Учёба в академии и планы на карьеру
Годы в академии и оценка шансов
Годы учёбы в академии пролетели незаметно. Выпускные экзамены, и вот она – мандатная комиссия по распределению. Свои шансы попасть на какое-нибудь приличное место я оценивал трезво. Отдалённый гарнизон, никаких тебе музеев и театров, круг общения будет ограничен сослуживцами и женщинами медицинско-торгового контингента. А я уже два года был увлечён студенткой ленинградского института, которая музыкальную школу закончила с отличием и прекрасно играла на рояле, чем и сразила меня на первой же встрече. «Женюсь!» - решил я. Тем более, что её у меня попытался отбить мой друг, которого я считал лучшим.
Прямо накануне распределения сыграли свадьбу в престижном кафе «Алёнушка». Чтобы получить разрешение на свадьбу в этом кафе, мне пришлось в парадной форме идти на приём к секретарю в райком комсомола и заверять, что свадьба будет комсомольско-молодёжной и безалкогольной. Разрешение было получено, и свадьба удалась на славу.
Свадебные воспоминания и 50‑летний юбилей
Краткое дополнение к истории
Красочное дополнение к этой истории:
Через пятьдесят лет мы, выпускники факультета, собрались на встречу в академии. Питерские ребята заказали ресторан. Когда я оказался там, у меня появилось ощущение «дежавю». Походил, присмотрелся и понял – так это же та самая «Алёнушка», где я свадьбу справлял! Названия конечно уже не было, но банкетный зал остался тот же. Вот уж точно, судьба играет с человеком, а человек играет на трубе!
Воссоздание свадьбы спустя полвека
Но вместо свадебного путешествия мне предстояло получить назначение.
На мандатной комиссии все были возбуждены, взволнованы.
Ну ещё бы, от этого зависела жизнь каждого из нас на ближайшие годы! Вызвали меня. Передо мной сидели три полковника и подполковник наш начальник курса. В свой адрес я услышал одобрение достигнутыми успехами в учёбе и узнал, что меня посылают в Енисейск начальником отделения вместе со своими однокашниками. Вместо горячей благодарности со слезами
на глазах комиссия от меня услышала, что я хотел бы , чтобы моя жена студентка закончила образование. Поэтому прошу послать меня туда, откуда она могла бы ездить сдавать экзамены хотя бы находясь на заочном обучении. Повисла неловкая пауза.
Кадровик из генштаба, полистав моё личное дело, потребовал ответа у начальника курса. Почему мол не отражено это обстоятельство? Замполит с пафосом сказал, что я должен осознавать, что мне партия оказывает высокое доверие быть начальником у своих же товарищей. На мой спокойный ответ , что я не отказываюсь , но прошу учесть это обстоятельство кадровик сказал : « Давайте следующего , а с этим потом разберёмся.»
Назначение вместо свадебного путешествия
На выходе меня обступили друзья. «Ну что, куда?»- спросил Боря, тоже из кадетов, но питерский. «Предложили капитанскую должность в Енисейске, а я отказался!» - ответил я. Боря эмоционально заключил: «Поедешь туда же, но уже на лейтенантскую!»
Комиссия по распределению и запрос о супруге
Эмоции на мандатной комиссии
Когда всех известили об их месте службы вызвали опять меня. Кадровик не глядя на меня сообщил, что они учли мои открывшиеся обстоятельства и посылают меня в Московский военный округ. Вот тут я не смог сдержать своей радости, но был изгнан из кабинета. Боря ждал меня и взволнованно спросил куда меня послали.
«В Москву!» -ответил я.
«Ну ты прогнулся!» - с восхищением произнёс мой друг.
Слушание и просьба о месте обучения жены
Вот так судьба меня забросила на Щёлковский НИП. Вначале около
года пришлось прослужить «окопным» лейтенантом на радиотехнической станции «Краб».
У меня даже родился афоризм: «За год на Крабе я стал раком».
Нам, программистам и математикам, толком не рассказывали про
клистроны, СВЧ излучение, а если и рассказывали, то мы это
воспринимали как ненужную информацию. Поэтому было большой
неожиданностью после сеанса связи обнаружить в своём кармане липкое месиво вместо шоколадки.
Ответ кадровика и обсуждение обстоятельств
Но на моё счастье был создан ИВЦ (информационно-вычислительный
центр), была установлена новейшая для того времени ЭВМ М 222 и обо мне вспомнили. Через некоторое время рядом с ЭВМ установили систему обработки телеметрии СТИ 90 и началась работа.
