Зато теперь мы все примерно понимаем, что чувствовал Достоевский, когда его смертный приговор перед самым исполнением заменили на каторгу

Зато теперь мы все примерно понимаем, что чувствовал Достоевский, когда его смертный приговор перед самым исполнением заменили на каторгу 🥳