До этого дня Юлия и вообразить не могла, насколько же прекрасен он, зимний лес! Ей казалось, что она попала в сказку - волшебное царство, где деревья присыпаны сахарной пудрой, а тонкие веточки кустарников - украшены алмазной крошкой… Последние травы хрустели от ломающегося под ее ногами инея, а ветер над головой - поскрипывал, шуршал и убаюкивал своей холодной песней…
Несколько раз Юля замечала вокруг и лесных обитателей - белок, всевозможных птиц, а один раз, ей даже показалось, что она видела зайца! И до того ее увлекло все это великолепие, что она даже как-то упустила-пропустила тот момент, когда ее спутники начали спорить меж собой. А дело все было в том, что Полина, судя по всему, действительно не гулять пришла, а за калиной и поэтому ей надо было теперь совсем в другую сторону, к ее зарослям. Никита же не хотел уходить дальше в лес, потому что боялся заблудиться.
— А я без калины отсюда не уйду! — упрямствовала Поля и тогда Олег по-рыцарски вызвался составить ей компанию, то есть проводить и помочь наполнить ягодой прихваченное из дому ведерко. Наконец, эти двое ушли.
И вот тогда-то, а точнее говоря - вот теперь-то, Юлия и поняла, что настала поговорить с Никитой о кое-чем по-настоящему значимом.
— Мне кажется, у нас будет ребенок, — сказала она.
— Что?! — округлил глаза муж.
И на некоторое и показавшееся им вечностью время, они замолчали и просто смотрели друг-друга. А затем Юлия смущенно и сбивчиво, взялась объяснять - что это все, еще, конечно, не точно, что надо бы к врачу в город, но пока, по признакам, ясным женщинам, она понимает, что, кажется, она беременна.
— Я понял, — наконец, сказал Никита, — ясно…
— В смысле, что ты понял? — Юля растерялась - потому что ей показалось, что он отреагировал на эту новость не так… В смысле, не так, как должен реагировать любящий муж.
Никита же хмыкнул, пожал плечами и вообще отвернулся. Будто бы стоявший с той стороны березовый пень мог быть ужас каким интересным для разглядывания его!
— Уезжай, значит, — сказал, как выплюнул он, — да, давай прям завтра…
— Ты… — у Юли глаза защипало и в носу от подступивших слез, она аж вся задрожала от горькой обиды, — ты что, ты от нас избавиться хочешь? Ты… Не рад, да?! А я то… А я то думала, что ты меня любишь! — и она, совсем распережевавшись, метнулась, не разбирая дороги, в лес.
— Юля! — донесся сзади голос мужа.
Но молодая женщина и слышать его теперь не хотела! И ломилась сквозь кусты с легкостью косули, с усердием кабанчика! Юля просто летела! А потом… В общем, отчасти, подвела обувь - это были осенние ботиночки со скользящей подошвой, а отчасти - она, ревя на ходу, просто под ноги себе не смотрела.
Вскрикнув и нелепо замахав руками в попытке удержать равновесия, Юлия плюхнулась вниз и скатилась в овраг, а потом, внизу оврага и замерла, ткнувшись в кучу припорошенных снегом палых листьев…
— Юля! Юля! — крики мужа доносились как слой ваты.
Тихонько захныкав - она больно приложилась при падении копчиком и плечом, Юля разлепила глаза и увидела его, склонившегося над ней, поняла, что он помогает ей сесть, трясет ее, отряхивает и все повторят, как заведенный, спрашивая, что у нее болит, как она?!
— Я… В порядке… Все… Хорошо, — ответила Юля, — а ты, — добавила она, как только поняла, что силы к ней возвращаются потихоньку, — ты меня… Мы нас - меня и нашего малыша совсем не любишь!
— Какая же ты у меня глупенькая, — покачав головой, вздохнул Никита, — ну, как я могу вас не любить? Люблю! И больше всего на свете! И вообще, я ничего так не хотел, как стать отцом, — он улыбнулся мечтательно-тепло, но тут же вновь посерьезнел, — только… Понимаешь, я не хочу подвергать вас опасности. Поэтому вам лучше уехать в город! А я… Приеду, как смогу…
— Ты… Ты опять, да? — дрожащим голосом спросила его Юля и со всех силенок слабых, стукнула кулачками в плечи, — опять ты за свое, да?! Хочешь, чтобы я уехала, чтобы и до меня твое проклятие не добралось? Да какой же ты… Да как так можно, Никита! Ты что, совсем спятил?! Да как же мне надоело все это! Все эти твои бредни про проклятие! И про то, что оборотень за тобой придет! Да я не верю ни в каких оборотней…
И вдруг, на последнем слове, Юля осеклась. Просто как весь воздух вышибло из нее! Потому что она вдруг увидела за спиной мужа это - существо.
И в сгущавшихся потихоньку над лесом сумерках, ей почудилось, что явившийся зверь соткан чисто изо льда и зимней стужи, выкован в вечной мерзлоте! Это был рослый, лохматый и белоснежный волк! Низко пригнув голову к земле, он скалил широкую пасть, а глаза его, они были просто алыми, как раскаленные угли!
Никита тоже услышал его. И медленно обернулся. А в следующее мгновение, инстинктивным жестом закрыл собой жену, спрятав за своей спиной. Руки молодого мужчины так же - каким-то инстинктивным образом, зашарили вокруг в поисках хоть чего бы то ни было, что могло бы подойди для защиты! Но на камня, которым можно было бы это чудовище отпугнуть, ни ветви, которую можно было подставить под острые зубы вместо своей плоти, тут не было - только листья палые шуршали.
И вообще-то, Юлия считала себя здравомыслящим человеком, не теряющим голову даже в самых сложных ситуациях, но… Прямо сейчас, когда к ним приближалось это, она вдруг готова была поверить во все! В то, что проклятие существует… И в то, что это - настоящий оборотень! Ведь Мишка, он говорил, что волков в здешних краях давным-давно не видели…
— Спокойно, Юля, — тем временем произнес Никита, — только не бежать. И не показывать ему, как боишься…
Юля хотела было пискнуть чего-нибудь в ответ, но не смогла - все ее тело, совсем как тогда - в ночь лунную, сковала странная слабость. И будто во сне, будто бы все происходящее не в реальности происходило, а отображалось в замедленном видео, Юлия наблюдала за тем, как ее муж чуть повернулся - так, чтоб еще надежнее ее собой прикрыть, а потом - выставил руку вперед, поднимая ее так, чтоб защитить горло - ведь зверь, судя по угрожающему его положению, должен был кинуться на них сейчас же!
