Если спросить средневекового
европейца, что он знает об Индии, он непременно назовёт ткани — тонкие
муслины, ситцы, парчу. Индийское текстильное производство было
легендарным. Но как оно было устроено? Книга Ашрафян открывает нам целый
мир городских ремесленников, которые не только кормили страну, но и
работали на полмира.
В
XIII–XVII веках в индийских городах происходила настоящая специализация
ремесла. Если раньше один мастер мог делать всё подряд, то теперь
появились десятки узких профессий: чесальщики хлопка, прядильщики,
ткачи, красильщики, набойщики, вышивальщики. Амир Хосроу, поэт XIII
века, перечислял лучников, оружейников, ювелиров, портных, кожевников — и
это только малая часть. В Ахмадабаде кварталы ткачей были настолько
большими, что напоминали отдельные города.
Качество
индийских тканей поражало иностранцев. Даже в XVIII веке англичанин Б.
Хейн признавал, что европейским красильщикам есть чему поучиться у
индийцев. Секреты мастерства передавались внутри каст. Например,
изготовители золотых нитей в Ахмадабаде (каста шримал) хранили свои
технологические тайны в строжайшей секретности, и даже падишах Аурангзеб
вынужден был указом запрещать эту «монополию», объявив её «противной
религии».
Большая часть
ремесленников работала самостоятельно: имела мастерскую-лавку,
инструменты и сырьё. Но постепенно в производство вторгался торговый
капитал. Купцы-оптовики (например, богатые бохра или марвари) стали
скупать продукцию, а затем и авансировать ремесленников под залог
будущих изделий. Ремесленник попадал в долговую зависимость и терял
самостоятельность. Так рождались первые ростки капиталистических
отношений — рассеянные мануфактуры.
Кроме
частных мастерских существовали и государственные кархана. В них
работали наёмные мастера, которые получали жалованье, но трудились под
надзором чиновников. При Акбаре в этих мастерских изготавливали не
только уникальные ткани для двора, но и продукцию, которая шла на рынок.
Абул Фазл писал, что цены на ткани из казённых мастерских упали на
66–75% по сравнению с прежними, что сделало их доступными для широких
слоёв.
Но самым
массовым и самым дешёвым было производство простых хлопчатобумажных
тканей. Именно они составляли основу экспорта. Тысячи ткачей в Бенгалии,
Гуджарате, на Коромандельском побережье работали на рынки Азии и
Африки. Когда в XVII веке европейцы начали активно скупать индийские
ткани, это стимулировало рост производства, но одновременно подорвало
позиции местного купечества, которое не могло конкурировать с мощными
торговыми компаниями.
Ремесленное
производство стало основой экономической мощи индийских городов. Однако
именно оно же оказалось самым уязвимым местом: когда европейцы перешли к
протекционизму, а затем и к колониальному захвату, индийское ремесло не
выдержало удара и пришло в упадок. Но до этого времени города Индии
были настоящей мануфактурной империей, кормившей своей продукцией
полмира.
