Февраль 2019
Я жила в Китае, преподавала английский. На Китайский Новый год решила поехать на Филиппины.
В аэропорту было приятное ожидание приключения, вот я снова в пути, неизвестно, какие приятности меня ожидают! Вдруг вспомнилось, что говорила знакомая Нила. Перед приездом в Китай она отложила денег и дала их брату. Если бы она стала слишком странной, он должен был бы купить ей билет обратно.
Я полетела на Филиппины, на остров Боракай. Поймала себя на мысли, что ведь даже уезжать никуда особо не хочется. В отпуск обычно убегают, чтобы отдохнуть, отоспаться, не видеть коллег. А мне не нужно бежать. На тот момент своей жизни мне было хорошо.
Боракай, остров на Филиппинах, куда я полетела, пережил полную экологическую «перезагрузку»: несколько лет назад его закрывали для туристов, чтобы восстановить природу. Сейчас здесь строго следят за чистотой и застройкой. Чтобы попасть на остров, нужно показать бронь отеля и оплатить сбор на поддержание чистоты. Я сделала все по правилам и оказалась на острове.
Я поселилась у знаменитого пляжа с мелким белым песком, пальмами и шикарной погодой. White beach - один из лучших пляжей в мире, и я с этим согласна. В начале я думала побыть тут немного и поехать на соседние острова. Но все же я решила довериться своему тайному желанию – просто лежать на красивом пляже и никуда не торопиться. Было прекрасно. Никаких забот, торопиться некуда. День начинается тогда, когда проснешься. Я ела, наблюдала красивейшие закаты, начала рисовать комиксы. Купалась в прозрачной воде и улыбалась. Учила китайский. Раз играла в волейбол. Но потом пришел американец, который хорошо играл, и мне сказал: «Извини, это игра два на два». Я ушла, больше с ними не играла.
На седьмой день отдыха на небе появился полумесяц, над головой, прямо на закате, а потом в течение вечера двигался в сторону запада и закатился. Он был перевернутым, как мисочка.
В Китае, в Куньмине, не так много вкусной западной еды. На Боракай я наслаждалась гамбургерами, пиццей, пастой. Не особо поняла, что такое филиппинская кухня. Примерное представление: много риса, кокоса. Есть блюдо с манго и маринованным мясом. Еще есть балут. Это утиное или куриное яйцо с частично сформировавшимся эмбрионом, которое варят и едят горячим. Едят шашлыки на маленьких шпажках. Те, что с куриными ножками, называются «Адидас»: три куриных пальчика похожи на символ этой спортивной компании. Овощи, поджарки разнообразные с мясом. В отличие от китайской, филиппинская еда не острая.
Несколько раз покупала буко – молодой кокос. Его молоко сладковато-кисловато-нейтральное, отлично утоляет жажду. Прочитала еще про кучу его полезных свойств. Вспомнилось, как мы в детстве на Новый год купили коричневый кокос - это взрослый буко. Мы сначала не знали, как его открыть, потом полстакана кокосового молока выпили вчетвером, ели мякоть, все время вспоминая “Баунти”, представляя себя на райском острове. Думаю эта реклама сильно повлияла на наше мировоззрение. По крайней мере я не раз слышала: «Как в рекламе Баунти».
Как же легко общаться на Филиппинах, не то, что в Китае. Тут все знают английский.
Еще читала в статье Adme, как определить российского туриста. Один из пунктов: россияне очень радуются, когда их принимают за какого-нибудь американца или француза. У меня есть живые доказательства. Может, вы себя тоже в этом узнаете. А меня тут, я считала, восемь раз назвали филиппинкой, причем, наверное, пятеро обознавшихся – филиппинцы. Еще кореянкой, китаянкой, европейкой называли. Только опытные торговцы сувенирной продукции издалека мне по-русски кричали: «Привет».
На пляже услышала, как маленький русскоговорящий мальчик умолял родителей: «Ради бога, какать хочу!» Тут родители начали суетиться, что даже пакета с собой нет. Пришлось им идти в отель. Да, на пляже нет ни одного общественного туалета, зато есть вывески, что тут запрещено испражняться.
На Боракай есть ресторан с тематикой хоббитов, в котором все официанты – карлики.
Первые четыре дня жила в пати-хостеле, прямо у входа был бар. Так как я была одна, мне было страшно там остаться. Зато я смогла уговорить себя пойти в клуб на пляже. Видела пары: европеец в возрасте с филиппинкой. Оказывается, тут за плату можно организовать себе спутницу.
В клубе включили нашу песню «Я - волна». В баре клуба видела водку «Тоска». Видела азиаток, которые заказали одну бутылку пива на двоих, пили его из трубочки, потом из бутылки перелили в стакан, но так и не допили. Видела азиатку, которая у барной стойки сидела с бигудем в руке. На танцполе видела пожилую женщину. Пыталась заговорить с корейцами, но они очень испугались и отмахивались короткими ответами. После клуба прошлась по пляжу, видела голых парней, которые пытались найти свою одежду. Видела ледибой, ночных бабочек.
