Вы когда-нибудь ловили себя на том, что чья-то чужая семейная жизнь затягивает как сериал, от которого невозможно оторваться? Со мной случилось именно это на днях. Наткнулась в ленте на свежие кадры с Виторганами — и всё, залипла. До сих пор отойти не могу.
Эммануил Гедеонович для нас, конечно, фигура вне времени: глыба, красавец, эпоха. Казалось бы, человеку 86 лет — самое время смотреть на мир из кресла-качалки, ловить аплодисменты и баловать правнуков. Ан нет. У него за спиной такая личная хронология, что любой сериал позавидует: первый брак, дочь Ксения, второй — с Аллой Балтер, сын Максим (ну, тот самый, которого все знают).
Но настоящий информационный шторм разразился не из-за прошлого, а из-за того, что происходит в его настоящем. В третьем браке с Ириной Млодик (ей, к слову, уже 64) подрастают две маленькие дочки. И вот тут-то начинается самое любопытное.
Девочек зовут Этель и Клара. Семь и шесть лет. Появились они на свет, когда их отцу было глубоко за семьдесят, с помощью суррогатного материнства. И ладно бы только возраст — дело житейское, их право. Но то, как строится их повседневность, заставляет волосы дыбом вставать.
Пролистала я их новые выходы в свет, почитала откровения бывших нянь, и складывается ощущение, что за фасадом глянцевых улыбок разворачивается не детство, а жестокая драма.
Почему же публика ополчилась на малышек?
Вы, наверное, видели эти скандальные комментарии. Стоило родителям вывести дочерей на премьеру мультфильма, как интернет взвыл. Казалось бы, обычный семейный выход. Но люди увидели не умиление, а какой-то тревожный знак.
Старшая, Этель, на видео выглядит нервной — журналисту ответила довольно грубо, да и вообще держится скованно. А потом понеслось: комментаторы пишут о том, что девочка «перекормлена», что слово «красавицы» в заголовках уместно разве что в кавычках. Жестко? Безусловно. Но, мне кажется, здесь срабатывает такая штука: когда родители в почтенном возрасте выставляют детей напоказ, как подтверждение собственной состоятельности, публика неосознанно ждет картинки-идеала. А вместо этого видит обычных, капризных, не слишком опрятных детей, которые явно не в восторге от софитов.
А теперь самое смачное — «сериал» под названием «Найди няню».
Оказывается, из дома Виторганов персонал сбегает с такой скоростью, будто там пожар. Сама Ирина Млодик в интервью сетует: найти помощницу — это «ужас и кошмар». Мол, приходят одни проходимки, которые не соответствуют их высоким стандартам.
Но недавно слово дала и другая сторона. Девушка Николь Кононова, продержавшаяся там целых пять дней, выдала подробности, от которых становится не по себе. По ее версии, в доме царит атмосфера тотальной паранойи и унижений. Представьте: её отчитывали за то, что баночка йогурта в холодильнике стояла не на той полке, а полотенце висело под неправильным углом.
Дети? По словам Николь, Этель и Клара ведут себя так, как будто вокруг них прислуга, а не люди. Кидаются грязным бельем, обзываются, истерики на ровном месте. И самое тревожное — родители это не просто игнорируют, а поощряют. Когда няня пыталась сама организовать досуг и купила детям что-то для творчества за свои деньги, ей эти деньги не вернули. А после увольнения Виторганы назвали девушку хайпожоркой, обвинив в том, что та бросала детей одних. Кому верить? Я обычно смотрю на системность: если няни меняются каждые пару месяцев, это уже не случайность, это диагноз.
Золотая клетка или родительский эгоизм?
Давайте без сантиментов. Эммануилу Гедеоновичу — 86. В этом возрасте даже поход к врачу — это подвиг, не говоря уже о том, чтобы гоняться за энергичными дошколятами. Ирине — 64. Физически и морально справляться с двумя активными детьми — это колоссальная нагрузка. В итоге дети растут в режиме вседозволенности просто потому, что у родителей банально нет сил выстраивать границы. Легче купить очередную игрушку и закрыть дверь.
Но меня добила другая деталь. В одном из видео Ирина делит дочерей: «Клара у нас модель, личико и всё такое, а Этелька — ну, у нее другой тип». Это же фундамент для будущих комплексов, заложенный с пеленок. Одну назначают «звездочкой», вторую отправляют в «свет» с пометкой «серая мышка». Конкуренция между сестрами им обеспечена на годы вперед.
Знаете, я поймала себя на крамольной мысли. Сначала самой стало стыдно, но потом я подумала: а может, в их ситуации действительно лучше было бы завести кошку? С большой собакой и то хлопот невпроворот — её выгуливать надо, воспитывать, силы тратить. А тут — двое маленьких людей, которые для отца по возрасту даже не внучки, а правнучки.
Я к чему веду. Может, пора задуматься о законодательных рамках для суррогатного материнства в таком возрасте? Должен же быть какой-то предел, возрастная планка. Не потому что я хочу ограничивать чье-то счастье, а потому что каково этим девочкам будет через 5–10 лет? Когда папа превратится в немощного старика, который нуждается в уходе сам. Дети уже сейчас выглядят запущенными и неуправляемыми не потому, что они плохие, а потому что у родителей на нормальное воспитание просто не осталось ресурса. Грустно это.