Разговоры с друзьями и новые назначения
Беседа с Борей о карьерных предложениях
Мы, «машинисты», свысока поглядывали на «СТИ шников» так как
считали себя главными. После отладки оборудования представителей промышленности стали заменять офицерами. В их числе оказался
лейтенант «двухгодичник», призванный после окончания МАИ
Андрей Разбаш. Впоследствии он добился больших успехов на телевидении,
но тогда мы, «кадровые», между собой называли таких как он «пиджаками».
Перевод в Московский военный округ
Человек он был очень общительный, душа компании, играл на гитаре, пел.
В честь нового года организовал в офицерской столовой настоящее шоу с номерами самодеятельных артистов. Запомнился номер, когда группа молодых женщин, одетых и загримированных под папуасов, исполнила песню и зажигательный танец «Чунга – чанга». Мы сидели за новогодними столами, а перед нами было настоящее кабаре и варьете. Через два года
Андрей демобилизовался, так как военная карьера его не привлекала.
Служба в Щёлковском НИП и первые технологические задачи
Начало службы на радиотехнической станции Краб
Щёлковский НИП считался придворным, так как всевозможным начальникам там было проще всего устраивать проверки и показательные занятия. Ставили задачу приготовиться, мы и готовились. В очередной раз
нас предупредили, что будет демонстративный сеанс связи с передачей
телеметрии на СТИ, обработкой и выдачей результатов в Центр управления.
Специально для генералов было велено включить систему оперативного
отображения параметров СТИ 95. В реальной работе мы её не использовали,
а тут пришлось задействовать. Начали гонять тесты и, о ужас, система не работает! Как говорится дым коромыслом, на столах развёрнутые схемы, ищем неисправность выдёргивая и заменяя на заведомо исправные ячейки
в аппаратурных шкафах. Через некоторое время выдёргиваем ячейку,
отвечающую за какой-то сигнал, и видим приклеенную к ней записку:
«Привет от «пиджака » Разбаша! Не унывай, ребята!».
Работа инженером по эксплуатации вычислительной машины дала мне много новых знаний и навыков. Научился разбирать и ремонтировать различные внешние устройства, но ВЧУ (вычислительное устройство) было предметом заботы старших инженеров. Однажды, заступив на дежурство в ночную смену, я увидел троих старших офицеров, которые что-то обсуждали на раскрытых на столе схемах ЭВМ. Было видно, что они уже много времени провели на службе. Вид у них был усталый, лица покрыты двухдневной щетиной. Сказали мне, что неисправно ВЧУ, все работы отменены, они пойдут отдохнуть, а утром к их приходу я должен включить машину.
Недостаток информации для программистов
Я остался один. Из любопытства запустил тестовую программу. Через некоторое время произошел аварийный останов. И вот тут мои знания в программировании машинными командами помогли мне найти ту операцию в программе, которая вызывала сбой. Набрал на КЗУ (клавишное запоминающее устройство) коротенькую программу с этой операцией и
зациклил её. А дальше осталось найти в техническом описании какими электронными сигналами и импульсами обеспечивается выполнение этой команды. Через некоторое время с помощью осциллографа обнаружилось отсутствие одного из импульсов. Заменил пару ячеек и неисправность устранилась! Тест показал полностью исправную ЭВМ!
Создание ИВЦ и установка ЭВМ М 222
Ликование, которое я при этом испытал, было не меньше чем у Пушкина,
когда он, перечитав написанного им «Бориса Годунова», кричал и бил в ладоши: «Ай да Пушкин! Ай да сукин сын!»
Отношения между машинистами и офицерами
Утром пришли старшие офицеры и сразу стали меня ругать за то, что машина не включена. Мой ответ, что все работы отменены, а машину я починил, привел их в недоумение. Включили машину и убедились, что действительно всё работает.
Новогоднее шоу с участием Андрея Разбаша
Заработанный мной авторитет среди коллег сыграл потом со мной злую шутку. Всерьёз решив заняться наукой сдал все кандидатские минимумы.
В одном из военных НИИ у меня был научный руководитель и кандидатская
потихоньку обрастала материалом. Но на все запросы из НИИ о моём переводе были отказы, мол грамотные офицеры самим нужны.
Удача вновь обернулась ко мне лицом, когда под проект «Союз – Аполлон» замполиту управления пилотируемых аппаратов был дан карт-бланш отобрать лучших специалистов. При беседе со мной замполит спросил меня о моих планах. Я сказал, что хочу заниматься наукой в НИИ, на что мне был задан вопрос, а что, если будет приказ? Мой ответ, что приказам я привык подчиняться, понравился. Через неделю я уже был на новом месте службы.