За несколько дней до описываемых событий
Ирэна стояла и смотрела на тёмную осеннюю воду. Нет, у неё не было желания покончить жизнь самоубийством, как в бульварных романах. Скорее ею овладели меланхолия и пустота. Она спокойно перебирала в уме свою жизнь от рождения до настоящего момента и колкие мурашки от холода медленно бродили по её щекам, забираясь под дублёнку. Девушке помнилось яркое, наполненное солнцем и материнской лаской детство, беготня с ребятами в казаки-разбойники.
Прочитанные запоем книги под одеялом, непременно с фонариком, скаутский лагерь и первая любовь. Поступление в театральный, первая роль, кино, чтение стихов и отчётные спектакли, яркая влюблённость и болезненное расставание с Павлом.
Тогда-то в её жизни и появился Дамир.
— Ирэна Евгеньевна? Сумарокова? Какая потрясающая встреча, а я ваш поклонник. Позвольте представиться — Дамир Трезорро граф Имертинский.
— Может, вы ещё и эльф? Восьмидесятого уровня? — Ирэна улыбнулась, отмечая общую привлекательность и запоминающуюся внешность мужчины.
На улице моросило, а он словно вышел из воздуха. Был сухим, вальяжным и выглядел несколько нездешним, что ли. Всем своим видом, осанкой и даже линией скул диссонируя с окружающим их городом.
— Нет, вовсе не эльф. Просто граф. У меня немного другой профиль. Я скорее политик и учёный.
Последующее общение показало, что он не набивался в её близкий круг, скорее умело выстраивал приятельские, почти дружеские отношения, несмотря на разницу в возрасте. Неизменно сыпал комплиментами и умело располагал к себе.
Прошло около двух недель как они с ним не виделись и вот сейчас Ирэна гуляла не в силах вернуться домой. Она бессознательно вернулась на то самое место, где познакомилась с Дамиром, будто надеясь снова с ним встретиться и продолжая размышлять о своей неудавшейся жизни.
Дарью Монархову ей порекомендовала подруга, которая проходила у неё психотерапию. И та словно подарила ей слабую ниточку уверенности, тепла и поддержки, которая крепла в ней день за днём, помогая отстраивать свой мир заново. Они проходили с Дашей простые и нужные психологические приёмы. И именно ей Ирэна впервые смогла рассказать о себе всё. Была понята и выслушана без осуждения. И постепенно в её депрессивном болоте появлялись очень маленькие, но уже надёжные островки суши. Словно кочки, прыгая по которым Ирэна потихоньку начинала выбираться из своего отчаяния и тоски. Даша распространяла вокруг себя спокойствие, уверенность и силу, почти такие же, какие она ощущала от Дамира. Она вызывала доверие с первого взгляда, располагала к себе и многим напоминала Ирэне мать.
Дамир да Дарья — вот и все люди, которым было не всё равно, что с ней будет. Ирэна отдыхала рядом с ними душой. Рано потерявшая мать, а теперь и отца, она грелась в лучах их искреннего внимания.
«Оба очень ненадёжные… и не родные», — мысленно одёрнула себя она, после Павла доверять людям ей удавалось с трудом. Даша просто её психолог, а Дамир, вообще, в командировке.
А месяц назад раздался тот злополучный телефонный звонок.
Когда Ирэна завтракала с подругой в кофейне, чужой мужской голос сообщил о том, что весь её мир рухнул. Вместе с гремящей металлической стрекозой вертолёта, с отцом и с его новой женой Алёной. Все погибли. А с ними и прошлое, и будущее, и детство, и тепло, и всё то, что держало её в жизни.
Всё это ушло в такую же тёмную воду, как река, на которую она продолжала сейчас смотреть. Кругом текла жизнь под привычный городской аккомпанемент: смех из открытого кафе, гул машин, чьи-то шаги. Этот шумовой фон болезненно контрастировал с её внутренней, оглушительной тишиной. Фотографировались влюблённые парочки, носились по мосту со своими железными замками. Она отметила, что смотрит на всё как будто из-за стекла, а душа её бьётся в озябших границах тела, в промозглой реальности московского декабря.
— И о чём грустит принцесса? — раздался сзади знакомый голос.
