Никита Белухин — об итогах досрочных выборов в Дании и к чему после них станет ближе Гренландия — к США или к независимости
Первое впечатление, которое производят итоги досрочных парламентских выборов в Дании, состоявшихся 24 марта 2026 года, это, с одной стороны, что проиграли все основные политические силы и что эксперимент с "межблоковым" правительством, куда входили датские социал-демократы, либеральная партия "Венстре" и центристская партия "Умеренные", с треском провалился, а с другой — что датская политическая система, по сути, обречена на попытку повторить схожую партийную конфигурацию при формировании правительства.
Несмотря на попытку премьер-министра Метте Фредериксен предстать в роли достойной преемницы Торвальда Стаунинга, то есть уверенного социал-демократа, ведущего страну сквозь кризисное время, и ее лозунг о том, что "синий" и "красный" политические цвета не имеют значения и главное — сплотиться вокруг датского флага, для соцдемов эти выборы оказались одними из худших в истории. Партия получила всего 21,9% и 38 представителей в парламенте, то есть потеряла 12 мест по сравнению с предыдущими выборами. При этом соцдемы остаются партией, набравшей наибольшее число голосов, и значительно обгоняют своих партнеров по левоцентристскому "красному" блоку, где их ближайший конкурент — Социалистическая народная партия — набрал 11,6% голосов и получил 20 мест в Фолькетинге.
Схожая участь постигла и партию "Венстре", негласного лидера правоцентристского "синего" блока, которая получила наихудший результат за всю историю партии — 10,1% голосов и 18 мест, находясь в прямой конкуренции с "Либеральным альянсом", одновременно выступающим и ее ближайшим идеологическим сторонником, который набрал 9,4% и провел 16 депутатов в Фолькетинг.
Помимо крайне уязвимого положения двух основных игроков политической системы Дании, сложные и запутанные переговоры по созданию нового правительства предвещает и общая раздробленность и многообразие партийной конфигурации датского парламента. Впервые с момента введения в 1953 году порога в 2% все 12 заявленных партий получили парламентские места. Зачастую главным триумфатором прошедших выборов обозначают действующего министра иностранных дел и бывшего премьер-министра Дании Ларса Лёкке Расмуссена, чья центристская "фиолетовая" партия "Умеренные" провела 14 депутатов в Фолькетинг, в то время как "красный" и "синий" блоки в совокупности располагают — 84 и 77 креслами соответственно. Теперь "фиолетовые" могут не торопиться и выторговывать себе лучшие условия и уступки при выборе блока, который они решат привести к власти.
Парадокс заключается в том, что, хотя избиратели и отвергли предыдущее правительство как провальное (три предыдущие правящие партии в совокупности получили лишь 39,7%), скорее всего, можно ожидать повторения той или иной формы межблокового или центристского правительства.
Кроме того, помимо 175 собственно датских мандатов, не стоит забывать, что в Гренландии и на Фарерских островах в датский Фолькетинг избираются четыре представителя — по два от каждой автономии. Они также могут играть свою роль если и не в формировании правительства, то в отдельных спорных вопросах. Несмотря на то что они призваны представлять прежде всего фарерские и гренландские интересы, они все чаще оказываются вовлечены в сугубо датские вопросы. Не случайно в день выборов премьер-министр решила встретиться с членами организации "Уагут", занимающейся вопросами гренландцев, проживающих в самой Дании.
Гренландские политики снова поссорились
Гренландские мечты о независимости, однако, в очередной раз оказываются в плену внутриполитических и даже уже — внутрипартийных противоречий. Так, в связи с тем, что министры действующего правительства Гренландии также заявили свои кандидатуры на выборы в Фолькетинг, один из старейших игроков гренландской политики — партия "Сиумут" 13 марта 2026 года заявила о выходе из правящей коалиции. Вскоре после этого решения министр иностранных дел Гренландии Вивиан Мотцфельдт заявила о том, что покидает "Сиумут", несмотря на более чем 20-летнюю работу в ее рядах. К ней быстро присоединился другой партийный ветеран — Ким Кильсен, занимавший пост председателя Инатсисартута, автономного парламента Гренландии, в 2014–2020 годах являвшийся председателем "Сиумута" и возглавлявший гренландское правительство в 2019–2021 годах. Тем самым у партии, которая долгое время доминировала в гренландской политике, остается всего два места в автономном парламенте.
