто поселение, на тот момент уже существовала, то есть была окружена стенами. Встреча двух князей, сопровождаемых дружинами, обмен подарками, "обед силен", то есть княжеский пир, название места "ко мне в Москов" -- все это говорит за то, что действие происходит в городе. Почему же всего через девять лет Юрий Долгорукий стал возводить новые укрепления, причем, возможно, на новом месте – на Боровицком холме? Однозначного ответа на этот вопрос нет.
В начале 50-х гг. Юрий Долгорукий укрепляет западную границу своего Суздальского удела новыми городами, кроме Москвы ставит Переяславль-Залесский (1152), Юрьев-Польский (1152), Дмитров (1154). Возможно, город Москва к 1147 году уже долго существовал на Швивой горке, а в 1156 г. князь построил свою резиденцию на Боровицком холме, отдельно от города, как он сделал это в Кидекше под Суздалем. Юрий, а позже его сын Андрей, предпочитали жить не в городах, где могли оказаться заложниками строптивых горожан, а в особых укрепленных резиденциях вне городов. Эти резиденции были окружены укреплениями, и потому также назывались "город".
Существует позднее, относящиеся к XVII веку предание о некоем независимом «боярине» Кучке, владевшим землями вокруг Москвы. О его имени напоминает урочище Кучково Поле, на котором в конце XV был основан Сретенский монастырь. А еще история об убиении Юрьева сына Андрея Боголюбского боярами-«кучковичами».
Предание говорит, что Юрий Долгорукий прибыл на место, где в реку Москву впадают Яуза и Неглинная, увидел красивые села, увидел богатый двор. А боярин Кучка, дерзко ответил князю, что никому не подчиняется и не служит. Юрий силой взломал ворота, убил Кучку, а его детей забрал к себе. На Ульяне Кучковне князь женил своего сына Андрея, а ее братья стали при нем боярами. В 1175 году они отомстили за старую обиду – организовали заговор и Андрей был убит.
Установление памятника Юрию Долгорукому было приурочено к 800-летию Москвы, которое широко отмечалось в 1947 году. Конечно, к такому событию памятник основателю столицы должен был быть. И об этом было принято специальное постановление Совет Министров СССР. Как обычно, объявили конкурс. В нем участвовали известные скульпторы, в том числе и великая Нина Мухина, автор бронзовых фигур в московском метро, и знаменитых «Рабочего и Колхозницы». Все авторы представили свои проекты. Победил в конкурсе Сергей Орлов, до того скульптор-миниатюрист, известный своими фарфоровыми фигурками. Комиссии, и лично Сталину понравилась идея Орлова изобразить князя в виде русского богатыря верхом на лошади. Сталин сделал одну поправку – водрузить Юрия на боевого коня, а не на кобылу, как первоначально задумал Орлов.
Работы над памятником затянулись, и открыт он был уже после смерти вождя народов, 6 июня 1954 года. Первоначально от Орлова требовали разместить на постаменте памятник надпись: «Основателю Москвы Юрию Долгорукому от Советского Правительства». Орлов активно протестовал против «Советского Правительства», и как это не удивительно, ему удалось отстоять свою точку зрения: упоминание о Правительстве в окончательный вариант не вошло.
По верхнему краю постамента идут резные изображения фантастических животных, образы которых взяты из белокаменной резьбы Георгиевского собора города Юрьева-Польского.
Проект обошелся в пять с половиной миллионов еще тех, советских денег. Сумма немалая для того времени. Но сегодня о тех деньгах уже никто не вспоминает, а памятник «Основателю Москвы Юрию Долгорукому» является выразительной доминантой одной из красивейших площадей Москвы.
