Эпизод 10:
Утро началось с крика. Не истеричного, но очень встревоженного. Баба Наташа стояла посреди курятника с пустой корзиной для яиц и растерянно оглядывалась.
— Пропала! — объявила она, когда внуки прибежали на шум. — Клуша моя, рябая, с выводком! Вчера вечером были, а сегодня нету!
— Как пропала? — Лера протиснулась в курятник. — Может, спряталась где?
— Всё обыскала, — баба Наташа всплеснула руками. — И под крыльцом, и в сарае, и в малиннике. Нету! И цыпляток восемь штук с ней.
Варя, которая всегда была спокойнее всех, поправила очки:
— Наседка могла увести цыплят в укромное место. Они так иногда делают, если им кажется, что в курятнике опасно.
— А что им может казаться опасным? — спросил Артём.
— Кот? — предположила Алёна. — Барсик? Он на кур смотрит вкусно иногда.
— Барсик не посмеет, — отрезала Лера. — Он знает, что баба Наташа его сметаны лишит.
— Может, лиса? — тихо сказала Варя. — Помните, мы её леденцом отвадили? А вдруг вернулась?
Наступила напряжённая тишина. Алёна прижала к себе Бусю, которая, ничего не понимая, пыталась лизнуть её в нос.
— Лиса бы следы оставила, — рассудил Артём. — Перья, кровь... Ничего такого нет. Значит, клуша сама ушла. И куда-то недалеко.
— Надо искать! — Алёна уже была готова бежать в лес. — Срочно! У них там, наверное, холодно и голодно!
— Погоди, искра, — Артём схватил её за руку. — Нужен план. Лес большой, а мы маленькие.
План родился быстро. Артём, как главный стратег, разделил территорию на сектора. Лера с Варей прочёсывают бабушкин огород и малинник. Алёна с Артёмом и Бусой идут вдоль забора к лесополосе. Дедушка Лёша (которого позвали на подмогу) проверяет старую пасеку и заброшенный сарай.
— Буся у нас ищейка, — заявила Алёна, поднимая собаку на руки. — Она найдёт!
— Буся ищет только сосиски, — скептически заметил Артём, но спорить не стал.
Поиски начались. Лера и Варя методично, метр за метром, осматривали кусты крыжовника и смородины. Лера ругалась на колючки, Варя терпеливо раздвигала ветки.
— Здесь пусто, — сказала Варя. — И здесь. Слушай, а может, они к бабушке Эле ушли? Там курятник большой, места много...
— Наташины куры с Элиными не дружат, — покачала головой Лера. — Они как два квартала в городе: рядом, а чужие.
Тем временем Артём и Алёна дошли до лесополосы. Буся, которую наконец поставили на землю, сосредоточенно обнюхивала траву.
— Буся, ищи цыпу! — командовала Алёна. — Цыпа-цыпа-цыпа!
Буся чихнула и побежала к кустам. Дети — за ней.
— Тс-с-с! — вдруг прошипел Артём, хватая сестру за плечо. — Слышишь?
Из глубины старого, заросшего малинника доносилось тихое, едва различимое: «Пи-пи-пи...»
— Цыплята! — завопила Алёна.
— Тихо! — Артём зажал ей рот ладонью. — Если ты будешь орать, клуша уведёт их ещё дальше. Мы должны подкрасться.
Они полезли в малинник. Буся, воодушевлённая, лезла первой, но тут же запуталась в колючках и жалобно заскулила.
— Буся, ты плохая ищейка, — прошептала Алёна, вызволяя её.
В самой чаще, под старым поваленным деревом, они увидели их. Рябая клуша, распушившись, сидела в гнезде из сухой травы и листьев. Вокруг неё копошились восемь жёлтых пушистых комочков.
— Ой, — выдохнула Алёна. — Какие они...
— Тихо, — повторил Артём. — Мы нашли. Теперь надо придумать, как их забрать.
Клуша заметила людей и воинственно заквохтала. Она распушилась вдвое больше, растопырила крылья и зашипела.
— Она нас не пустит, — поняла Алёна.
— Она нас боится, — поправил Артём. — Надо позвать бабу Наташу. Клуша её знает.
Пока Алёна сторожила «тайник», Артём сбегал за бабушкой. Баба Наташа пришла быстро, в руках у неё была корзина, выстланная сеном, и горсть зерна.
— Ах ты, глупая, — ласково заворчала она, подходя к гнезду. — Что ж ты от дома ушла? Там тебе не страшно, там корм, вода...
Клуша, увидев хозяйку, немного успокоилась, но всё ещё не подпускала близко.
— Наташа, — сказала баба Наташа сама себе. — А ну, цып-цып-цып.