Подобные расколы, однако, не являются чем-то новым, так как внутренняя борьба уже не раз приводила к фрагментации гренландского политического поля и созданию новых партий, что затрудняет формирование и реализацию долгосрочной стратегии по обретению Гренландией независимости.
Зачастую гренландские политики ставят вопросы личного политического успеха и дальнейшей карьеры выше, чем создание единого и прочного фронта в диалоге с датскими властями. Алека Хаммонд, в настоящее время находящаяся у руля "Сиумута", подчеркнула, что гренландские министры, участвуя в предвыборной кампании в датский Фолькетинг, ведут себя безответственно и отдают предпочтение датским политическим играм, а не правительственной работе на благо гренландцев.
С идеями вообще прекратить датские парламентские выборы на гренландской территории и тем самым больше не избирать двух представителей от Гренландии в датский парламент или по крайней мере инициативами по обсуждению такой возможности в декабре 2023 года выступал лидер партии "Налерак" Пеле Броберг. В нынешней предвыборной кампании в марте 2026 года с похожей идеей, но в более мягкой форме выступила член партии "Инуит Атакатигиит" Наая Натаниэльсен. А в апреле прошлого года один из двух парламентариев Фолькетинга от Фарерских островов заявил, что "в будущем содружестве в датский Фолькетинг не должны избираться фарерские депутаты".
В основе этой дискуссии лежит представление о том, что проводящиеся в Гренландии и на Фарерских островах выборы в датский парламент скорее придают легитимность датскому контролю и владению североатлантическими автономиями. Более того, избрание гренландских и фарерских депутатов и проведение соответствующих предвыборных кампаний, по мнению отдельных местных политиков, представляют собой лишь неоправданную трату ресурсов и вносят неразбериху в то, кто в первую очередь защищает интересы гренландского и фарерского народов — депутаты в датском Фолькетинге или местные представительные органы. Особенно курьезным это выглядит в нынешней ситуации, когда буквально 26 марта 2026 года на Фарерских островах будут проходить парламентские выборы, в которых участие будет принимать Анна Фалькенберг, депутат от юнионистской партии Фарерских островов, буквально накануне переизбранная в датский парламент. Другой депутат, представляющий в Фолькетинге фарерских социал-демократов, — Скьюрфур Скаале — также был переизбран на прошедших выборах.
Не исключено, что в дальнейшем может быть поставлен вопрос о том, чтобы заменить выборы гренландских и фарерских депутатов в датский Фолькетинг той или иной формой прямого взаимодействия парламентов Гренландии, Фарерских островов и Дании. С одной стороны, от Гренландии была избрана уже упоминавшаяся довольно умеренная и рассудительная Натаниэльсен, которая скорее будет добиваться внесения изменений в Конституцию Дании и закон "Об автономии Гренландии" 2009 года с целью преобразования существующего содружества Дании, Гренландии и Фарерских островов. Но с другой — в датский парламент прошел представитель популистской "Налерак" Карсок Хег-Дам, брат нашумевшей Аки-Матильды Хег-Дам, которая, будучи депутатом Фолькетинга, добивалась равноправного использования гренландского, фарерского и датского языков в парламентских дебатах. Он, как и его сестра, склонен к жестким провокационным шагам, радикальным заявлениям и требованиям к датским властям в духе "Налерака", которая не входит в действующее гренландское правительство и тем самым имеет больше пространства для протестного поведения.
