На итоговой коллегии Генпрокуратуры, в присутствии Владимира Путина, генпрокурор Александр Гуцан поднял острую проблему, которая вызывает вопросы о справедливости и эффективности искупления вины. Речь идёт о коррупционерах, которые, будучи осуждёнными, отправляются в зону СВО, воспринимая это как "счастливый билетик" для получения помилования.
"Счастливый билетик" или фикция?
Многие из этих "новобранцев" подписывают контракты с Минобороны, но вместо участия в штурмовых действиях предпочитают отсиживаться на тёплых тыловых должностях. Некоторые, как выяснилось, даже "бронируют" себе безопасную службу за взятки в десятки миллионов рублей. Гуцан поручил военным прокурорам до 1 июня проверить, как именно бывшие высокопоставленные коррупционеры "искупают вину перед Родиной", и пресечь практику создания тепличных условий для проворовавшихся чиновников "за ленточкой".
Схемы и фамилии
Генпрокурор отметил, что в зоне СВО сейчас проходят службу 1100 осуждённых по коррупционным статьям. Среди них – как главы сельских поселений, так и чиновники федерального и регионального уровней. В частности, "за ленточкой" находится экс-заместитель главы госкорпорации "Росгеология" Руслан Горринг, обвинявшийся в многомиллионных хищениях. Воюет и Яков Сандаков – бывший министр здравоохранения Иркутской области, осуждённый на 18 лет за коррупцию. Подписал контракт с Минобороны и экс-министр транспорта Свердловской области Василий Старков, фигурант крупного дела о взятках при дорожных госконтрактах.
Приводится пример "звёздного" адвоката Эльмана Пашаева, который, по данным следствия, мог обещать за деньги решать вопросы заключённых, желающих "искупить вину перед Родиной". Схема выглядит так: платишь 10-15 млн рублей, отправляешься на фронт, спокойно сидишь в тылу, получаешь госнаграду и уже через пару месяцев возвращаешься на волю не казнокрадом с клеймом бывшего зэка, а героем с орденской планкой на пиджаке.
Почему так происходит?
Ветеран Донбасса Александр Матюшин (позывной "Варяг") объясняет, что не всегда особые условия для "вип-зетников" обусловлены взятками. Иногда командиры подходят к вопросу с практической точки зрения. Если человек может принести реальную пользу части не на линии боевого соприкосновения, а в тылу (например, используя свои связи для обеспечения части необходимым), то его могут задействовать в гуманитарных проектах. За это он получает определённые преференции, например, частые командировки в тыл.
Однако в частях, где всего хватает, ситуация иная. "Варяг" приводит пример чиновника, проворовавшегося на Дальнем Востоке, который отправился в обычные штурмовики, как все зэки в "Шторм Z". Он проявил себя стрелком, штурмовиком, был замечен командованием и сейчас стал начальником штаба.
Справедливость и исключения
СВО усилила в людях жажду справедливости. Осознание того, что чиновник, которого во времена Великой Отечественной войны поставили бы к стенке, не только не отсидит своё, но и не "отвоюет", вызывает негодование. Поэтому требование Гуцана логично и своевременно.
Однако не стоит стричь всех под одну гребёнку. Например, недавно прекратили уголовное дело в отношении экс-мэра Большого Камня Приморского края Рустяма Абушаева. Он был осуждён за мошенничество, но в зоне СВО проявил себя как настоящий герой, имеет ранения и награды за боевые заслуги, в том числе орден Мужества.
И всё же такие случаи, скорее, исключение из правил. Многие эксперты и участники боевых действий сходятся во мнении, что пора прекратить отправлять на СВО осуждённых по коррупционным статьям. Толку от них для армии часто нет – один вред. Вместо этого должна быть реальная отсидка с конфискацией имущества.
Автор: Дарья Т.