Театр в Хамовниках, продюсерский центр «Плейхаус Студио»
«Маленькие трагедии»
Страница спектакля: https://playhouse.moscow/little_tragedies?ysclid=mn5tgzjdua663443769
Режиссер Владимир Мирзоев
Когда в зале оказалось несколько групп студентов театральных вузов, которые жарко дискутировали, кто сколько раз смотрел спектакль, и кому подарят цветы, меня это удивило, поскольку этой постановке только месяц. По театральным студентам можно смело сверять качество спектаклей и актерского ансамбля. Вообще меня заинтриговало, что Мамуке (Патараве) они хотели дарить цветы, а Ерёмину, вечному голосу Аль Пачино и Роберта Де Ниро, нет.
На сцене одиннадцать лавок, а в программке восемь очень молодых артистов, один очень заслуженный Владимир Еремин, и режиссёр Владимир Мирзоев – живая легенда. Сразу подумалось об антерпризном формате, но с надеждой на хорошее качество.
При всей скромности входящих данных, начало спектакля в хореографии контемпорари (англ. contemporary dance) сразу меня поразило и напомнило учебные зачетные работы по сценодвижению. Но как же феноменально и необычно двигался в начале Иван (Александр Перцев), а потом Муза (Алиса Молчанова) в белом гриме, а потом Донна Анна (Мария Кулик) и вообще все артисты. Все, что поставила Ксения Михеева, достойно самостоятельного формата представления. Это современный синтетический танец, в котором есть классическая хореография, аэробика, йога, восточные единоборства и много чего ещё.
Второе удивление – это актерская игра. Совмещение достаточно сложной хореографии и слова поэзии и прозы Пушкина – это второй актерский вызов, и опять же экзамен по сценической речи, мастерству и психологической драме. Мирзоев собрал очень сильный состав молодых и дерзких в профессии. Мои звезды этого вечера: Мамука Патарава, Сергей Саркиц, Сергей Липовский, Мария Кулик, Александр Перцев. Посмотрел их карьеры, и они все на взлете в театрах и кино.
Спектакль состоял из тринадцати сцен, и артисты постоянно менялись, тут же «заряжались» на новые роли и немного шутили с партнерами, чтобы и мы не забывали, что они тут на сцене, а мы в театре.
Третье – это конечно драматургия Пушкина. Каждая сцена была понятна как отдельный этюд на знакомые темы. Все истории и сюжеты хрестоматийны, но подача в пластике, тонкой актерской игре, минималистичности сценографии и костюмов давала очень чистый продукт для восприятия. Поскольку я до сих пор почти наизусть помню монологи Сальери, для меня эти сцены были самыми яркими.
К концу спектакля все увиденное очень напомнило дипломный спектакль звездного театрального курса от большого Мастера. С такими прекрасными спектаклями выпускались будущие фоменки, серийные брусникинцы, кудряшовцы, бутусовцы и другие самодостаточные курсы, которые так и открывали театры или становились основой труппы действующих театров.
От спектакля осталось столько приятного послевкусия, что без большой дозы музыки Моцарта я не смог заснуть глубоко за полночь. Самое удивительное, что в спектакле не было ничего лишнего, ненужных декораций, сцен, слов и артистов. Иногда так бывает во время учебы на хорошем курсе, и редко в театре.