При этом какую именно возможную правящую конфигурацию датских партий поддержат гренландские кандидаты, остается неясным. Натаниэльсен, вероятно, будет тяготеть к "красному" блоку, то есть левоцентристам, в особенности партии "Радикале Венстре", чей председатель Мартин Лидегор также выступает за реформу содружества и склонен к сотрудничеству с центристами и "синим" блоком. Поведение и позицию Хег-Дама предугадать сложнее, он все же будет играть роль провокатора и спойлера и может идти на резкие маневры и даже занимать изоляционистскую протестную позицию "я против всех", если посчитает, что это принесет ему лично политические очки.
Дания продолжит поворот к ЕС?
При Метте Фредериксен в результате референдума в июне 2022 года была отменена "оборонная оговорка", касающаяся участия Дании в военных аспектах европейской интеграции и являющаяся одной из четырех оговорок насчет членства Дании в ЕС. Первая оговорка — о том, что европейское гражданство не равнозначно датскому, — утратила практический смысл еще в 1990-х годах.
В марте 2025 года "Умеренные" заявляли о том, что в Дании нужно как можно скорее провести референдум сразу по двум оставшимся оговоркам — "валютной" и "правовой". То есть присоединиться к еврозоне и полноценно подключить Данию к "общему пространству свободы, безопасности и правосудия Европейского союза". Итоги прошедших выборов, однако, делают такой сценарий менее вероятным, так как и социал-демократы, и партия "Венстре" как лидеры условных "красного" и "синего" блоков скорее посвятят следующую легислатуру консолидации своих политических позиций и электората, нежели будут прикладывать усилия и идти на риск в подготовке такой сложной политической акции. Хотя нельзя исключать, что удачное стечение обстоятельств и новый виток кризиса в отношениях с США и непредсказуемость Дональда Трампа могут подтолкнуть датский парламент к тому, чтобы попытаться еще теснее привязать Данию к ЕС. Однако сама по себе привязка к ЕС еще ничего не значит, и у Дании до сих пор нет ясной повестки на европейском векторе, то есть ответа на вопрос о том, какую именно область интеграционного строительства Копенгаген собирается продвигать наиболее активно. Более того, речь идет не просто об отношении Дании к институтам ЕС, а в контексте "ренационализации" военно-политического сотрудничества с ведущими европейскими державами, такими как Британия, Германия и Франция, и соседями по Балтийскому региону.
При этом, как подчеркивает датский исследователь Микаэль Ведбю Расмуссен, Дания объективно по-прежнему заинтересована в продолжении конфликта на Украине, так как в случае его окончания или замедления, по мнению датских властей, у России в условиях кризиса в трансатлантических отношениях будет больше ресурсов и пространства для военных провокаций и тестирования на прочность евроатлантической солидарности в Балтийском регионе. Датские власти и службы безопасности, таким образом, с одной стороны, подчеркивают, что угрозы конвенциональной войны или вторжения на территорию Дании со стороны России нет или она крайне низкая, а с другой — стремятся убедить собственное население, что "гибридная война" с Москвой — это насущная реальность, которую надо воспринимать серьезно. При этом перед датчанами, как и их соседями, стоит задача сохранить максимально возможное внимание и интерес США и других союзников к Балтийскому региону и не позволить ему уйти на задний план в повестке дня НАТО и ЕС на фоне конфликта США и Израиля с Ираном.
Но, по крайней мере, на гренландском направлении у Копенгагена есть повод для осторожного оптимизма. Как показали мартовские слушания в Конгрессе, речь идет о том, чтобы в рамках действующего договора 1951 года об обороне Гренландии предоставить США доступ к трем новым "оборонным районам", помимо космической базы Питуффик. Главным в этом сообщении является то, что гренландский вопрос пока что ушел из личного ведения Трампа и начал решаться на более среднем уровне профессиональными военными и чиновниками. Значит, переговоры по нему, вероятно, будут постепенно приобретать более конкретное содержание. Для Дании это, пожалуй, краткий и осторожный повод ненадолго вздохнуть с облегчением.
Источник ТАСС