Найти в Дзене
Ремесло и легенда

Город как магнит: почему индийские крестьяне бросали землю и уходили в города

Средневековая Индия — страна, где большинство населения жило в деревнях. Но уже в XIII–XVII веках города разрастались до невиданных размеров. Ахмадабад, по некоторым оценкам, насчитывал до 900 тысяч жителей, Агра и Лахор не уступали Парижу и Лондону. Откуда же бралось столько людей, если естественный прирост в городах был минимальным из-за антисанитарии и эпидемий? Ответ прост: горожане были вчерашними крестьянами. В Индии не существовало крепостного права в европейском смысле, поэтому миграция не была ограничена юридически. Крестьян толкали в города три силы. Во-первых, рост производительности в земледелии: появились излишки, которые можно было продать на городском рынке, но одновременно началось расслоение среди сельских жителей. Бедняки, задолжавшие ростовщикам или разорённые налогами, бежали в города в поисках лучшей доли. Во-вторых, сами феодалы, жившие в городах, строили дворцы и крепости, привлекая тысячи строителей и ремесленников. В-третьих, городской рынок давал возможность

Городские кварталы, которые раньше были деревнями
Городские кварталы, которые раньше были деревнями

Средневековая Индия — страна, где большинство населения жило в деревнях. Но уже в XIII–XVII веках города разрастались до невиданных размеров. Ахмадабад, по некоторым оценкам, насчитывал до 900 тысяч жителей, Агра и Лахор не уступали Парижу и Лондону. Откуда же бралось столько людей, если естественный прирост в городах был минимальным из-за антисанитарии и эпидемий? Ответ прост: горожане были вчерашними крестьянами.

В Индии не существовало крепостного права в европейском смысле, поэтому миграция не была ограничена юридически. Крестьян толкали в города три силы. Во-первых, рост производительности в земледелии: появились излишки, которые можно было продать на городском рынке, но одновременно началось расслоение среди сельских жителей. Бедняки, задолжавшие ростовщикам или разорённые налогами, бежали в города в поисках лучшей доли. Во-вторых, сами феодалы, жившие в городах, строили дворцы и крепости, привлекая тысячи строителей и ремесленников. В-третьих, городской рынок давал возможность переквалифицироваться: бывший землепашец мог стать ткачом, красильщиком или наёмным работником.

Этот процесс хорошо виден на примере Ахмадабада. В XV веке город основал султан Ахмад-шах, и сначала он был невелик. Но вскоре он «проглотил» соседние деревни — Митхапуру, Джамалпуру, Расулпур. Их жители, раньше занимавшиеся земледелием, начали обслуживать городские рынки, открывать лавки и мастерские. Многие ткачи Ахмадабада вышли из земледельческой касты кунби. Даже в XVII веке город продолжал расти за счёт деревень: Исапур, Асарва, Шейхпур стали его кварталами.

Особенно активно в города переселялись представители низших каст и неприкасаемые, надеясь избавиться от унизительного положения. В городах они могли примкнуть к ремесленным общинам или наняться на работу. Однако далеко не всем везло. Огромное число мигрантов пополняло ряды городской бедноты — «людей базара», которые жили случайными заработками. Французский путешественник Бернье писал, что в Дели «нет середины: надо быть вельможей или вести жалкий образ жизни».

Миграция была не только экономической, но и политической. Власти нередко насильственно переселяли крестьян в города, чтобы иметь под рукой дешёвую рабочую силу для строительства. А в периоды голода, когда деревня вымирала, города, наоборот, пустели, и люди уходили обратно. Но в целом именно приток из сельской местности обеспечил расцвет индийских городов в могольскую эпоху.

Так город становился плавильным котлом, где переплавлялись судьбы тысяч людей, разрывавших связь с землёй и становившихся частью новой, рыночной экономики.

Средневековый индийский город Ахмадабад, вид на городские стены и ворота.
Средневековый индийский город Ахмадабад, вид на городские стены и ворота.