Галина Павловна проснулась в семь утра. Хотя будильник не заводила уже пять лет — с тех пор, как вышла на пенсию. Просто организм привык. Сорок лет вставать в семь, не перестроишься.
Она встала, надела халат, прошла на кухню. Поставила чайник. Села у окна. За окном серое утро, дождь моросил. Октябрь.
Телефон на столе молчал. Галина посмотрела на него, мысленно считая: последний раз дочь Лариса звонила... три недели назад? Или четыре? Коротко: «Мам, как дела? У нас всё хорошо. Целую». И всё.
Раньше Галина обижалась. Плакала. А теперь привыкла. У Ларисы своя жизнь: муж, работа, дети-подростки. Мать — это где-то на периферии. Раз в месяц позвонить из вежливости — и хватит.
Чай заварился. Галина налила чашку, достала печенье. Села за стол. Тишина. Только тиканье часов и шум дождя за окном.
Так прошло пять лет. С тех пор, как умер Виктор. Муж. Сорок два года вместе, а потом — инфаркт. Мгновенно. Не успела даже попрощаться.
Первый год был адом. Она не знала, как жить одна. Плакала каждый день. Лариса приезжала редко, говорила: «Мам, ты должна взять себя в руки. Жизнь продолжается».
Жизнь продолжалась. Но какая это была жизнь? Одиночество, тишина, ожидание звонков, которые не приходили. Телевизор по вечерам. Соседи, с которыми здоровались на лестничной площадке, но не больше.
Галина допила чай, помыла чашку. Вздохнула. Ещё один день. Надо идти в магазин, купить продукты. Может, в библиотеку зайти — она там работала тридцать лет, иногда навещала коллег.
Вечером, когда она уже собиралась ложиться спать, за стеной грохнуло. Музыка заорала — какой-то рэп, бум-бум-бум.
Галина вздрогнула. Что это?
Музыка продолжала долбить. Галина подошла к стене, постучала. Никакой реакции. Постучала сильнее. Музыка стихла на секунду, потом снова заиграла.
Она схватила швабру, стукнула по батарее. Это помогло — музыка выключилась.
Галина легла спать, но долго не могла уснуть. Кто там поселился? В той квартире жила старушка Клавдия Семёновна, тихая, почти не выходившая. Умерла полгода назад. Квартиру сдавали? Похоже на то.
На следующий день Галина встретила нового соседа в подъезде. Молодой парень, лет двадцати с чем-то, в джинсах и толстовке, с рюкзаком за спиной. Увидел её, кивнул:
— Здрасьте.
— Здравствуйте, — сухо ответила Галина.
Они разошлись. Она поднималась по лестнице (лифт опять сломался), и вдруг услышала сзади:
— Бабушка, подождите!
Обернулась. Парень догнал её, взял у неё из рук тяжёлые сумки.
— Давайте помогу. Вам тяжело же.
Галина хотела отказаться, но сумки правда были неподъёмные. Кивнула.
Они поднялись вместе. У её двери парень отдал сумки.
— Вот. Вы на каком этаже?
— На третьем. А вы?
— Я тоже. Рядом с вами, — он улыбнулся. — Артём. Я тут на днях въехал. Учусь в политехе, квартиру снимаю.
— Понятно, — Галина кивнула. — Спасибо за помощь.
— Не за что. — Он помялся. — Слушайте, а вчера это вы в стену стучали? Из-за музыки?
— Я, — призналась Галина. — Извините, но было очень громко.
— Да нет, это я извиняюсь! — он покраснел. — Я не подумал. Правда. Больше не буду так громко.
— Хорошо, — она открыла дверь и зашла в квартиру.
Парень показался вежливым. Может, не все молодые такие ужасные, как она думала.
Через два дня она услышала, как за стеной кто-то жалобно кашляет. Долго, мучительно. Потом тишина. Потом снова кашель.
Галина забеспокоилась. Вдруг парню плохо? Она вышла на площадку, постучала в его дверь.
Никто не открыл. Постучала ещё раз.
— Кто там? — хрипло донеслось из-за двери.
— Это я, соседка. Вам плохо?
Дверь открылась. Артём стоял бледный, в пижаме, с красными глазами.
— Простыл, — еле слышно сказал он. — Ничего, пройдёт.