— Дами-и-ир! — Ирэна обрадованно рассмеялась и развернулась к мужчине в распахнутом настежь пальто цвета кэмел. Она порывисто обняла его, и терпкий, тёплый запах дорогого парфюма — кожи, сандала и чего-то сладкого, вроде засахаренного имбиря — на секунду полностью вытеснил ледяной, тошнотворный запах речной воды и бензина. — Какая неожиданность!
— Ирэна, мне предстоит с тобой серьёзно поговорить, — сказал он, ловя взгляд девушки. — Как ты относишься к фантастике или к фэнтези?
— Странный вопрос, вообще-то это мои любимые жанры. А ты это спрашиваешь, чтобы рассказать мне, наконец, какой страны ты граф? — Этот вопрос её ловкий знакомый всё время умело обходил стороной.
— Да, и об этом тоже. Скажи, а хотела бы ты кардинально поменять свою жизнь? Начать её с чистого листа, ну или почти с чистого. — Дамир снова заглянул ей в глаза. Ирэна лишь удивлённо воззрилась на друга.
— Я не могу и не хочу обманывать тебя, девочка. Я придворный маг Шендарской империи. Мой мир называется Азанар.
— Ты серьёзно? Или это метафора какая-то про другой мир?
— Абсолютно серьёзно. Завтра я отправляюсь домой. Теперь я знаю, что происходит в старых мирах, где магия истончилась до предела, а истинные маги забыли о своих способностях. Я могу забрать тебя с собой. Помочь освоиться и устроить твою жизнь. Ты сможешь блистать при дворе в столице империи, обретёшь сестру и новую родину. А ещё я буду с тобой рядом, всегда направлю и окажу поддержку. Я искренне привязался к тебе.
Ирэна испуганно взглянула на Дамира, сердце колотилось в груди пойманной пичугой, а душа рухнула куда-то в район желудка. Единственное, что она вычленила из всего разговора — то, что он уезжает. А расставание с ним было выше её сил. Но то, что Дамир говорил прямо сейчас, вообще смахивало на бред опасного сумасшедшего и просто не могло быть правдой.
— Когда нужно принять решение о переходе? — ледяная хватка страха сжала сердце Ирэны.
— В течение двадцати часов благополучный переход и вселение в тело я гарантирую. А после уже не рекомендую. С зомби я, конечно, умею находить общий язык, положение обязывает. Но сама понимаешь, тебе это вряд ли понравится.
— А принцы? Драконы? Гномы и гоблины у вас тоже есть?
— Принцы в наличии, сама убедишься. И даже драконы есть. Но ни гномов, ни гоблинов, — Дамир развёл руками. — Эти фантазии, увы, не про наш мир.
— А у вас тепло? — с надеждой спросила Ирэна, потирая онемевшие от холода пальцы.
— Столица империи, город Стэрро, находится на побережье Дарельского моря, сейчас там примерно плюс двадцать шесть градусов по вашему Цельсию, — Дамир брезгливо поморщился, глядя на серые сумерки и огни города.
— А поехали! — в последний раз глянув в тёмную воду Москва-реки и весело подмигнув Дамиру, воскликнула Ирэна. — Я ко всему готова, кроме продолжения этой жизни. А тем более без тебя! — оковы страха так и не разжались.
Она не знала, что думать и к чему готовиться. Не соображала даже, что именно говорит, но одна лишь мысль, что вот сейчас Дамир уйдёт из её жизни, оставив навсегда, словно муху в янтаре, в этой промозглой серости и отчаянии, что больше никогда не появится и не обнимет, была для неё невыносимой. Она была хуже смерти. Чего в сказанной Ирэной фразе было больше — бесшабашной молодости, отчаяния или страха потери единственного друга — определить было сложно. Дамир и не пытался, он служил Империи.
— Спасибо за доверие, ваше высочество. Тогда мне нужно сделать пару звонков. А завтра мы с вами, пожалуй, прокатимся по Кутузовскому проспекту, скажем-м-м-м… в одиннадцать утра.
— А что будет с моим телом?
— Тебе это важно?
— Пожалуй, нет.