Она протянула горсть зерна. Клуша покосилась, но не двинулась. А вот цыплята, услышав знакомый зов, заметались. Один, самый смелый, выскочил из-под крыла и клюнул зерно. За ним — второй, третий...
— Вот и умнички, — баба Наташа осторожно, одну за одной, пересаживала цыплят в корзину. Клуша нервничала, но, видя, что дети в безопасности, не атаковала.
Последней в корзину отправилась сама клуша. Баба Наташа накрыла её сверху платком, чтобы не выпрыгнула.
— Ну, спасибо вам, разведчики, — сказала она, выпрямляясь. — Без вас бы я их в жизнь не нашла. Малинник-то вон какой, я туда уже два года не лазила.
— Это всё Буся! — Алёна гордо подняла собаку. — Она их унюхала!
Буся, которой только что вытащили из шерсти три колючки, гордо гавкнула, хотя никакой заслуги в находке у неё не было.
В курятнике шло торжественное возвращение беглянки. Клуша, оказавшись на привычном насесте, успокоилась и принялась чистить перья. Цыплята, сбившись в кучку, попискивали.
— А почему она ушла? — спросила Алёна, наблюдая за семейством.
— Может, ей тут не нравилось, — предположила Варя. — Тесно, душно...
— Или она хотела приключений, — усмехнулась Лера. — Как некоторые.
Она покосилась на Алёну. Та сделала вид, что не поняла.
— Теперь я буду каждый день проверять, — объявила баба Наташа. — Чтобы мои курочки никуда не убегали. А вам, героям, — она достала из кармана горсть конфет, — сладкое вознаграждение.
— Ура! — Алёна схватила «Мишку на Севере» и тут же сунула в рот.
— Бабушка Наташа, — спросил Артём, жуя ириску. — А если куры опять убегут? Мы же не всегда здесь будем.
— Значит, надо сделать так, чтобы им было хорошо тут, — ответила баба Наташа. — И чтоб никуда не хотелось. Может, вы мне поможете? Новый курятник построить? Попросторнее?
— Мы? — Лера округлила глаза. — Курятник?
— А что? Вы же у меня почти строители. Вон какой шланг проложили! А тут — несколько досок прибить, сетку натянуть...
— Я умею забивать гвозди! — вызвался Артём. — Дедушка Лёша научил.
— И я умею! — заявила Алёна, хотя её умение заключалось в том, чтобы держать гвоздь не с того конца.
— Ну, — баба Наташа улыбнулась, — значит, по рукам. Завтра и начнём.
---
Эпизод 11: Курятник имени героев
Строительство курятника превратилось в главное событие недели. Дедушка Лёша, узнав о затее, выделил доски, сетку и ящик с инструментами. Бабушка Эля, вздохнув («Вечно у вас, Наташа, идеи!»), отдала старые петли от шкафа и банку краски.
— Краска голубая, — сообщила она. — Хорошая, масляная. Для забора оставалась.
— Голубая! — Алёна пришла в восторг. — Будет самый красивый курятник в деревне!
— Курам всё равно, какого он цвета, — фыркнула Лера, но глаза у неё загорелись. Она уже прикидывала, что можно нарисовать на стенах.
Артём, вооружившись молотком и гвоздями, чувствовал себя настоящим мастером. Он мерил, прикидывал, стучал, примерял и иногда попадал себе по пальцу.
— Ты бы осторожнее, — посоветовала Варя, подавая гвозди. — Бабушка сказала, что пальцы потом отрастают, но больно.
— Отрастают? — удивился Артём.
— Нет, — призналась Варя. — Но чтобы ты был аккуратнее.
Лера взяла на себя дизайн. Она нарисовала на дверце курятника солнышко и травку, а сверху вывела краской: «КУРЯТНИК ГЕРОЕВ».
— Это в честь нас, — объяснила она. — И в честь клуши с цыплятами.
— А почему героев? — спросила Алёна, которая макала кисточку в краску и разводила голубые разводы по всей доске. — Мы же просто кур нашли.
— Мы их спасли, — поправила Лера. — А это геройский поступок. Значит, курятник геройский.
Буся, которой поручили охранять инструменты, разлеглась посреди стройплощадки и периодически получала хвостом по банке с гвоздями. Барсик наблюдал с безопасного расстояния, сидя на старой яблоне. Ему строительство было неинтересно, но он следил, чтобы никто не стащил его личную лежанку — старый матрас в углу сарая.
Через три дня курятник был готов. Получилось, конечно, кривовато. Доски были прибиты не совсем ровно, сетка кое-где натянута слабо, а дверца открывалась не с первого раза. Но это было сооружение, построенное четырьмя парами детских рук, и оно стояло.
— Наташа, — позвала баба Наташа свою клушу с выводком. — Иди, смотри, какое тебе новое жильё сделали.
Клуша вышла из старого курятника, оглядела новое строение, поквохтала и... пошла обратно.
— Не нравится, — расстроилась Алёна. — Мы так старались!
— Привыкнет, — успокоила баба Наташа. — Поживёт денёк-другой — и не выгонишь. Куры — они консерваторы.
— Как бабушка Эля, — хихикнула Лера и тут же получила от той лёгкий шлепок полотенцем.
— Я не консерватор, — возмутилась бабушка Эля. — Я традиционная.
Чтобы клуша быстрее освоилась, Варя предложила устроить новоселье. В новом курятнике разложили свежее сено, поставили миску с зерном и блюдце с водой. Цыплята, любопытные от природы, первыми заглянули внутрь. Один, самый смелый, клюнул зерно и побежал обратно. За ним — второй. Потом третий.
Клуша долго колебалась, но, видя, что дети в безопасности, всё-таки перешагнула порог. Она обошла курятник по периметру, клюнула зерно, попила воды и, наконец, устроилась на насесте.
— Приняла, — выдохнула Лера. — Сработало.
— Ура новоселью! — закричала Алёна и, схватив горсть зерна, бросила в воздух. Зерно посыпалось на кур, на детей, на Бусю, которая тут же принялась его вынюхивать.
— Ты чего? — засмеялся Артём, стряхивая с головы овёс. — Это же курям!
— А это им праздничный салют! — заявила Алёна.
Вечером баба Наташа устроила для строителей угощение. На столе были блины (конечно), пирог с капустой, молоко из крынки и, особый сюрприз, — настоящий торт, который бабушка Эля испекла в честь окончания стройки.
— За новые курятники! — провозгласил дедушка Лёша, поднимая кружку с чаем.
— За спасённых цыплят! — добавила Варя.
— За наших героев! — закончила баба Наташа, обводя глазами детей.
Алёна сидела между Артёмом и Лерой, уплетала пирог и чувствовала себя самой счастливой на свете. Буся спала у её ног, изредка вздрагивая и поскуливая во сне — наверное, снилось ей, как она гонялась за цыплятами (во сне, конечно, не по-настоящему). Барсик, получивший свою долю сметаны, благосклонно разрешил себя погладить и даже мурлыкнул что-то похожее на одобрение.
— Артём, — вдруг сказала Алёна, облизывая ложку от варенья. — А мы следующий курятник когда построим?
— Какой следующий? — удивился Артём.
— Ну, у нас ещё есть бабушка Эля, у неё куры есть. Может, им тоже новый нужен?
— У бабушки Эли куры в старом курятнике живут уже двадцать лет, — заметил Артём. — Они не хотят новый.
— А мы их спросили? — Алёна посмотрела на него с таким серьёзным видом, что Артём не выдержал и рассмеялся.
— Ладно, — сказал он. — Спросим. Завтра.
— Завтра! — радостно согласилась Алёна и тут же зевнула. День был долгий, полный приключений, и энерджайзер наконец-то начал разряжаться.
Укладываясь спать, Алёна вдруг спросила:
— Артём, а цыплята вырастут в больших кур?
— Вырастут.
— А они будут помнить, как мы их нашли?
— Не знаю. Куры, наверное, не помнят.
— А я буду помнить, — твёрдо сказала Алёна. — Всю жизнь.
Она закрыла глаза и через минуту уже спала. Артём поправил на ней одеяло, подоткнул края, как это делала бабушка, и тихо вышел из комнаты.
На крыльце его ждала Лера. Она сидела на ступеньке, болтая ногами, и смотрела на звёзды.
— Завтра, — сказала она, не оборачиваясь, — надо бы у бабушки Эли курятник осмотреть. Вдруг и правда старый?
— Ты что, тоже хочешь строить? — удивился Артём.
— А почему нет? — Лера повернулась. — Мы же команда. Или ты думаешь, что девчонки не умеют?
— Я так не думаю, — сказал Артём. — Вы умеете всё. Иногда даже лучше меня.
— Вот это правильный ответ, — усмехнулась Лера и ушла в дом.
Артём остался один. Над деревней висела тишина, где-то вдалеке лаяла собака, пахло ночной прохладой и чем-то ещё — может быть, сеном, может быть, близким лесом.
— Хорошее лето, — сказал он сам себе и пошёл спать.
Завтра будут новые приключения. А пока — пусть спят куры, спят дети, спит деревня. И только Барсик, чуткий сторож, сидит на заборе и смотрит на месяц жёлтыми глазами.