А потом, Юля даже не поняла - как это вышло, но Никита вдруг, вскрикнув, сунул руку в карман просторной своей теплой куртки и выудив оттуда что-то небольшое, вскочил на ноги.
— А ну, прочь иди! — закричал он, размахивая руками, — уходи, кому говорю! Чего тебе? Меня тебе надо? Ну, так попробуй, возьми! А ее - не тронь! И вообще - вон пошел! Ясно тебе? Уходи! Ну же!
И уже в следующее мгновение, Никита, сильно замахнувшись, швырнул в создание то, что оказалось у него в руке - какую-то небольшую книжицу.
— Ррр! — издал грозный рык хищник и подскочив высоко, будто взлетев, впился в переплет зубами! И затем с такой яростью и силой принялся его трясти, что полетели во все стороны исписанные страницы! А потом…
Волк не то кашлянул, не то - усмехнулся… Юля уже не могла понять - кажется ей это все или наяву происходит! Но вдруг создание выпустило книжницу, а потом… Просто круто развернулся и бросился вверх по склону оврага, в следующее же мгновение просто растворившись в сумерках ранней зимы, затуманенных посыпавшихся с неба снежной крупой.
— Юля! — Никита вновь кинулся к своей жене. Обнял ее, — как ты? Все хорошо? Он ушел… Юля, все хорошо!
— Что… Что это было? — спросила она и зуб на зуб у нее не попадал - то ли замерзать начала, то ли послевкусием страха накрыло.
Никита открыл было рот, но ничего сказать не успел - потому что наверху оврага вдруг раздались знакомые голоса.
— Вот вы где! — воскликнул показавшийся первым Олег, — а мы вас зовем, ходим по всему лесу вас ищем! Вы чего тут делаете?
— Что у вас тут случилось? — спросила подоспевшая за ним Полина, — Юля, ты в порядке?
Никита и Юля переглянусь - им определенно было о чем рассказать своим друзьям, но прежде всего им очень-очень хотелось поскорее убраться из леса!
Полина с Мишкой выслушали рассказ о лесном приключении охая, ахая и то и дело выспрашивая новые и новые, казалось бы, самые незначительные подробности! Олег же все узнавал с непроницаемым выражением лица, а затем, когда Никита с Юлией умолкли, тон его прозвучал его льдисто-спокойно.
— Если бы все это один Никита сообщил, то я бы подумал, что его… одержимость проклятием вышла на новый уровень и к прочим симптомам еще и галлюцинации добавились. Но, раз уж и ты, Юля, подтверждаешь, что там все и было…
— Да зачем бы мне врать то?! — обиделся уже Никита, — да еще бы немного и вообще, может, не выжили бы! И ты мне еще не веришь?!
— Верю, — приподнял бровь Олег, — но давай, пожалуйста, обойдемся без лишней эмоциональности…
— Да хватит тебе, — тронула его за руку Поля, — люди такое пережили, а ты ведешь себя тут как в кабинете пациентов принимаешь!
— Вот именно, — фыркнул Никита, — а мы, между прочим, пострадали! Он у меня вон чего сжевал! — с этими словами он стукнул о стол весьма потрепанной книжицей, — не знал, чем отбиться, а потом вспомнил, что это в кармане есть, ну и подумал, что может сойдет…
— Жесть! — Мишка потянулся к книжке, которая производила впечатление очень старинной, стал крутить в руках, — это что-то из записей твоих предков?
— Да это того самого прапрадеда дневник, который пытался понять, что у нас за проклятие такое, — пояснил Никита, — с научной стороны подходил, как историк, он же все-таки аж настоящим профессором был! Жалко, конечно… Думал, сохраню на память! Вещица-то вон какая, непростая.
Мишка кивнул, а потом перед дневник заинтересовавшейся Юле. Это и правда была примечательная вещица - Юля подумала, что дневник, должно быть, сделали на заказ - его переплет из натуральной кожи был укреплен серебряными уголками, а с внутренней стороны были выписаны тиснением инициалы владельца… И вот, когда Юля его открыла, она заметила кое-что, а именно - то, что страницы из дневника выпадают. И это было естественно - ведь он побывал в пасти волка, какой бы переплет это выдержал! Но странным ей показалось другое - то, что в той части, где переплет надорвался, будто бы теперь виднелось…
— Ты чего там ковыряешь? — спросил ее Мишка, когда Юля вдруг принялась просто разрывать оставшуюся часть обложки с внутренней стороны.
— Эй! Не надо! — потянулся к ней Никита, — ты что делаешь?! Не порть вещь, еще, может, можно отреставрировать!
— Да подождите вы, — отмахнулась Юля, — кажется, я что-то нашла…
И еще через миг она извлекла из-под обложки плотно сложенные листвы бумаги, которые так просто, сразу и невозможно было разглядеть, пока они были упрятаны в этот тайник!
— Ну ка, — сказала Юля, осторожно разворачивая их, — Никита, посмотри, это тоже кто-то из твоих родичей писал? Почерк, кажется, похож на тот, что вообще в этом дневнике идет - такой витиеватый…
— Да, это его, Алексея Геннадиевича, — кивнул Никита, бережно разглаживая бумагу в своих руках.
— Чего там? — нетерпеливо спросил Мишка.
И тогда Никита принялся читать вслух… И от того, что он прочел, у собравшихся, что называется, рты пооткрывались от изумления и даже шока! А дело было все в том, что почтенный родич Никиты все-таки сумел в свое время докопаться до истины, то есть понять суть фамильного проклятия… И суть эта переворачивала в корне вообще все, что о нем знали в семье Никиты!
А началась эта история с того, что Алексей Геннадиевич задумал посвататься к одной девице, пленившей его сердце. Избранницу звали Наденькой и Алексею страсть как хотелось стать ее суженным, но еще он, будучи премного наслышан о проклятии своего рода, страсть как не хотел делать ее вскорости и вдовой… И поскольку в Алексее в пропорциональной мере уживались начало суеверное и рациональное, он решил подойти к решению данной проблемы со всей серьезностью и дотошностью!
И началось - Алексей рылся в архивах, собирал байки по окрестностям о временах далеких, писал письма и утомительно долго ждали ответы, забирал на время у родни разной степени дальности письма и дневники… И наконец, он обнаружил то, что повергло его в шок! Причем, ответ оказался скрыт в дневниках, но уже - принадлежавших его прапрабабке Валентине, происходившей тоже из дворян. И вот она то и рассказала все и про все, как было на самом деле!
Истоки легенды, как всем было известно и так, лежали в то время, когда еще царило в здешних землях крепостничество и там, в истоках, были в самом деле юные влюбленные - она из барского рода и он - из числа подневольных крестьян. Его звали Васькой, ее - Еленой. И отец Елены, он, естественно, был очень против такого вот мезальянса! И пригрозил парочке голубков, что если они не прекратят «безобразные» свои отношения, то всем придется худо!
Василий и Лена, естественно, поревели друг у друга на плече, а потом, как подумал барин, образумились… И вроде как даже стала Лена к женихам своего круга присматриваться, а Василий - стал ухаживать за дочкой пастуха… В общем, все как бы наладилось! Но это было обманом…
И вот, в какой-то момент, по деревням и среди дворовых крепостных, стали ползать слухи о том, что у Васьки то, пусть он и крепостной, а род - более могучий будет, чем многие барские! Потому как в его роду есть очень сильные колдуны… И так уж вышло, что в это же время стали по окрестностям безобразничать стаи волков - на стада нападали, да и люди от них страдали… А потом, в один прекрасный день, вдруг исчез Васька! Как испарился… И ладно бы, просто исчез. В конце-концов, ведь такое случается, что бегут крепостные от тяжкой своей доли… Но ведь и дочка барина пропала! Как испарилась из горницы, хотя, между прочим, была заперта на ключ с вечера и нянька за сторожа под дверью сидела. И вообще-то, люди простые, кто сразу был в курсе этого случая, они ожидали, что случится большая буря и объявит старый барин погоню за беглецами!
Но вместо этого, он вдруг собрал людей самых ближних - родню, что приживалами были при нем, а также челядь и накрепко им велел, чтоб запомнили - дочка его в лесу сгинула, куда пошла одна, глупышка, ягоды собирать, медведь завалил там, вот и весь сказ! А крепостной по имени Васька - сбежал, потому как умом вообще тронутый был, да сгинул в болотах. Люди, конечно, очень удивились такому решению, но согласились… А что им еще было делать?!
А потом, вскорости, в доме барина появилось новое лицо - он взял себе на воспитание от дальней родни мальчика-сироту, которого и объявил своим наследником и воспитал вполне в своем духе.
Что же до Василия и Елены… В этих краях их не видели более никогда! Но среди крепостных слух ходил, что видели похожую на них молодую пару где-то далеко очень, в каком-то сибирском городе, где, кажется, Василий в торговлю подался и даже купцом стал. Время шло… Память же об этом случае жила, но с течением лет, естественно, помаленьку угасала по мере того, как уходили из жизни люди, заставшие ее в реальности и потихоньку, но стала эта история любовная причудливая обрастать слухами… Причем, тут вышло вообще любопытно!
Потому что где-то через пятьдесят-шестьдесят лет от того, как Елена с Васькой сбежали, внук того самого барского воспитанника, которого звали Федором, вздумал по велению сердце податься в писатели и составил сборник легенд о своем роде… Которые, между прочим, сам и сочинил, приукрасив жирно те слухи, которые в самом деле циркулировали, так сказать, в местном обществе! Там всякое было - и про сокровища зарытые в землю еще в эпоху, когда Древний Рим существовал и про пиратов, которые чего-то забыли на реках сибирских… Была там и история о любви колдуна-крепостного и наследницы знатного рода. И вот она то и снискала больше всего восторженных отзывов публики! Поскольку, ведь означала она, что сам Федор - он наследник того самого порочного и таинственного союза, да еще проклятие это… Все это ему, завсегдатая светских салонов, придавало определенного весу, эдакого шарма в модном тогда готическом стиле! То есть, естественно, напрямую Федор никогда не заявлял о том, что он произошел от твари полночной, но все знали, какие о его предках ходят слухи и слухи эти оказались весьма уместно подогреты сим произведением...
И вот, детали всего этого и изложила в своих дневниках Валентина, приходившаяся дочерью Федора. И более того - она же упомянула в них, что именно Федор, почти через двадцать лет после того, как вышел его этот сборник художественного творчества, заказал на свои деньги его второй тираж и дополнил его сочиненным на скорую руку стишком, в котором якобы таился ключ к снятию проклятия! Но, видимо, вкусы публики изменились - потому как в этот раз успеха такого оглушительного творчество Федора уже не имело. И вообще он к этому времени жил хуже некуда - погряз в долгах, прятался от кредиторов, а на последние свободные деньги, незадолго до того, как скончался от инфаркта, заказал ту самую картину - с оборотнем.
— Да, вот это история, — задумчиво произнес Мишка, когда Никита, окончив читать, положил листочки и уставился перед собой, что называется - невидящим взором.
— Что же это получается, — сказал Никита, — выходит… Это все… Что же? Как это понимать?! Меня… То есть… Мою семью обманули?! Проклятия… Не существует, что ли? — и он растерянно, будто не мог поверить в открывшуюся правду, обвел глазами присутствующих.
— А я говорил! — воскликнул и в чувствах шлепнул ладонью по столу Олег, — а я с самого начала говорил, что все это - чепуха и не может быть правдой!
— Но, — повернулся к нему Никита, — я не понимаю… А как же… Все то… В смысле… Мои предки по мужской линии! Они же…
— Что они? — перебил его с все той же торжествующей интонацией Олег, — поправь меня, если ошибаюсь, но ты говорил, что многие из них доживали до вполне преклонного возраста. Были же такие, да?
— Были, — кивнул Никита, — про дядьку моего по дедовой линии, про семена Семена говорили, что он в пятьдесят пять ушел, а он - в шестьдесят девять - просто даты напутали, с возрастом перепутали - он всегда моложе своего возраста выглядел. Да, были те, кто жил долго и вполне… даже счастливо… Но… Я все равно не понимаю!
— Да и нечего, в общем-то, понимать, — пожал плечами Олег, — главное, что у тебя теперь на руках есть неопровержимые доказательства того, что вся эта история с проклятием - чистая выдумка, буквально сказка, сочиненная одним литератором ради собственной радости и чтобы потешить свое самолюбие! И вот… Теперь то ты, надеюсь, готов, ну, образумится? И давай еще сразу проясним один момент, это важно! — наставил Олег палец на Никиту, — есть такая штука, как самовнушение. И если человек думает, что над ним висит проклятие или к примеру - порча, то с ним могут происходить всякие нехорошие вещи. А почему? Да потому, что он становится более рассеянным, невнимательным, ждет какой-то черной полосы в жизни и таким образом - и вляпывается в неприятности, упускает удачные моменты в жизни и так далее! Вот, собственно, все! Вот и все, что я могу сказать по этому поводу…
— Никита, — осторожно обратилась к мужу Юля, — Никита, послушай… Все закончилось! Все теперь будет хорошо!
— Ты… Правда так думаешь? В смысле… Что я, теперь, могу больше не боятся и что все у нас будет хорошо? — голос Никиты дрогнул, а глаза - подозрительно заблестели.
— Я в этом просто уверена! — ответила с улыбкой Юля.
А потом в разговор вступили Мишка с Полиной и в итоге все загалдели! Потому что это надо было срочно обсудить - как же так вышло, что из горстки слухов в итоге появилась на свет целая легенда, которая, в определенной мере, отравляла жизнь целого рода на протяжении более чем сотни лет! Мишка сказал, что этот Федор, вообще-то, бессовестным человеком был - такой подарочек потомкам подкинул! Полина была с братом полностью согласна! Олег же настойчиво втолковывал Никите, что тот, несмотря на то, что избавился от своего страха перед проклятием, обязательно все равно должен начать к нему ходить, как к специалисту - потому что у него явно есть кое-какая предрасположенность ко всяким там нездоровым психологическим состояниям, а значит, для профилактики ему нужно пройти минимум курс психотерапии! Юля же в разговорах участия не принимала, потому как голова у нее была временно занята своими мыслями.
— Послушайте, а что там говорится насчет ключа-подсказки для снятия проклятия? — сказала Юля, — Никита! — потянула она мужа за рукав, а затем, забрав у него листочки с записями его предка-историка, принялась жадно вчитываться в них.
— Да ничего такого, — пожал плечами Никиты, — это же просто чепуха! Как и вся эта история, да, вот так вот…
— Нет, подожди! — мотнула головой Юлия, — тут что-то не сходится! Вот, смотри, в самом конце уже предок твой пишет… Да, вот оно! Тут говорится о том, что по словам самого Федора, он хотел в своем последнем произведении, которым и стал ключ-предсказание, он хотел через него дать совет потомкам, подсказать им нечто очень важное…
— Юля, — снисходительно улыбнулся Олег, — да хватит уже! Эту историю пора оставить. Занятно, конечно… Но нет смысла дальше в этом разбираться! Лучше давай сосредоточимся на реальных…
— Хватит мной командовать, пожалуйста, — довольно резко прервала его Юлия, — мне кажется, тут как раз говорится про самое реальное! Смотри, Федор заказал картину с волком на последние деньги, да? И включил ее в свое завещание, наказав беречь ее? Потомки это и делали. И не только, думаю, из уважения к его памяти, но и может, думали, что она способна как-то… Ну, не знаю, может, послужить оберегом от оборотня! — сказав это, Юлия обвела всех внимательным взглядом, — ну, вы что, ничего не поняли еще?
— Нет, — сказал Мишка, — я лично - ничего! А ты о чем вообще говоришь то?
И тогда Юлия пояснила для всех свою идею. А она заключалась в том, что из ключа-подсказки, для начала, нужно было убрать явно невыполнимое условие - то есть указание на время, когда должен был прокричать ястреб одновременно с падением последнего осеннего листа. Потому что как минимум - не было ясно, с какого дерева надо ждать падения последнего листика, невозможно же было бы уследить за всеми растениями в округе! Юля сказала, что эту фразу можно точно считать за художественное украшение. А вот фраза про падение Зверя ей показалась более толковой.
— Картина, — сказала она, — нужно еще раз попытаться снять ее со стены. А потом нужно заглянуть, что за ней!
— Что за ней? — нахмурился Олег, — в каком смысле? Стена за ней! Еще за самим полотном, в смысле, за красками, есть холст… Что еще ты там найти можешь? Ох, Юля… Только не говори, что всякие увлечения мистическими странностями - это заразно и ты сейчас начнешь…
— Да что вы как маленькие-то! — воскликнула Юля и тоже шлепнула ладонью по столу, — я ничего не начинаю! Просто я считаю неправильно вот так вот запросто забывать всю эту историю! Знаю, сама я еще недавно все бы отдала, только бы так и было… Но сейчас, — она покачала головой, — после того, как я узнала, как предок моего мужа всерьез работал над этим всем… Мне кажется, мы просто обязаны до конца во всем разобраться! Алексей ведь увлекался этим всерьез. Похоже, он хотел закончить это - как труд всей своей жизни, а затем преподнести своей семье, чтобы они наконец перестали бояться… Но не успел!
— Да, — вздохнул Никита, — скончался, упав с лошади, в день, когда должен был жениться на своей любимой… Сам не верил в проклятие, почти разоблачил про него все, а закончил в том же духе! Ирония судьбы, не иначе…
— Так, значит, ты считаешь, что мы что-то там поймем до конца, если снимем картину и заглянем на ее изнаночную сторону? — обратилась к Юле Полина и когда та кивнула, первой поднялась из-за стола, — тогда давайте, вперед!
— Ладно уж, уговорила, — вместе с ней поднялся ее брат, — но, — усмехнулся Мишка, — будьте уж любезны потерпеть до утра! Даже безо всяких оборотней в лес среди ночи я соваться не хочу!
Рано утром, едва ли не до первых петухов, наскоро позавтракав, все отправились в старый дом в лесу. И вообще-то, по правде говоря… Юлия самую малость сомневалась в том, что она была права! Сейчас, когда эмоциональный накал чуть схлынул, она очень бы не хотела ошибиться и чтобы ей потом это припоминали, насмехались над ней…
— Кажется, мы скорее сломаем рамку, прежде чем снимем ее! — пропыхтел Мишка после того, как они приступили к работе.
— Тут аккуратней действовать надо, — сказала Полина, — ну ка, дай погляжу, как там ее прицепили… Ага, вот! Гляди, тут вот…
И наконец, где-то через час, но вся картина оказалась снята со стены, а затем - аккуратна уложена на пол изображением вниз.
— И дальше что? — с фирменным скептицизмом спросил Олег.
— А дальше мне придется испортить антиквариат, но, надеюсь, муж меня за это простит! — сказала Юля, опускаясь на колени рядом с картиной.
Помня о своем опыте с обложкой дневника, она постаралась и тут обнаружить нечто подобное - какой-то тайник! Но сама картина, кажется, была просто написана на холсте и уж точно тут не могло быть ничего спрятано. Зато рамка ее… Юля, не обращая внимания нам продолжающего пытаться подшучивать над ней Олегом, взялась простукивать обрамление полотна, надеясь обнаружить… И она обнаружила!
— Полина, инструменты, — сказала она и через мгновение, когда девушка передала ей канцелярский ножик, отвертку и прочие нужные мелочи, Юля аккуратно, но шустро приступила к работе.
— Поверить не могу! — воскликнул Никита, когда она обнаружила это - тайник, углубление, искусно спрятанное в верхней части рамки картины с ее изнаночной стороны.
— Готов взять свои слова обратно, — нервно сглотнул Олег, когда Юля наконец поднялась с колен, держа в руках узкую, длиной с ладонь, шкатулку из серебра, — что там?!
Щелкнула застежка, поднялась крышечка… Первой на свет была извлечена записка, которая, ввиду долгих-долгих лет, почти истлела, но все-таки на ней можно было прочесть несколько слов…
— Простите меня, — прочла Юля, — я все сочинил. Мои родители были достойными людьми. Я промотал все состояние. Пусть вам на благо послужит то, что осталось! Федор, — закончила она и все поняли, что автор сего послания - тот, кто, образно говоря и заварил эту кашу - писатель-аристократ.
А затем из шкатулки был извлечен второй ларчик, совсем миниатюрный, не толще пальца. Юля, затаив дыхание, открыла его… И когда все увидели, что в нем, то просто ахнули! А дальше…
Последующие события для Юли, ее мужа и друзей походили на пестрые, стремительно сменяющие друг друга картинки в калейдоскопе!
В том втором ларчике обнаружились драгоценные камни - алмазы… И стоимость этих фамильных, принадлежащих Никите сокровищ, была просто огромна! Теперь он был очень и очень богатым человеком! И естественно, что это всерьез должно было изменить его жизнь… И хотя Никита, естественно, задумался о том, что он теперь может сделать для своей любимой женщины, но не забыл он и о других людях!
Так, он помог тетушке, его воспитавшей и подарил ей машину, а также путешествие к морю для нее и ее семьи. Никита также помог деньгами своему лучшему другу - Мишке. Никита также посчитал своим долгом сделать дорогие подарки и другим людям - Полине, Олегу и еще кое-кому из своих знакомых… Но самое главное у него было припасено для жены.
— Что скажешь, если мы рискнем и попробуем осуществить твою мечту? Про гостиницу в уютном домашнем стиле и про жизнь в деревне? — спросил он.
Юля чуть не завизжала от радости и тут же согласилась! Но еще тут же испугалась немножко - ведь предстоящие дела были такими сложными… Но рядом был любимый мужчина, так что она вскоре успокоилась и испытывала лишь позитивные эмоции по этому поводу далее. Родители Юли, кстати, как только узнали о том, что зять их разбогател… Резко полюбили его в сто раз больше!
А время летело вперед… И Юлия, как вскоре подтвердилось - и правда была беременна. И ровно в положенный срок у нее родился ребенок - очаровательный мальчик, которого Никита предложил назвать Федором.
— Может быть, он вырастет и тоже станем талантливым писателем! — пошутил Никита.
Юля только посмеялась по-доброму над этим… И совсем не ожидая от сына каких-либо больших свершений, просто любила и растила его… А дело семейное, бизнес, который они с Никитой затеяли, в итоге все-таки получился успешным и вскоре про маленькую гостиницу знали уже очень многие путешественники! Она получилась очень уютной… А главным украшением ее стала та самая картина с волком.
Правда, Юля сперва не хотела ее вешать… Она ей казалась все-таки какой-то мрачной! Но муж настоял и она ему уступила. А потом, в один прекрасный день…
— С кем это ты тут разговариваешь? — спросила Юля у сынишки, который сидел на заднем дворе доме, на качелях и смотрел на стену леса за просторной поляной.
— Да так, — ответил шестилетний Федя, отводя взгляд, — ни с кем...
— Правда? — притворно нахмурилась Юля, — неужели у тебя от мамы секреты есть, а? У тебя что, телефон с собой и ты с бабушкой говорил по нему?
— Нет, — ответил мальчик, — просто… Ко мне волчок приходит. Большой большой и черный! Он добрый. Он меня зовет поиграть!
— Вот как, — улыбнулась Юля. Запахнула шаль на плечах - день был солнечным, но иногда ветерок прохладный дул, вот и сейчас - будто сквозняком лизнуло, — но ты же знаешь, что от дома нельзя убегать? И в деревню мы ходим только вместе, ты же помнишь?
— Ага, — улыбнулся беззаботно Федя, — знаю, мам! Я тебя слушаюсь…
— Ну и умница, — она погладила его по голове, — давай, прощайся со своим другом и иди в дом, суп готов, обедать будем!
Юля вернулась в дом. Маленькая гостиница была рассчитана буквально на дюжину номеров, так что народу тут было немного и она вместе с Полиной, работавшей тут уже третий год, со всем управлялась отлично. Но на сегодня, конечно, еще было много дел… И в их череде Юля очень скоро совсем позабыла о том, какую миленькую глупость сказал ее сынок! Какой-то волк, он же воображаемый друг! Вот еще какие глупости! Но он их, подумала Юля, конечно же, перерастет скоро...
— Воображаемые друзья — это абсолютно нормальное явление для детства, такое с ребятишками происходит во всем мире, так было всегда! — с фирменным видом знатока сказал Олег и в принципе, на этом можно было бы и успокоиться Юле, однако.
Этот воображаемый друг ее сына - Волк, он никак не хотел уходить. И более того - с тех пор, как он, так сказать, появился впервые - два года назад, он стал, ну… как-то более активно участвовать в жизни их маленькой семьи! Но начиналось все вполне невинно…
— С кем ты там опять разговариваешь, сынок? — могла спросить, к примеру, Юля, — книжку игрушкам читаешь?
— Нет, я повторяю сказку, которую мне Волк рассказывает, — отвечал Федор, — тихо, мама, не мешай нам! — и дальше отворачивался к пустому углу, забыв про раскиданные вокруг игрушки и принимался что-то бубнить себе под нос тихонько.
Да, сперва Волк объявлялся только на улице, во дворе и сын говорил, что волшебный зверь сопровождает его, когда они, к примеру, всей семьей ходят в лес по грибы-ягоды, на речку идут купаться или в деревню отправляются. Но затем он попросился в дом…
— Мама! Папа! А можно Волк ко мне в гости будет приходить? Прямо сюда, домой! — однажды взволнованно спросил Федя.
— Конечно можно, сынок, — ответил Никита, занятый в это врем, что привинчивал к дверцам старого серванта новые ручки с эффектом состаренной бронзы - недавно его отреставрировали, заново покрыли лаком и теперь в нем Юля собиралась красиво расставить надаренную им на свадьбу посуду.
— Что ты такое говоришь? — проворчала она, — хватит уже! Лучше бы ребят из деревни почаще в гости звал…
— Мам, пап, — покрутил головой Федор, — скажите, пожалуйста, что он может войти в дом! Он не может без приглашения…
— Ого! Какой вежливый, — усмехнулся Никита, — в таком случае - входите, пожалуйста, господин Волк и чувствуйте себя, как дома!
— Никита! — ахнула Юля, — да хватит ему уже подыгрывать! А то он никогда эту чепуху не оставит… И вообще, — добавила она жалобно, — мне от этого всего уже не по себе… Сынок, — повернулась она к Феде, — а я твоего друга не пускаю в дом! Пусть на улице сидит. Нечего тут с лап всякую грязь тащить! Он, поди и за столом вести себя не умеет, — решила она чуточку пошутить, чтобы сын не обиделся, — может, мы ему лучше будку во дворе игрушечную поставим, а?
— Волк умеет себя вести за столом, — ответил Федя с таким видом, будто оскорбился за лучшего друга, — и поздно, мам… Папа его впустил. Папа - хозяин дома. Так что Волк уже здесь!
— Где здесь-то? — дрогнувшим голосом спросила Юля, прижав руку к сердцу. И тут же в голове пронеслась мысль… Что, кажется, она слышала про такое - мол, какие-то существа не могут войти в дом без приглашения. Только, кажется, это недоброе такое что-то было.
— За твоей спиной, — ответил Федор, — сидит и улыбается. Ты ему нравишься, мам! Не бойся, он добрый! Он мне обещал помогать! Ну, мы побежали играть! За мной, Волк! — и сынок унесся наверх, в свою комнату.
И вот с тех пор и началась у семьи Юлии как бы новая жизнь. Потому что теперь… Ну, к примеру, когда она заходила сыночку пожелать спокойной ночи, то он требовал, чтобы она и его серому лучшему другу пожелала того же, а то было бы не вежливо! Казалось, Волк теперь сопровождал Федю по пятам… А однажды, когда Юля испекла сладкий пирог с ревенем и малиной и все сели за стол, Федя потребовал, чтобы и для Волка поставили тарелку и отрезали кусок и налили стакан молока.
— Ну, знаешь ли, — потеряла наконец терпение Юля и нервным жестом перекинув полотенце через плечо, уперла руки в бока, — это уже слишком! Значит так, молодой человек… Или ты ешь, как все нормальные мальчики, то есть сам по себе или марш в свою комнату и никакого ни тебе, ни Волку твоему, сладкого пирога!
И вообще-то, когда-то, когда Феденьку новорожденного впервые принесли к Юле в роддоме и она взяла его, такого крохотного, на руки, то она пообещала себе, что будет самой лучшей, самой доброй и заботливой мамой на свет! И до сих пор Юле казалось, что она с этой ролью вполне справляется. Поэтому, ее сердце, как говорится, на части разрывалось сейчас, когда из-за нее у Феди скривилось личико, а потом, разревевшись горько, он убежал из-за стола!
— Не переживай так сильно, — сказал жене Никита тем же вечером, когда они уже собирались спать, — ты хорошая мама! А он это перерастет и все будет хорошо!
— Угу, — недоверчиво буркнула Юля, — как у тебя все просто, оказывается! А мне вот, знаешь ли, как—то неспокойно от того, что мой сын такие вещи вытворяет…
— Все будет хорошо, — закатил Никита глаза
Он, в прошлом сам пережив период суеверия, теперь всеми силами, как говорится, отмахивался от того, чтобы его семья как-то с этим соприкасалась и поэтому, по сути и предпочитал, образно говоря, закрывать на все глаза - проблема как бы не существовала, если не обращать на нее внимание… Во всяком случае, Никита на это очень надеялся!
— Я вон, кстати, качели завтра сделаю, — решил он сменить чуть тему разговора, — знаю, давно обещал, но теперь уж точно! Будет прямо рядом с домом, на дубе…
— Дуб отменяется, — прервала мужа Юля, — там нельзя качели вешать!
— Почему? — удивился он, — ветки крепкие, надежные…
— А потому, что Феде Волк его не велит! И вообще, запретил он нашему сыну к этому дереву подходить. Вот так вот, ха! — и она торжествующе уставилась на супруга - ну, как, мол, тебе, и тебя эта проблема наконец-то задела?!
— Ну, странно это, конечно, — сказал, немного подумав, Никита. А потом, зевнув широко, махнул рукой, — ладно, я спать!
— Спи, — буркнула Юля. Но спокойной ночи и приятных снов не пожелала. Потому что все-таки обиделась!
А жизнь, тем временем, состояла, естественно, не только из переживаний о том, что у сына есть навязчивый воображаемый друг! Дела в семейном бизнесе семейства шли неплохо и очень даже хорошо и прямо сейчас в маленькой гостинице было целых восемь постояльцев - семь туристов и один гид, вместе с которым они уже завтра должны были отправиться куда-то далеко-далеко пешим маршрутом. И вот, сегодня Юля и Полина для всех этой большой компании снова готовили полноценный ужин с фирменными пирогами с плетеными красивыми верхушкам, а еще - жарили очень много колбасок на гриле… В общем, дорогих гостей планировали сытно накормить на прощание!
— Мам, — подошел к Юле, занятой тем, что накрывала на большой стол в саду, Федя, — мама! Мне тебе надо сказать важное!
— Чего тебе? — спросила Юля, — сынок, если это не срочно, то пусть подождет… Видишь, как я занята. О! Кстати, сбегай ка на кухню и принеси соль!
— Мам, а Валентин Иванович — плохой человек, — сказал вдруг Федя.
— Что? — повернулась к нему непонимающая Юля, — ты о нашем постояльце, что ли? Ты о чем вообще?!
— Понимаешь, мне Волк сказал, что он - плохой человек. Он замышляет дурное! Только Волчонок мне это сказал во сне… Он мне приснился! Он вообще… Как-то меньше приходит. Все больше снится... Мама, знаешь, а я боюсь, что он однажды совсем ко мне приходить перестанет. Вот было бы ужасно, правда?!
— Так! — рявкнула Юля и хотя защемило от того, как вздрогнул под ее рыком, сынок, материнское сердце, но останавливаться она не собиралась - потому что уже переходило все границы, — мне это надоело! Сперва ты с Волком этим постоянно говоришь, теперь он тебе уже говорит, кто плохой человек. Федя! Ты ведь уже не маленький! Ты что, хочешь, чтобы я к дяде Олегу тебя отвела и он тебе таблетки выписал от головы какие-нибудь?! Хватит мне уже сказки рассказывать! Что с тобой вообще такое?! Нет бы как другие дети, вон, деревенские твои друзья… Они никаких Волков не видят, растут себе как самые обыкновенные, нормальные мальчишки! А ты… Все, кыш! С глаз моих! — и она замахала руками, — и чтобы глупостей я от тебя больше не слышала! И знаешь, что я еще скажу?! Да чтоб он насовсем он пропал, этот твой Волк! Без него всем будет только лучше!
Федор выслушал материнские упреки внимательно и молча, только кривил личико - старался не разреветься. А потом, развернувшись, побрел понуро к дому… Но, уже взойдя на крыльцо, обернулся.
— И Волк еще говорил, что нельзя под деревом сидеть! А ты там стол поставила… Зря ты так! — и он ушел.
Юлия действительно решила накрыть стол под дубом - его приятная тень дарила прохладу в этот необыкновенно жаркий летний день.
— Что у тебя с лицом? — спросила минут через десять у Юли вышедшая из дома Полина - она несла стопку чистых тарелок.
— Да так, — шмыгнула носом Юля.
А потом, не выдержав, в очередной раз пожаловалась подруге на происходящее с сыном!
— А ты не думала, — осторожно начала Поля, — что стоило бы прислушиваться к нему? В этом всем может быть смысл…
— Ну, знаешь ли, — покачала головой Юля, — Как-то великовата я для игр с воображаемыми друзьями! И потом, мне лично волки не нравятся. Вот, если бы ко мне розовый фламинго прилетал пообщаться или дельфин или олененок… Полина, — покачала она пальцем перед носом у подруги, — только не говори, что ты во все это веришь! Ты же умная девушка!
— Потому и думаю, что стоит прислушаться к тому, что говорит Федя, — ответила Поля, — Понимаешь, я даже не о том, что мир может быть устроен сложнее, чем мы себе представляем… Я о том, что, возможно, всему этому существует очень простое и логическое объяснение… Знаешь, что-то лежащее в области интуиции, человеческого бессознательного!
— Знаешь, я сама скоро буду бессознательной, если все это, — Юля взмахнула неопределенно рукой, — продолжится! А пока что… Давай уже на стол накрывать! А то опозоримся, разоримся и станем жить на улице!
Вскоре все приготовления закончились и далее запланированное застолье для постояльцев гостиницы прошло как надо и далее весь вечер был безо всяких происшествий! А потом…
Вообще, Юлия по своей природе в плане сна и бодрствования была скорее совой, но в этот день она поднялась необыкновенно рано - потому что знала, что после того, как постояльцы съедут, ей предстоит очень много работы, потому что уже завтра же половина номеров будет занята новыми гостями! Вот, именно поэтому Юля и встала раньше даже первых петухов. И для начала решила пройти на кухню — там с вечера осталась недомытая посуда и поскольку посудомоечная машина была сейчас сломана, ей точно надо было этой кучей заняться.
— Валентин? — ахнула Юлия, когда неожиданно столкнулась на первом этаже, у кабинета своего мужа, с постояльцем, — а вы, оказывается, тоже ранняя пташка! — улыбнулась ему. Впрочем, улыбка тут же и пропала с лица Юлии. И для этого существовало две причины. Первая - выражение лица Валентина было странным. То есть не таким, каким оно может быть у обыкновенного человека, вставшего с утра пораньше зачем-то. Скорее оно походило на выражение лица человека, которого… застали за каким-то нехорошим делом. А во-вторых, дверь в комнату, которую Никита гордо переименовал в «кабинет» и в котором он привык заниматься всякими бизнес-делами, была приоткрыта…
Но Юля точно знала - муж не ложился спать, пока не проверял пару раз, что она заперта! Правда, причин для этого не было никаких особых - потому что в том кабинете не было ничего такого особенного. Там не было, к примеру, сейфа с наличными или фамильными сокровищами! Но Никита всегда говорил, что настоящий бизнесмен должен заботиться о том, чтобы его кабинет был неприкосновенным для посторонних! И вот теперь - дверь в него была приоткрыта.
— Доброе утро, — сиплым, низким и каким-то нервным голосочком ответил Валентин, — да вот, что—то не спалось… Я пойду, извините! — и он прошмыгнул мимо нее.
Юлия проводила его недоумевающим взглядом. Потом посмотрела на дверь. Прикрыла ее. И пошла на кухню - посуда грязная не могла больше ждать!
А потом, в общем-то, день пошел как обычно. Туристов вместе с гидом вкусно накормили, оформили, что они выезжают из гостиницы по документам всем, как полагается и пожелали им счастливого пути… И только уже ближе к вечеру Никита задал Юле вопрос - а зачем она брала его ключ от кабинета и заходила туда?
— Не в обиду говорю, — сказал он, — просто ты никогда тем, как я дела веду, не интересуешься…
— Но я туда не заходила! — ответила растерянно Юлия, — и ключ не брала…
— Как нет? — удивился Никита, — а куда же он тогда делся?! — и он, больше ни слова не говоря, кинулся в свой кабинет.
Юлия последовала за ним и она уже самую чуточку начала кое-о-чем догадываться. А потом, когда увидела, как муж судорожно роется с столе, перебирает бумаги… Вот тогда она все и поняла! И рассказала супругу о том, как утром обнаружила возле его кабинета Валентина. И про то, что дверь была приоткрыта, что показалось ей сперва странным, но затем она не придала этому значения…
— Выходит, это он стянул ключ, — покачал головой Никита, — и потом влез сюда, чтобы поживится! Он же знал, что часть из группы заплатила за номера наличными и вот, решил нас ограбить!
— Он украл наши деньги?! — ахнула Юля, — что пропало, Никита?!
— Ничего, — губы Никиты дрогнули в нервной усмешке, — я же эти наличные сразу почти и истратил - отдал Мишке, чтобы он в город когда поедет, купил стройматериалов нам на ремонт. Так что… Ничем этот Валентин поживиться не сумел! Но, я вижу, — Никита кивнул на стол, — перерыл он тут все! Явно искал денежки… Вот же!
Никита, в крайнем волнении, выметнулся из кабинета, а потом и из дома через заднюю дверь во двор. Юлия же, естественно, кинулась за ним.
— И что мы будем делать?! — кинулась она к мужу, который нервно расхаживал под деревом, то есть под дубом, — надо что-то делать!
— Зачем? — спросил Никита, — в смысле, ничего же не украл…
— И что? — не поняла Юля, — ты все оставишь, как есть? Просто вот так?!
— А что ты предлагаешь? — пожал плечами муж, — нет, конечно, можно начать разборки и обвинить этого Валентина… Но, ты представляешь, какой рекламой это послужит нашей гостинице?
— Да ты о чем вообще?! — воскликнула Юля, — нас ограбили почти, а ты… Да что ты за муж такой?! А в следующий раз с нами что-то случится, ты что - тоже будешь сидеть сложа руки?!
Юлии казалось, что она сейчас… Ну, просто не знает, что сделает! Она просто чувствовала себя эдаким мини-вулканчиком. И ее состояние, между прочим, живо перекликалось с погодой - которая все ухудшалась, грозя к ночи разразиться в настоящую бурю. Вот уже и ветви дерева над головами ссорившихся супругов - поскрипывали угрожающе.
— Не надо истерик, а? — страдальчески закатил глаза Никита, — и так голова болит! И не надо, пожалуйста, преувеличивать… Ничего вот не случилось! И я прав, хоть тебе и хочется настоять на своем - если мы начнем разбираться, да потом про этот случай узнают журналисты, а сама знаешь - к нашей гостинице, на фоне легенд этих всех… внимание повышенное! То, поверь, многие люди не станут разбираться - просто это испортит нам репутацию. Никто не захочет ехать в место, где случаются кражи или где, может, хозяева тебя могут обвинить в таком! В общем… Ой, да что я объясняюсь?! В конце-концов, это я тут все создал, а значит, мне и решать, как все будет!
— Ах, вот ты как?! — у Юли на глазах заблестели слезы, — надо же, как ты заговорил! А сколько я для этого места сделала? Да я, между прочим, ради тебя из города уехала, карьеру бросила, а могла бы… Да что ты за человек такой?! Да я с тобой… Да ты мне вечность благодарен должен быть за то, как я с тобой носилась, когда ты, как сумасшедший какой-то с этим проклятием…
— Мама! Папа! Осторожнее! Дерево! — вдруг раздался пронзительный крик Феди.
А в следующее мгновение… В общем, все последующее заняло очень мало по времени, но в восприятии всех участвующих в этом, растянулось надолго! А дело было все в том, что под очередным ударом сильного ветра, одна из веток дуба и между прочим - та самая, которую Никита считал самой надежной и на которую собирался повесить качели, она вдруг хрустнула, надломилась… И полетела вниз!
Юлия с мужем едва-едва успели шарахнуться в сторону, но все равно - мазнуло ветвями, прочерчивая больно по лицу, спине… Но, к счастью, остались живы, не покалечились! Но, естественно, страшно переволновались!
Волею случая, в это время помимо самих хозяев с их сыном, находилась не только еще Полина, но и Олег, так что - рядом с Юлией и Никитой были люди, которые за них очень переживали и спрашивали постоянно - а может, надо все-таки показаться врачу?!
— Не надо, — решительно в который раз сказала Юлия, а потом сделала то, о чем только и думала последние полчаса минимум, а именно - подошла к сыну и заглянула ему в глаза, — сынок! Феденька, мальчик мой… Прости меня, пожалуйста! Ты говорил, а я… А я не верила! Прости! — и Юлия порывисто его обняла.
А затем она рассказала мужу, Поле и Олегу о том, как Федя ей рассказывал… Точнее говоря - что он передавал ей предупреждения от своего воображаемого друга.
— Ты серьезно?! Все так и было?! — шокированно воскликнул Никита, — сынок… Ты что же раньше не говорил?!
— Говорил он, — вздохнула Юля, — просто мы не слушали… То есть, не хотели слышать! И вот он — результат.
Все взрослые притихли. Каждому было о чем подумать после того, как они стали свидетелями таких потрясающих совпадений! У которых, впрочем, теперь это казалось ясным почти всем - имелся такой явственный мистический оттенок.
— Федя, — наконец, обратился к сыну Никита, — ты, это… Ну, спасибо Волку передай! Ладно? От меня… И это… В смысле… В общем, если будет еще о чем предупреждать - то сразу говори, хорошо!
— Мы больше не будем над тобой смеяться! — добавила Юля поспешно, — и ругаться я никогда не буду больше из-за вашей дружбы! И конечно, он может приходить к тебе и…
— А он больше приходить не будет, — вдруг с острой серьезностью и глубокой грустью сказал Федя и взрослые опять разом притихли.
— Как это? В каком смысле? — спросила Юля.
— Он сказал, что уже сделал для меня все, что мог, — опустил глаза Федя, — и что я уже большой… И мне надо побольше настоящих друзей из людей и что вообще мне пора взрослеть… А иначе - не получится! В смысле, что не выйдет у нас дружбы. Он… Он ушел.
— Насовсем? — спросил Никита у него вдруг такое чувство появилось - будто он, всеми силами пытаясь закрыть одну из глав своей жизни, упустил нечто очень важное.
— Насовсем, — вздохнул Федя. А потом, через пару минут затянувшегося молчания, спросил вдруг самым будничным тоном, — мам, а что сегодня на ужин?!
И взрослые, переглянувшись… В тот же момент сменили тему разговору. И заговорили про ужин, про то, что надо убрать ветку упавшую и вообще про всякое… И далее… Они больше нем заговаривали с Федей об этом. Зачем?! Все как-то дружно решили, что это будет лишнее.
Но… Между собой об этом еще говорили не раз. Полина - с изумлением, будто бы стала свидетелем волшебной сказки! Никита - с надеждой на то, что сын это и в самом деле перерос… что бы то ни было! Юлия - с легким сожалением о том, что возможно, их жизнь могла бы еще чуточку иначе и лучше сложиться, если бы она больше прислушивалась к сыну? А мог бы, интересно, долго еще думала она, этот Волк посоветовать что-нибудь полезное?!
И только Олег выражался прямее и строже всех и по его мнению, Волк… Был правда - лишь игрой воображения маленького мальчика!
— Он просто замечал, какой Валентин странный, считывал его выражение лица, может, на уровне чтения эмоций… Есть такие чувствительные люди! А с деревом было еще проще - на подсознательном уровне мальчик подмечал, что ветка непрочная, дети такие внимательные бывают… В общем, всему этому, конечно, есть логичное объяснение!
А потом, еще позже, когда Федя совсем подрос и Юлия однажды попыталась заговорить с ним о воображаемом друге из детства… Он вообще сказал, что все забыл! И добавил, что может, он вообще тогда все выдумывал?! Как знать...
Уважаемые читатели, на канале проводится конкурс. Оставьте лайк и комментарий к прочитанному рассказу и станьте участником конкурса. Оглашение результатов конкурса в конце каждой недели. Приз - бесплатная подписка на Премиум-рассказы на месяц. Так же, жду в комментариях ваши истории. По лучшим будут написаны рассказы!
→ Победители ← конкурса.
Как подписаться на Премиум и «Секретики» → канала ←
Самые → лучшие, обсуждаемые и Премиум ← рассказы.