Найти в Дзене
Нов-Стар-Лит

Сергей Ключников. «Оттепель» и её смыслы

Что касается литературных смыслов, очень многое зависело от жизни, в том числе и от государственной. «Оттепель», простоявшая несколько лет, породила целый поток книг и авторов, внутренняя свобода которых заключалась в том, что они захотели быть свободными от государства, вскормившего их. Правда в этих произведениях безусловно была, но она смешивалась с преувеличением, а во многих случаях — и с ложью. Тогда эта полуправда не смогла выйти за пределы литературы и не привела к демонтажу государства, но то, что её смыслы подготовили демонтаж СССР в 90-е годы, никто сегодня не оспаривает, даже дожившие до наших дней дней «дети Двадцатого съезда», также известные как «шестидесятники». Смыслы «оттепели», главный из которых: «частное выше общего и государственного», — оказались миной замедленного действия и проросли через десятилетия, став программой перестройки. Центром для рождения движения новой генерации литераторов стал журнал «Юность», который в 1955 году возглавил Валентин Катаев, назван

Что касается литературных смыслов, очень многое зависело от жизни, в том числе и от государственной. «Оттепель», простоявшая несколько лет, породила целый поток книг и авторов, внутренняя свобода которых заключалась в том, что они захотели быть свободными от государства, вскормившего их. Правда в этих произведениях безусловно была, но она смешивалась с преувеличением, а во многих случаях — и с ложью. Тогда эта полуправда не смогла выйти за пределы литературы и не привела к демонтажу государства, но то, что её смыслы подготовили демонтаж СССР в 90-е годы, никто сегодня не оспаривает, даже дожившие до наших дней дней «дети Двадцатого съезда», также известные как «шестидесятники». Смыслы «оттепели», главный из которых: «частное выше общего и государственного», — оказались миной замедленного действия и проросли через десятилетия, став программой перестройки.

Центром для рождения движения новой генерации литераторов стал журнал «Юность», который в 1955 году возглавил Валентин Катаев, названный Евгением Евтушенко «крёстным отцом всех шестидесятников». Смыслы, транслируемые шестидесятниками, взывали к неофициальной, неидеологической (хотя, как оказалось впоследствии, именно эта общественная группировка была максимально идеологизированной и нетерпимой к чужому мнению), свободной стихии, и это подавалось как максимально искренняя позиция и эстетика. Певцы индивидуального: Евтушенко, Вознесенский, Окуджава и другие, — удивительным образом сочетали в себе искренность и конъюнктуру (Евтушенко и Вознесенский, подававшие себя в 90-е годы как борцы с ненавистным режимом, отметились и в «лениниане» — первый, как известно, написал «Казанский университет» про студенческие годы вождя революции, а второй — «Лонжюмо»). Рождественский в прославлении советского начала, Ахмадулина в свободе самовыражения и Битов с Искандером в своих исканиях были, конечно, намного искреннее своих перечисленных ловких коллег по цеху.

Конечно, в 60-е годы была и другая генерация писателей, по своей одарённости и значительности нисколько не уступавшая шестидесятникам: в прозе — Константин Паустовский, Юрий Казаков, Владимир Тендряков, Вадим Кожевников, Владимир Дудинцев, Борис Васильев, Павел Нилин, Владимир Солоухин, Иван Ефремов, Сергей Залыгин (многие из них успешно продолжали своё писательское дело в 70-х и 80-х), в поэзии — Николай Тихонов, Александр Твардовский, Ярослав Смеляков, ранние Юрий Кузнецов и Николай Рубцов. Эти писатели осмысляли опыт войны и старались показать не только её героическую сторону, но и рассказывать о ней непарадным языком. О войне писали и К. Симонов, и Ю. Бондарев, и В. Быков, и В. Богомолов, и многие другие талантливые авторы. Но одновременно с этим у диссидентствующей части советских литераторов возникает стремление показать войну с неприглядной стороны. Владимир Войнович с 1963 по 1969 год пишет свою ставшую знаменитой книгу-анекдот про войну «Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина», в конце концов, приведшую автора после публикации опуса на Западе к высылке из СССР в 1980 году.

В 60-е года страна ещё дышала романтикой, люди ездили «за туманом и за запахом тайги», участвовали в великих стройках (Братская ГЭС, Белоярская АЭС и другие). Шли напряжённые дискуссии о том, что лучше и нужнее для страны и человека: физика или лирика? Западники увлекались Фолкнером и особенно Хемингуэем, мэнээсы и работники заводских КБ носили такие же свитера, как американский писатель. Одновременно с этим всё большее число людей начинали интересоваться своими историческими и духовными корнями, создаётся ВООПИК, получает известность творчество восходящей звезды национально ориентированной живописи Ильи Глазунова. Корневой импульс уловил и воплотил в своих текстах Владимир Солоухин, создавший свои ставшие знаменитыми «Письма из Русского музея» (1966), «Чёрные доски» (1968). Однако крупных литературных героев, за которыми бы шли люди и которые были бы выразителями национальных смыслов, не появилось. Тогдашняя партийная власть не увлеклась, вслед за интеллигенцией, поисками национальных корней и смыслов.

(Из статьи «Путеводитель по смыслам русской литературы от Пушкина до наших дней», газета «Завтра» от 4 декабря 2025)

Продолжение читайте на нашем сайте - https://novstarlit.ru/2026/03/25/сергей-ключников-оттепель-её-и-смыс/