— Вы ели сегодня?
— Нет. Не хочется.
— Надо есть, — строго сказала Галина. — Сейчас принесу суп.
— Не надо, я...
Но она уже развернулась и ушла. Через двадцать минут вернулась с кастрюлькой борща и пакетом сухарей.
— Ешьте. Горячее. И чай с мёдом.
Артём взял кастрюльку, растерянно глядя на неё.
— Спасибо... Вы... Вы очень добрая.
— Ешьте, говорю, — буркнула Галина и ушла.
Вечером он постучал к ней. Принёс чистую кастрюльку и плитку шоколада.
— Спасибо вам огромное. Я так наелся! Вкусно было. Вот, купил шоколад. Не знаю, любите ли...
— Люблю, — Галина взяла плитку. — Как самочувствие?
— Лучше. Температура спала.
Они постояли в дверях, глядя друг на друга. Потом Артём спросил:
— А вы... Вы одна живёте?
— Одна. Муж умер пять лет назад.
— Понятно. Мне очень жаль. А дети есть?
— Дочь. В Екатеринбурге живёт.
— А-а. Далеко. — Он помялся. — Ну ладно. Спасибо ещё раз. Я пойду.
— Идите, идите. Выздоравливайте.
---
Через несколько дней он снова постучал. Робко так, неуверенно.
— Галина Павловна, можно вопрос?
— Можно.
— Вы не могли бы... научить меня готовить? Ну, хотя бы что-то простое. А то я только яичницу умею. Всё остальное покупаю готовое или лапшу завариваю.
Галина усмехнулась.
— А мама не научила?
— Мама далеко. В Архангельске. Я редко домой езжу. Да и она всегда сама готовила, меня не подпускала. Говорила: учись лучше, кухня не твоё дело.
— Ну это зря, — покачала головой Галина. — Мужчина должен уметь готовить. Заходи, покажу.
Так началось. Артём приходил пару раз в неделю. Галина учила его варить супы, жарить котлеты, запекать курицу. Он был старательным учеником, записывал всё в блокнот.
Однажды он сказал:
— Галина Павловна, а вы не могли бы мне помочь с бельём? Я постирал рубашку, она села. Что я сделал не так?
Она рассмеялась.
— Температуру не посмотрел, наверное. Давай сюда, научу.
Они стирали вместе. Галина объясняла, какой режим для чего, как гладить, как складывать. Артём слушал внимательно.
Потом он сказал:
— А давайте я вас чему-нибудь научу?
— Чему?
— Ну... компьютеру, допустим. Или телефоном пользоваться. У вас же смартфон, но вы, наверное, половины функций не знаете?
Галина призналась:
— Да. Дочь купила, настроила. Я только звонить умею.
— Так я вас научу! Интернет, приложения, видеозвонки. Будете с дочкой по видео разговаривать!
Галина согласилась. Артём приходил, показывал, объяснял. Она была не самой быстрой ученицей, но старалась. Научилась гуглить, смотреть видео на Ютубе, даже аккаунт в Одноклассниках завела — нашла там старых коллег из библиотеки.
Они начали проводить вечера вместе. Пили чай, разговаривали. Артём рассказывал про учёбу, про программирование, которое она не понимала, но слушала с интересом. Галина рассказывала про книги, которые любила, про библиотеку, где работала.
— Знаете, Галина Павловна, — сказал однажды Артём. — Я с родителями реже общаюсь, чем с вами. Они далеко, у них свои дела. Звоню раз в неделю, и всё. А с вами... с вами легко. Как будто у меня бабушка здесь появилась.
Галина растрогалась.
— А у меня как будто внук. Хотя у меня есть внуки — двое. Но они далеко, я их раз в год вижу.
Они обменялись тёплыми взглядами.
---
Но не все были рады их дружбе. Соседка Зинаида Фёдоровна, вечная сплетница, остановила Галину как-то в подъезде:
— Галина, а что это у тебя с молодым парнем роман?
— Какой роман? — опешила Галина.
— Ну, он же к тебе каждый день ходит. По вечерам. Люди говорят.
— Люди пусть помолчат, — отрезала Галина. — Мы просто соседи. Я его готовить учу.
— Ага, готовить, — хмыкнула Зинаида. — В твои годы с молодым парнем. Стыдоба.
Галина разозлилась, но промолчала. Не опускаться же до её уровня.
Но слова засели в душе. Неужели люди правда так думают?
Вечером она сказала Артёму:
— Может, тебе не стоит так часто приходить. Соседи сплетничают.
Артём нахмурился.
— И что? Пусть сплетничают. Мне всё равно. Галина Павловна, вы мне как родная. Вы единственный человек в этом городе, с кем я могу нормально поговорить. Я не брошу вас из-за каких-то сплетен.
Галина чуть не расплакалась.
Но хуже было, когда позвонила дочь Лариса.
— Мам, мне тут Зина Фёдоровна написала. Говорит, ты с каким-то студентом общаешься?
— Да, с соседом. Мы дружим.
— Мама, ты понимаешь, как это выглядит? Женщина в твоём возрасте и парень! Что люди подумают?
— А какая разница, что люди подумают? — возмутилась Галина. — Он хороший мальчик. Мы просто друзья.
— Друзья, — скептически протянула Лариса. — Мам, может, тебе переехать к нам? В Екатеринбург. Чтобы ты не была одна, чтобы не выдумывала всякое.
— Я ничего не выдумываю! И никуда не поеду! У меня здесь жизнь!
— Какая жизнь? Ты сидишь дома одна, ни с кем не общаешься, теперь вот с незнакомым парнем связалась...
— Лариса, хватит! — Галина повысила голос. — Ты звонишь раз в месяц, даже не спрашиваешь, как я. А Артём каждый день рядом. Он помогает мне, заботится. Он мне нужнее, чем ты!
Тишина в трубке. Потом Лариса сухо сказала:
— Ну раз так, живи как хочешь. Пока.
И бросила трубку.
Галина сидела с телефоном в руках и плакала. От обиды, от злости, от боли. Дочь не понимает. Никто не понимает.
Вечером пришёл Артём. Увидел заплаканную Галину, сразу забеспокоился:
— Что случилось?
Она рассказала. Про соседку, про дочь, про то, что все считают их дружбу чем-то неправильным.
Артём выслушал, потом сказал:
— Галина Павловна, знаете, что я думаю? Люди завидуют. Им скучно и одиноко, а мы с вами нормально общаемся, помогаем друг другу. Вот они и злятся. Не обращайте внимания.
— Легко сказать...
— Я серьёзно. Вы для меня — как бабушка. Настоящая бабушка. Моя родная бабушка умерла, когда мне было десять. Я её очень любил. Она тоже учила меня разным вещам, рассказывала истории. С вами мне так же хорошо. И мне плевать, что там думают соседские бабки.
Галина улыбнулась сквозь слёзы.
— Спасибо, Артёмушка.
---
Прошло несколько месяцев. Они продолжали дружить. Артём приходил почти каждый день. Иногда приводил своего друга Максима — тот сначала смотрел на Галину с недоумением, но потом распробовал её пироги и стал частым гостем.
Галина ожила. Она снова чувствовала себя нужной. Готовила для ребят, советовала, помогала. Артём чинил ей кран, менял лампочки, настраивал телевизор. Они стали настоящей семьёй — не по крови, а по выбору.
Однажды зимой Галина вышла из дома в магазин. На улице был гололёд. Она шла осторожно, держась за перила. Но всё равно поскользнулась. Упала. Почувствовала острую боль в ноге.
Лежала, не могла встать. Прохожие шли мимо. Кто-то остановился, спросил: «Вам помочь?» Она попросила позвонить в квартиру напротив, третий этаж, Артёму.
Через пять минут Артём выбежал. Бледный, испуганный.
— Галина Павловна! Что случилось?!
— Упала. Нога болит.
Он вызвал скорую, дождался вместе с ней. В больнице выяснилось: перелом. Наложили гипс.
— Полтора месяца носить, — сказал врач. — И покой.
Артём забрал её домой. Помог подняться в квартиру, уложил на диван.
— Я буду ухаживать, — сказал он твёрдо. — Готовить, убирать, всё что нужно.
— Артём, у тебя учёба...
— Справлюсь. Не волнуйтесь.
И он справился. Каждый день приходил утром, готовил завтрак, помогал умыться, потом уходил на пары. Возвращался вечером, готовил ужин, убирал. Галина чувствовала себя виноватой — столько хлопот из-за неё. Но Артём не жаловался.
— Вы для меня столько сделали, — говорил он. — Это малость.
Через неделю приехала Лариса. Без предупреждения. Позвонила в дверь, Артём открыл.
— Здравствуйте, вы кто? — насторожилась она.
— Артём, сосед. А вы?
— Дочь Галины Павловны.
Они прошли в комнату. Лариса увидела мать на диване, в гипсе, и бросилась к ней:
— Мама! Почему не сказала?!
— Не хотела волновать.
— Как не хотела?! Ты лежишь с переломом! — Лариса повернулась к Артёму. — А вы что здесь делаете?
— Ухаживаю за Галиной Павловной, — спокойно ответил Артём. — Готовлю, убираю, помогаю.
— Ухаживаете? А где вы были, когда она упала?
— На парах. Я не могу быть с ней круглосуточно, я учусь.
— Вот именно! — Лариса разгорячилась. — Мама, я заберу тебя в Екатеринбург. Ты будешь жить с нами, пока не выздоровеешь.
— Не поеду, — твёрдо сказала Галина.
— Что?!
— Не поеду, Лариса. Я здесь, дома. Артём обо мне заботится лучше, чем ты за всё это время.
Лариса покраснела.
— Мама, это несправедливо...
— Это правда! — голос Галины задрожал. — Когда ты в последний раз звонила? Месяц назад! Ты не интересуешься, как я живу, что я ем, здорова ли я. А Артём — он каждый день здесь. Он мой друг. Моя семья. А ты... Ты приезжаешь раз в год и считаешь, что этого достаточно.
Лариса стояла, опустив голову. Слёзы текли по щекам.
— Мама, прости. Я... Я не думала. Я была занята, работа, дети... Я думала, ты справляешься.
— Я справлялась. Но только потому, что рядом был Артём.
Лариса посмотрела на парня. Тот стоял у окна, неловкий, не знающий, что сказать.
— Спасибо вам, — тихо сказала она. — Правда. Спасибо, что были рядом с мамой, когда меня не было.
Артём кивнул.
Лариса осталась на два дня. Помогала матери, готовила. Разговаривали они долго, откровенно. Лариса призналась, что чувствовала вину, но не знала, как исправить отношения. Галина простила её.
Перед отъездом Лариса сказала:
— Мам, я буду звонить чаще. Обещаю. И приезжать. А на лето вы с Артёмом приезжайте к нам. Познакомитесь с внуками нормально.
— С Артёмом? — удивилась Галина.
— Ну а что? Он же семья, как ты сказала.
Артём покраснел, но улыбнулся.
---
Через полтора месяца гипс сняли. Галина снова могла ходить. В первый же день она испекла огромный пирог и пригласила Артёма с друзьями.
— Ребята, спасибо вам. За всё.
Они сидели на кухне, пили чай, смеялись. Максим рассказывал анекдоты, Артём показывал фотографии на телефоне. Галина смотрела на них и думала: вот оно, счастье. Не в одиночестве, не в ожидании звонков от далёкой дочери. А в этой кухне, с этими мальчишками, которые стали ей роднее родных.
— Галина Павловна, — сказал Артём. — а давайте на ваш день рождения устроим настоящий праздник? Пригласим всех!
— Кого всех?
— Ну, вашу дочь, моих родителей по видеосвязи, Максима, ещё пару друзей. Нормально отметим!
Галина засмеялась.
— Давайте.
И они отметили. Квартира была полна людей, смеха, разговоров. Галина сидела во главе стола и не верила, что это её жизнь. Год назад она была одна. А сейчас — окружена любовью.
Артём поднял бокал:
— За Галину Павловну! За лучшую соседку и бабушку!
— За Галину Павловну! — подхватили все.
Она вытерла слёзы счастья. Жизнь продолжалась. И она была прекрасна.
Конец.
Спасибо, что дочитали до конца!
Буду рада вашим лайкам 👍, комментариям ✍️ и размышлениям.
Ваше мнение очень важно.
Оно вдохновляет на новые рассказы!
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ на мой канал "Поздно не бывает", чтобы не пропустить продолжение.
Впереди еще много интересных историй из жизни!
Рекомендуем рассказы и ПОДБОРКИ: