Его называли «человек-театр». Действительно, личность по масштабу деятельности — редкая. Николай Николаевич Евреинов (1879, Россия — 1953, Франция) был реформатором и историком театра, драматургом, режиссёром, художником, композитором.
О себе Евреинов говорил так: «Я живу как Арлекин и умру как Арлекин». За 30 лет эмиграции он написал десятки книг, главные из которых — «Что такое театр. Книжка для детей» и «История русского драматического театра», и пьес на русском и французском языках, поставил множество спектаклей в театрах Европы и создал Русский драматический театр в Париже.
Сегодня, во Всемирный день театра, расскажем о двух экспонатах из коллекции Российского фонда культуры, связанных с именем величайшего театрального деятеля XX века — «Портрет Евреинова» и театральный альбом.
Николая Евреинова рисовали многие известные художники того времени — Мстислав Добужинский, Савелий Сорин, Юрий Анненков, Владимир Маяковский. Со всеми Евреинов дружил и часто приглашал оформлять свои спектакли.
Портрет из коллекции Фонда относится к числу малоизвестных. Написан он Александром Шервашидзе, первым профессиональным абхазским художником и крупнейшим декоратором театров.
(Из письма Александра Шервашидзе к Анне Кашиной-Евреиновой) Я был главным декоратором Императорских театров в Петербурге. Моё имя ежедневно стояло на афишах Мариинского, Александринского и Михайловского театров. Меня знал весь Петербург, но я этого не искал. Я был скромным театральным художником.
Шервашидзе принадлежал к древнему дворянскому роду. Он был князем, правнуком правителя Абхазского княжества Келешбея Чачбы.
(Николай Евреинов об Александре Шервашидзе) Он был воплощением того восточного рыцарского благородства, которое в наше время почти сказочная редкость.
Портрет написан в 1947 году в характерной для художника технике, сочетающей карандашный рисунок и пастель. В правом нижнем углу автограф художника с дарственной подписью своему другу Николаю Евреинову.
Репродукция этой работы и сегодня встречается в публикациях. А оригинал попал в Российский фонд культуры в качестве дара от певицы русского происхождения Анны Марли, известной на западе как «муза французского сопротивления», ещё одной героини наших рассказов.
Александр Шервашидзе прожил долгую и интересную жизнь. Ему было уже за 50, когда Сергей Дягилев пригласил его работать сценографом в Русских сезонах, которые в то время были на гастролях в Европе. В Россию Александр Константинович Шервашидзе больше не вернулся.
В 1923 году в Париж переехал и Николай Евреинов с женой. Первое время жили у Шервашидзе.
Вот, как вспоминает совместный отдых в греческом Каржезе жена Евреинова, актриса Анна Кашина-Евреинова: «В молодости я очень много позировала (да и во второй молодости немало) друзьям-художникам, но за то лето я побила рекорд, ибо наши милые художники, Сорин и Шервашидзе, за всё лето на Корсике не могли найти ни одной девушки, желавшей позировать ни даром, ни за деньги. Аппетит к работе у них был большой, так как оба были портретистами по призванию».
Умер Александр Шервашидзе в Монако на 102-м году жизни. Позже его прах был торжественно перезахоронен на родине в Абхазии.
Второй экспонат из коллекции Фонда — самодельный альбом, пришедший в составе дара из общества «Родина» (США). Есть предположение, что альбом составлен Евгенией Скокан, актрисой и заведующей художественной частью Русского драматического театра. В альбоме собраны сценарии с карандашными пометками на полях, афиши, газетные вырезки. Читая их, можно представить, каким был репертуар театра и его актёрский состав.
Впервые Театр русской драмы открыл свои двери 23 сентября 1943 года. Это был самый разгар немецкой оккупации. Основали его режиссёр Николай Евреинов и актриса Екатерина Рощина-Инсарова.
(Актриса Анна Кашина-Евреинова, супруга Н.Н. Евреинова) «Весной 1943 года муж перенёс 2 операции. Многие из друзей считали его безнадежно потерянным, но вопреки ожиданиям здоровье Евреинова настолько улучшилось, что он смог сделать 4 постановки во вновь образовавшемся Русском драматическом театре. Были поставлены неизвестная пьеса Грибоедова «Своя семья, или Замужняя невеста», пьеса Николая Николаевича «Самое главное», «Женитьба Белугина» и старинный русский фарс «Меблированные комнаты Королёва». Оккупационные власти разрешили их постановку на русском языке при условии, что это будут закрытые показы для русской колонии».
Водевиль Грибоедова «Своя семья, или Замужняя невеста» в России прекратили ставить из-за старомодности и тяжеловесности, но Николай Евреинов так удачно переработал текст, что ещё много лет после освобождения Европы от немецких захватчиков пьесу многократно ставили в различных русских театральных организациях Парижа.
Все спектакли Театра русской драмы шли на русском языке. Постановки в основном были рассчитаны на молодёжь, чтобы та не забывала родной язык и русскую культуру.
Председателем художественного совета был знаменитый Сергей Лифарь. Это был своеобразный вызов оккупации. Недаром театр называли театром сопротивления. На его сцене играли известные актёры — Екатерина Рощина-Инсарова, артистка Художественного театра Валентина Токарская, Вера Греч, Лиля Кедрова, единственная актриса, получившая Оскар. Играли в театре и жена Юрия Анненкова Валентина Мотылёва, актёр Поликарп Арсеньевич Павлов (иногда — Павел Павлов), артист театра Синельникова Борис Шупинский, исполнитель цыганских романсов Владимир Поляков, который позже подружился и пел вместе с другим Владимиром — Высоцким.
(Актриса Анна Кашина-Евреинова, супруга Н.Н. Евреинова) Вообще труппа была первоклассной, и репертуар обдумывался очень тщательно.
(Актёр Поликарп Арсеньевич Павлов) Театр русской драмы представлял слепок русского дореволюционного театра вкупе с талантливейшей режиссурой, актёрами и, конечно, русским языком.
Театр русской драмы перестал существовать в 1944 году, когда из него ушёл Николай Евреинов. Но даже за год своего существования театр успел заявить о себе — здесь было много сделано и поставлено.
После войны Николай Николаевич сосредоточился на писательской деятельности. В 1945 году он выступал с циклом передач на французском радио о выдающихся деятелях русской культуры, с которыми ему приходилось встречаться — Максимом Горьким, Константином Станиславским, Владимиром Маяковским, Михаилом Зощенко.
Уходят люди, уходит эпоха, но остаются документы, экспонаты, вещи, бережно сохранённые и дошедшие до наших дней. Именно они являются подлинными свидетелями жизни театра русского зарубежья в 40-е годы прошлого века.
Материал из архива коллекций даров Российского фонда культуры подготовлен главным хранителем О.К. Земляковой. Фото: Российский фонд культуры, открытые источники