На следующий день я все-таки преодолела страх и подошла к барной стойке хостела. Сначала осторожно присела у стойки, привыкла к ситуации, толпе. Спросила у девушки рядом, откуда она. Это самый простой способ завязать разговор. Она, филиппинка, была с подругой. Через некоторое время мы уже были на танцполе. Несколько человек сами познакомились со мной. Меня пригласили присоединиться к группе на корабельную экскурсию, так я и сделала.
Мы поплыли на остров, куда люди приезжают, чтобы попрыгать с трамплина в воду, метров 10. Я, конечно, таким не занимаюсь. Сноркеллинг в меня тоже не зашел: слишком страшно в воде дышать через трубочку. Все, что я смогла сделать – это поплавать в спасательном жилете, и то это для меня было о-го-го, потому что я боюсь плавать там, где не достаю ногами до дна.
На следующий день хостел организовал корабельную вечеринку, где мы тоже должны были высадиться на острове, прыгать оттуда, купаться. Но всем было очень хорошо просто на корабле. Была музыка и барабанщики. Я плясала от души. Всегда любила танцевать, а тут в последнее время начала осознавать, что очень люблю ритм. Барабаны+танцы, представляете, как я себя чувствовала? На корабле тоже познакомилась с несколькими людьми: до этого не знала никого, опять пришлось прилагать усилие и начинать беседу. Был лишь один знакомый филиппинец Анджело из хостела. Он такой смешной. Подходил. Говорил: «Алекс», - как будто проверяя, «прием-прием», и потом исчезал. И в хостеле также. «Алекс», - и уйдет. Самое большее, что я с ним разговаривала, это десять минут. У него как будто таймер на общение. И он правда со всеми общался.
В хостеле познакомилась с девочкой. Она наполовину исландка, наполовину китаянка. Невысокая, немного скулы видны, вот и все из азиатского. У нее голубые глаза, она блондинка.
В ту ночь после корабля все были не в кондишене. Одна девочка из моей комнаты вырубилась, все ноги в синяках. Ночью я слышала, как кто-то встал и писает. Не в туалете. Утром пахло. Позже обнаружилось, что эта девочка нассала в мои кроссовки. Мои любимые дорогие кроссовки!!! Хорошо, что я переезжала в то утро в другой хостел.
Там я познакомилась с русской парой из Красноярска. Они живут в Китае. Этот хостел – с закрывающимися шторками. В первую ночь мне не удалось с ними поговорить. Во вторую я услышала их и минут через пять выглядываю из своей конурки: «Привет, ребята вы откуда?» Они опешили: «Боже, русская, мы ничего плохого тут не говорили?» В общем, завязался разговор, я напросилась вместе с ними на массаж, потом мы гуляли. Я пять месяцев ни с кем вживую не говорила по-русски. Это так приятно! И совсем по-другому идет общение, потому что общий контекст, шутки. Небольшой совет соло-путешественникам. Чтобы не навязываться, чтобы у другой стороны была возможность отказаться, можно самому что-то предложить. Например, не: «Можно я с вами пойду на пляж?», а: «Я тут ужинать собираюсь, хотите присоединиться?»
За два дня мы узнавали друг о друге все больше и больше. В первых фразах они лишь в общих чертах указали на то, что как-то вроде тоже из Китая, а потом, что Паша там работает переводчиком, а Полина магистратуру заканчивает. От меня они узнали, что в России много национальностей. Про Чувашию им пришлось загуглить. Они и не знали о языковом разнообразии нашей страны. «Слушай, через тебя мы столько о своей стране узнали». Потом узнали о моих языках, путешествиях, стали спрашивать: «А как там в Европе?» Узнали, что я по легальной визе преподаю, что для россиян – редкость. Еще много чего узнали. Паша: «Скажи, в чем твой секрет? Ты там колдуешь, или каждое утро просыпаешься и говоришь, у меня все получится?» Я: «Да как-то само все получается».
Мы, оказалось, независимо друг от друга познакомились с одним продавцом сувениров. Кудрявый филиппинец, он вырезает на камнях библейские сюжеты и прочее. Утром он обходит весь пляж в поисках покупателей, в полдень отправляется поспать, в четыре, ближе к закату, снова обходит пляж, после заката домой. Мы его называли черепахой, потому что он выучил это слово по-русски, чтобы продавать сувенир в виде черепахи.
Когда русские выезжали из хостела, я смогла попрощаться только с Полиной, пошла обедать. После обнаружила, что телефон в хостеле забыла. Возвращаюсь, а они еще не уехали. Смогла нормально попрощаться. Как специально телефон забыла! Последнее, что они сказали, было: «Саша, ты классная, ты вдохновляешь». Заряда их слов мне хватило надолго. И они тоже были такие классные, как одно целое! Когда видишь такие парочки, думаешь, разве может быть в жизни все так идеально? Хочется верить, что может.
Что я еще узнала о себе от людей, которых встречала? Что я азиатка, что я классно танцую (и это помогало знакомиться. Даже девочки сами подходили и спрашивали, откуда я). «Ты в очках, а танцевать любишь?»
В этом хостеле с занавесками мне больше не удалось ни с кем познакомиться, зато потом я переехала в другой, где через пять минут уже была знакома почти со всеми в комнате. И последние три дня я провела с филиппинцем, которого звали Цезарь. Сначала он мне показался занудой, и я решила не приглашать его с собой в клуб, куда пошла потанцевать. Зашла, а все еще догоняются, не танцуют. Совсем скоро на танцполе свободного места не осталось.
Утром я пригласила Цезаря пойти вместе на пляж. Он тоже соло-путешественник, и у него особых планов не было. Кто-то коллекционирует дельфинчиков или магнитики. Я в путешествиях и по жизни коллекционирую истории. Цезарь живет недалеко от Манилы, работает аудитором в китайской фирме. Они производят снеки: орешки, печеньки. И так как фирма китайская (оказывается, рабочая сила на Филиппинах дешевле, чем в Китае), они, конечно же, копируют бренды. Есть Oreo, а они выпускают Sanrayo (я показала, что Акконд выпускает «Трио»), есть Fita, они выпускают Kita, есть Jollibee, у них – Jollibear. Цезарь работает шесть дней в неделю по восемь часов. Это его стандартный график. Он живет с родителями, так как должен их обеспечивать и не может себе позволить платить за их дом, еще снимать себе. С ними еще живет его сестра с ребенком и две дочки его второй сестры. Она работает медсестрой в Саудовской Аравии и видит своих детей раз в четыре года.
Ц: Мы, филиппинцы, очень чувствительны к запахам, самокритично к себе относимся. А как у вас в России?
Я: По-разному. Что, я пахну?
Ц: Нет.
Мы сидели на пляже, я начала рисовать. Тут подошли местные дети – мальчики, которые строят замок на песке с твоим именем (или пишут «Боракай») и просят за это деньги. Мне, конечно, это не нужно, я сказала, что сама могу написать их имя. Тут они заметили, что я рисую, стали наблюдать. Потом стали изучать мои краски. Между делом один извинился и пернул. Следом за ним другой извинился и рыгнул.
Когда я дорисовала, предложила им кисточку. Один нарисовал кокос, который разбивается об пальму. Мы их как раз угостили кокосовым молоком, потом раскололи орех и вместе съели мякоть. Возможно, они настолько бедны, что даже местные кокосы для них – роскошь. Такой вывод сделал Цезарь, наблюдая за тем, с каким удовольствием они ели мякоть. Второй мальчик нарисовал I love Boracay – песочный замок, который они лепят. Третий нарисовал дом и цветок. В общем, что вижу, о том и пою, интересно.
Вечером мы фотографировались на закате.
Я: Я так неудобно себя чувствую, позируя для фотографии.
Ц: Да, может, и неудобно. Но посмотри, зато какие фотки получаются!
В хостеле в нашей комнате был еще южноафриканец. Он, Тони был тут в туре по островам, и на последнем его случайно забыли. Он на закате поплыл обратно на Боракай. Наверное, не врет. Тони рассказал, что у него своя транспортная компания, показал свою машину и мотоцикл Харли Девидсон. Похвалился тем, что, пятидесятилетний, зажег танцпол на Боракае.
Цезарь по пути на остров еще познакомился со швейцарцем (Патрик), с которым мы потом два раза виделись. Он женат на филиппинке, у него два сына, они оба светленькие, лишь немного похожи на филиппинцев. Говорят на швейцарском немецком и на немецком, так как мать именно немецкий учила. Филиппинского дети не знают.
Патрик работает механиком в железнодорожной компании. В Швейцарии, оказывается, есть не только государственная, но и частные ЖД компании. Он снимает квартиру, пару раз в год путешествует, в целом, живет по средствам. Видно, что он – совсем простой человек. На пенсии он планирует переехать на Филиппины, так как тут жизнь дешевле. Могу ли я представить себе механика из РЖД из Чебоксар, который пару раз в год путешествует и переедет на Филиппины, потому что там дешевле?
Прилетела в Куньмин как домой. Тут уже потеплело, а одна рыбка в аквариуме сдохла (нас всех одновременно не было дома примерно три дня). Заснула в любимой кровати с любимым постельным бельем. На следующий день пошла на работу лепить и есть китайские пельмени в честь прошедшего Китайского нового года.
Проснулась от того, что люди в 7 утра из окна хлопушки кидают. Это у них такая традиция, перед началом бизнеса в новом году по китайскому календарю нужно поджечь хлопушку. Они, может, много денег заработают, а я – инфаркт. Страшно просыпаться от взрыва.
Вся практическая информация о поездке тут: