Небо затянуто тучами. Нет ни единого проблеска света и надежды на спасение. Яр ведёт Бабура к Дону. Бабур не сопротивляется, но чувствует себя несвободным. Неужели судьба вновь свела Дона и Бабура, чтобы разрешить извечную проблему власти. Власть во многих странах мира менялась: на смену монархии приходили социалистические государства, на смену социалистическим – демократические. Менялись типы общества. Менялся уклад в семьях. Но что человек минувшего, что человек нынешнего ценит свою жизнь и хочет развиваться. По крайней мере так думалось Бабуру перед тем, как он вошёл в здание правительства Ориволголии.
В этот день Дон был одет в тёмный костюм с зелёной рубашкой и тёмно-синим галстуком. Этой своей одеждой он напомнил Бабуру Барлоу Шорохова. Того самого Барлоу, о котором принято не вспоминать, но который изменил территориальный состав государства. Настолько противоречива история, что многие события переписываются. Шорохов обожествлялся, когда он был у власти. Роита обозначали как умного, толкового мужика с синим воротником. Дон оказался куда более спокойным и взвешенным, чем предшественники. Ему особо и не надо было трудиться, чтобы вывести страну из кризиса. Он подписывал документы, а исполняли их его приближённые.
-Не доиграл? – спросил при встрече с Доном Бабур
-Партия и вправду не окончена, - немного смущённо ответил Дон.
-Значит ты не политик, а игрок.
-Я стратег.
-Стратеги с бухты-барахты не меняют свои решения, а просчитывают сразу, к чему это может привести. Ты обещал оставить меня на свободе. Ты не сдержал обещания. Как тебе может верить народ после этого?
-А это уже мои проблемы, - немного хамовато сказал Дон.
-Ты свои проблемы другим называешь, - начал Бабур, - а надо только для себя их оставлять да решать самому, стараться, чтобы остальным не досталось, чтобы другие под раздачу не попали.
-Ты подкупил органы внутренних дел, чтобы они перешли на твою сторону. Ты захватил власть и жёстко расправился с Роитом. Ты разорил деревню Витьевко. Только ты виноват в этом, а потому ответишь перед судом.
-Ты дал мне ложную надежду, оскорбив мои чувства.
-А ты совсем стал набожным, как будто всё осознал в жизни. Когда ты успел поменяться? Как ты поменялся?
-Я поменялся, глядя на то, что приношу только хаос.
-Ты тоже играешь, но твоя игра куда острее, куда живее, куда прытче, чем моя. Выиграет тот, кто верит в то, что он победит.
-О себе много не думай.
-Снова божьи заповеди. Вот иди и лекцию в суде читай. Там одобрят.
Тут в главном зале правительства установилась тишина, после которой Бабура снова повели куда-то. Теперь ему предстояло показать себя перед судом. Он рассказал о том обещании, которое ему давал Дон, о том, как он поменялся и отошёл от политической жизни, занялся собой, хозяйственными тяготами. Адвокат, Сергей Селиванов, подтверждал высказывания подсудимого. Однако у президента был куда более опытный, юркий адвокат, который и спас его. Бабур получил пожизненный срок и оказался в той самой тюрьме, из которой ещё недавно бежали Костоломов, Плеханов и Солонов. По ним возбудили дело. Их родственники защищали да адвокат, но ничего не вышло, ведь все сошлись на том, что они погибли, а от чего никто не знает. Побег из этой тюрьмы – трудное занятие, которое под силу лишь самым мудрым зекам, наученным выживать в лесу и находиться в гармонии с природой.
Бабур попал в камеру, где был какой-то дряхлый старик в тёмных оборванных балахонах. Временами этот старик покряхтывал, смотрел в стенку и что-то чертил, а потом неожиданно для Бабура харкал на пол или на стенку, чтобы стереть начерченное. Этот старик, как думал Бабур, считал дни, когда его наконец освободят, но срок продлевали и продлевали, потому этот старичок так и не смог выйти на свободу.
Каждый день Бабура и этого старичка с другими зеками выводили на ограждённое серыми стенами с колючей проволокой пространство, где все зеки были вынуждены строить дополнительное здание для политзаключённых. Каждый день приходилось шлакоблок за шлакоблоком класть, смазывать клеем и следующий, а потом ещё и ещё. Эта изнуряющая работа была особенно тяжела в зимнее время. Тогда Бабур понял, насколько сурова зима в Ориволголии. В заточении Бабур мечтал лишь об одном – о встрече с Марией. Бабур понимал, что она вряд ли могла знать, где он. Если и знала, то, возможно, не хотела ехать.
Весна, которая принята считаться началом пробуждения природы, не прибавляла сил зекам. После продолжительной и изнурительной зимы заключённые чувствовали себя уставшими. Их часто клонило в сон от монотонной работы. Многие подумывали о побеге. Пошёл уже какой-то слух, что план разрабатывается, но кем – это было неясно. Бабур надеялся, что он окажется в среде умелых людей, которые организуют побег и всё само собой разрешится.
Когда Бабур только-только оказался в тюрьме, он надеялся, что скоро освободится, так как Яр обещал ему свободу. Понятное дело, что Ярослав никогда не пойдёт против закона, он ведь заядлый патриот, но почему-то Бабур верил, что Яр не подведёт его, думал, что Ярославу несвойственно давать пустые обещания. В итоге Бабур глубоко разочаровался в Яре, но обиды на него не держал. Понимал он его, да и хотел, чтоб всё нормально у этого парня было, чтоб его в пучину, в которой оказался Бабур, не засосало.
Когда весна окончательно вступила в силу. Где-то на свободе веяло тёплым воздухом, активно раскрывались бутончики цветов, мысли о побеге укоренились. Вскрылось, что план побега разрабатывал тот самый старик, с которым Бабуру довелось оказаться в одной камере. Этого старика звали Соха. Он был знаком с начальником охраны и договорился, чтобы в ночь отключили систему на 15 минут. Соха в это время соберёт абсолютно всех заключённых и проведёт их через лес в какой-то глухой посёлок. Не знал Бабур, что в этом посёлке был его двоюродный племянник.
План Сохи был в точности исполнен. Соха был мудрым и понимал животных, их суть, их природу. Именно поэтому его не трогали ни волки, ни лисы, ни медведи, а ежи обходили стороной. Им удалось пройти к этому поселению. Все они попросили у жителей переночевать. Как ни странно, жители не сразу догадались, откуда эти новоприбывшие. Долго же им не могло это прийти в голову. Так было до того самого момента, пока жители этого поселения не стали задаваться вопросом, кто эти люди и зачем они здесь. Узнав о них, жители старались выгнать их особых церемоний. Их били поганой метлой, чтоб сразу поняли зеки, кто они на самом деле. Бабура выгнали почти сразу, как он пришёл в дом, так как мужику, у которого он ночевал, лицо его было уж больно знакомо. Чуть позже выгнали и остальных.