— Думай лучше о том, что совсем скоро в ласковом и теплом мире ты выйдешь на дворцовый балкон, с видом на Императорский сад. А потом мы поедем на прогулку к морю. Договорились?
— Договорились, Дамир.
***
— Объясните. С самого начала. Что я только что почувствовала? — Дарье очень хотелось доказательств, её рассудок продолжал судорожно протестовать по поводу происходящего.
— С удовольствием, но не подорвала ли эта небольшая демонстрация моего искусства вашу решимость связываться со мной? Поверьте, с перемещением в Азанар ваша адаптация к изменившейся реальности пройдёт гораздо легче. И потом, Дарья, как бы вам объяснить… На Земле сложилось превратное мнение о магах. И особенно о магах нашей специализации.
— Мне надо подумать, — сказала Даша. Принимать подобные грандиозные предложения ей ранее не приходилось.
— Конечно! Вот магический контракт — ознакомьтесь, пожалуйста. Подписывать кровью не надо. В нашем кругу это дурной тон. Вообще, учтите это на будущее. Если вам вдруг какой-то маг предложит что-то подписать кровью, сразу зовите меня. Ваша кровь — это ваша подпись. И по ней вас легко можно найти, убить и прочее, то есть получить над вами власть. — Дамир постучал пальцами по лежащим на столе листкам. — Для того, чтобы подписать этот контракт, вам достаточно будет прислушаться к себе и осознанно озвучить своё согласие. И я к вам приду, где бы вы ни находились. Будьте готовы.
— Это чистой воды авантюра, — Даша откинулась на спинку дивана, и её тело, до этого собранное в тугую пружину, на мгновение расслабилось, отпустив напряжение. За окном кафе уже сгущались синие зимние сумерки, а внутри пахло кофе и печеньем. — Что ли, я похожа на волшебницу, Дамир? — спросила она, грустно усмехаясь и проводя ладонью по прохладной поверхности стола.
— Конечно! Вы маг! — его голос прозвучал твёрдо и ясно..
— Да с чего вы взяли? — её пальцы непроизвольно сжали бумажную салфетку, сминая её в тугой комок.
— С того, что вы действуете, — Дамир отпил глоток эспрессо. — Для большинства людей осмысление любой ситуации заканчивается выводом «я понял». Вы же идёте дальше. Вы меняете реальность под себя. Это и есть корень магии — воля, преобразующая хаос в порядок. Вы делали так всю жизнь, даже не зная названия.
— Звучит как цитата из дешёвого мотивационного тренинга, — парировала Даша, но её дыхание на миг сбилось, а в солнечном сплетении ёкнуло, от негласного согласия, попавшего в самую точку.
— Это звучит как диагноз, вы маг, — холодно улыбнулся Дамир, и в его тёмных глазах не было намёка на шутку. — Люди — сочувствуют, страдают, смеются. Маги — анализируют, проектируют и меняют. Он провёл указательным пальцем по краю блюдца, собрав крошечную каплю пролитого кофе, и пальцы его на мгновение замерли, будто демонстрируя эту пресловутую точность. Мы другой вид, Дарья. Более одинокий и бесконечно более ответственный.
— «Другой вид»? — она почувствовала, как мурашки пробежали по спине. За соседним столиком зазвенела ложка о фарфор, и этот обыденный звук вдруг показался невероятно далёким. — Вы себя всерьёз с людьми не ассоциируете?
— Функционально — точно нет. Эмоционально же мы... проще. Рассудочнее. Да и живём гораздо дольше. Цена нашей ошибки — не двойка в дневнике, — он плавно поставил чашку на блюдце с тихим, идеально отточенным звяком. — А смерть. Своя или чужая.
Даша молчала, её взгляд блуждал по стенам с деревянными балками. Она сжала кулаки под столом, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Острое, почти болезненное возбуждение боролось в ней с леденящим страхом.
— Хорошо, допустим, — наконец выдохнула она, разжимая пальцы. — А ваше общество? Оно тоже «другое»? Или там, как в кино про средневековье, женщине отведена роль «дочь-жена-мать-вдова»?
— У большинства людей в Империи — во многом да. Но вот вас это не коснётся никоим образом. Вы будете вращаться в среде магов. И у нас равенство и полная свобода выбора — это вопрос выживания, нас мало. А при дворе и среди знати хватает вольнодумства и эксцентричности. Драконы, кстати, и вовсе матриархата придерживаются, — он откинулся, и кожаная куртка мягко скрипнула. — Наш мир — это слоёный пирог из разных рас, духов, фей и... — он сделал паузу, изучая её лицо, — нежити. Всё интегрировано. Магия у нас служит обществу, как у вас — техника. В Азанаре просто другая физика мира.
— Вы так легко этим оперируете. Духи, нежить... — Даша машинально потянулась к своему остывшему рафу, но не стала пить. Горьковатый запах миндаля ударил в нос. — А интернетом для сбора информации в нашем мире, я полагаю, вы тоже воспользовались?
— Исключительно удобное изобретение, — одобрительно кивнул Дамир. — Адаптация для мага — это вопрос скорости сбора и анализа информации. Я, например, усвоил основные земные языки, историю и поп-культуру за неделю. Крайне полезно было для расширения мировоззрения.
— А что вы там такое «усвоили» про меня? — её голос прозвучал резче, чем она хотела.
— Что вы, Дарья, обладаете достаточной внутренней силой — энергией, если хотите, — чтобы перейти в Азанар в своём теле, как маг. И переход этот будет... неприятным, но быстрым. А потом — тёплое море, воздух, пахнущий цветами и солью, тайные знания и приключения, которых не знал ни один Колумб. Разве ради этого не стоит рискнуть?
— Колумб был мужчиной, — она с силой потёрла лоб. — Сложить голову вдали от дома — это, кажется, вообще вшито в вашу мужскую ДНК.
— А в вашу женскую — жажда жизни, которая сильнее страха. Вы вообще — герой, — его слова прозвучали не как комплимент, а как констатация факта. — Три месяца и помощь двум девочкам в том, чтобы не сломаться, спасти империю от краха. Разве это не идеальный вызов и задача для той, кто однажды уже победила смерть?
— У идеальной задачи должны быть идеальные условия — сначала познакомиться с ними, а только потомподписывать контракт. Мне важно понимать, на что я иду. Видеть их глаза.
— Невозможно, — покачал головой Дамир, и его движение содержало непререкаемую, почти металлическую твёрдость. — После перехода вы и сами не захотите возвращаться без веской причины. Это как прыжок с парашютом: второй раз всегда страшнее, потому что ты уже знаешь. Поверьте. Так что решайтесь.
— ...Хорошо, — наконец выдохнула Даша, и это прозвучало не как капитуляция, а как глубокий, осознанный вдох перед прыжком в бездну. В груди что-то будто щёлкнуло, разжимая тиски. — Я поеду. Но от вас мне понадобится вся помощь.
— Разумеется! Всё, чем смогу. Я за вами заеду в шесть. Адрес и телефон я знаю, — Дамир пожал плечами в ответ на её острый, испытующий взгляд. — Наводил справки. Старая привычка. И ещё... насчёт кошки.
— И что с ней? — Даша инстинктивно выпрямилась, будто готовясь к нападению.
— В нашем мире... нет домашних кошек. Есть большие кошки — львы в саваннах и снежные барсы в горах. Есть магические существа: сфинксы, мантикоры, гаргульи. Но таких маленьких, пушистых и спящих на подушках кошек... нет. Однако, боги Азанара к пришлым животным относятся... творчески. Щедро наделяют их качествами в соответствии их скрытому потенциалу.
— То есть? — её голос стал тише, а пальцы снова обхватили чашку, пытаясь согреться.
— То есть лис которого я однажды переместил из другого мира стал лазоревого цвета и поумнел настолько, что скоро будет обыгрывать меня в карты. А рыбки... — маг махнул рукой, и на его бесстрастном лице мелькнуло что-то вроде смущения. — Впрочем, ваша кошка будет в полном порядке. Наш мир её усилит. И. не забудьте переноску.
— Погодите, — Даша подняла руку, чувствуя, как нарастает лёгкая паника. — Вы хотите переместить меня в мир, где совсем нет кошек, с кошкой. Это же стресс для неё!
— Я называю это «верой в потенциал вас обоих», — беззастенчиво улыбнулся Дамир, вставая. Его высокая фигура на мгновение заслонила свет люстры. — А стресс... Дарья, через три часа вас обеих ждёт путешествие между мирами. И сейчас самое время перестать бояться мелких потрясений. До вечера и соберите чемодан, проговорил он, сосредоточенно натягивая кожаные перчатки.
Он коротко кивнул ей на прощание, повернулся и пошёл к выходуиз кафе, оставив на столе крупную купюру. Даша же пребывала в некотором ступоре, прислушиваясь к ударам своего сердца и далёкому, нарастающему гулу вечернего города за стеклом.
В нём она терпеливо пыталась расслышать голос своей интуиции, хотя голос её разума и верещал как заполошная истеричка: «Куда ты собралась? Ты в своём уме?», «На кого ты оставишь квартиру?», «Кошке это вредно, она не переживёт», «Да ты и сама можешь погибнуть? Неужели ты веришь этому некроманту?», «Да какой некромант? Псих обыкновенный!» И дальше по кругу…
Время от времени ум впадал в паническую тишину, и мысли исчезали вовсе. Зато где-то в районе солнечного сплетения теплилось смутное предвкушение. Интуиция довольно жмурилась и потирала лапки. Даша рассеянно посмотрела на себя в отражении оконного стекла и рассмотрев застывший в глазах испуг, дерзко подмигнула себе.
Quintessence of Noblesse oblige (1)
Утро началось с правильных запахов: кофе, тосты и спокойное настроение хозяйки. Квинта проводила её на кухню длинным потягиванием, от когтей до кончика хвоста, и получила свою дань — влажный, пахнущий морской бездной паштет. Потом был ритуал наблюдения. Солнечный зайчик. Пылинки, танцующие в его луче. И — Враг. Та самая наглая тварь с крысиным хвостом, что ютилась в щели у подъезда. Квинта неподвижно давила её взглядом, мысленно отправляя в небытие. Потом — Враг номер два. Чёрный, кряжистый, каркающий. Ворона на берёзе. Они обменялись длинными, содержательными тирадами.
Затем Квинта величественно проводила хозяйку до двери, приняла форму идеального круга на меховом пледе и погрузилась в блаженный сон, полный подвигов и всеобщего поклонения. Мир был правильным, иерархичным и подконтрольным. Как и положено миру, где царила она — Квинтесса.
А потом мир перевернулся.
Хозяйка ворвалась в дом раньше времени. Её настроение кололо кожу прямо под мехом. Она пахла тревогой и холодным ветром. Атмосфера сгустилась от её волнения. Квинта настороженно приоткрыла один глаз, потом второй. Что-то было не так.
Пространство в прихожей дрожало, как воздух над раскалённым асфальтом.
В сумку хозяйки полетели тюбики, щётки. Запахи сбились в клубок: солнцезащитный крем, старая пыль, её страх, решимость.
Чувство большой дороги властно охватило Квинту. Она молнией метнулась под кровать, в надёжную темноту, в тщетной надежде, что если спрятаться идеально, то угроза пройдёт мимо. Но чувство не отпускало, лишь продолжало наливаться тяжёлой уверенностью.
— Квинта-а-а-а! — голос хозяйки прозвучал фальшиво-сладко. — Толсты-ый! Иди сюдаааа!
Решимость отсидеться растаяла как дым, в ответ на звук от призывно зашуршавших в пакете соблазнительных, невероятно пахнущих, хрустящих и божественных подушечек любимого лакомства. И всё тотчас было забыто.
Разум растворился в хрусте. Мир сузился до вкуса и удовольствия. Кошка даже не сразу поняла, что её оторвали от пола. Что вероломные человеческие руки подхватили её обмякшее от наслаждения тело. И вот она — в клетке. В пластиковой тюрьме! Возмущение переполняло её, вырываясь наружу громким, пронзительным воплем, в котором была вся боль прерванного блаженства, вся ярость пойманного хищника и вся скорбь о попранных правах. Хозяйка, как всегда, оказалась хитрее.
— Я согласна! — встав перед запертой дверью, громко и отчего-то зажмурившись, произнесла Даша, ничего не ожидая. Она верила в чудеса, но была готова и к тому, что ничего не произойдёт. Что всё окажется розыгрышем. Шуткой.
В тот же момент раздался дверной звонок.
— О! Вот и некромант подъехал, — нервно хихикнула она и побежала за вещами в комнату.
Дамир любезно открыл перед ней дверь большого черного микроавтобуса, пропуская на переднее сиденье. А потом бережно поставил чемодан и переноску с кошкой назад.
— Куда мы едем?
— Если не возражаете, в ваш Аквапарк, — уверенно заявил маг.
— Куда-а-а?! — Даша аж поперхнулась.
— В аквапарк. Мне нужны вода и уединение, чтобы провести ритуал перехода.
Я снял всю спа-зону на сегодняшний вечер.
— Однако, — многозначительно произнесла Дарья, задумчиво глядя в окно. Она уже решила, что сегодня будет беззаботно плыть по течению обстоятельств. Желательно к морю и в новый мир.
Бассейн был небольшой, в форме чаши. Подсвеченный. С голубой мозаикой на дне. Дарья как-то была здесь с подругой. Сейчас по его бортику стояли свечи, а на стенках чаши были выведены странные угловатые символы. Чем-то тёмным. «Надеюсь, не кровью… Черт, да наверняка кровью! Надеюсь, хоть донорской», — нервничая, думала Даша.
Пахло мёдом, расплавленным воском и сухими горными травами — чабрецом и шалфеем. Запах был успокаивающим и фонил древностью.
Дамир приглашающе указал на лесенку в бассейн.
— Спускайтесь, пожалуйста.
— Э-э-э-э в одежде? — ошарашено спросила его Даша.
— Да! — ответил Дамир. ─ Когда я скажу, вам нужно будет просто нырнуть.
— Нырнуть? С кошкой? Серьёзно?
— Да! — терпеливо повторил некромант. ─ Абсолютно ничего страшного. Вода тёплая, просто нырнёте и даже не заметите, как придёте в себя уже в другом мире. Видите, как предусмотрительно вы поместили своё животное в переноску. С кошкой всё будет хорошо, не беспокойтесь. Даже испугаться не успеет. Прочихается и всё.
— Мне как-то всё это иначе представлялось.
— Что поделать. Вы слабый маг, мне понадобилась поддержка стихии. И вода в вашем случае оптимальный вариант. Приготовьтесь. Когда я скажу ─ ныряйте, — приказал некромант и затянул странную ритмичную песню, похожую то ли на рэп, то ли на шаманские камлания.
Язык был незнакомым. А Даша чувствовала себя полной идиоткой, пока спускалась по ступенькам. Вода противно заливалась в сапоги.
Пальто намокло и стало невероятно тяжёлым.
Сейчас она растерянно стояла в центре бассейна. В верхней одежде и с кошкой над головой. Квинта в страхе забилась в угол переноски и голосила изо всех сил. «Ерунда, пока ничего страшного», — мысленно успокаивала себя Даша.
— Сейчас! — скомандовал маг.
И Даша нырнула, прижав кошку в переноске к груди.
Так же, как ныряла когда-то с семиметровой скалы в манящую глубину бирюзового средиземного моря, решительно и резко. С твёрдым намерением вынырнуть сразу. Буквально через секунду. И послать извращенца некроманта ко всем чертям. В душе закипал гнев. Но что-то пошло не так. Вода очень быстро становилась всё более вязкой. Даша ощущала всё происходящее словно в замедленной съёмке. Она увидела себя со стороны, и сверху. Видела, как её волосы медленно покачиваются на поверхности. А когда пришло время выныривать, вода вдруг стала твёрдой, как застывшая эпоксидная смола, и вырваться из неё уже не было никакой возможности.
Ещё миг Дарья сопротивлялась, билась изо всех сил, задерживая воздух, но потом дышать стало нечем, и опустилась тьма.
«Придушу скотину!» — мелькнула последняя мысль в ускользающем сознании.
И тьма поглотила всё. А точнее — растворила. Тело, мысли, чувство «я». Осталось лишь чистое восприятие, плывущее в звёздном потоке между мирами.
И в этом потоке вспыхнули и рассыпались искры чужих жизней, обрывки незнакомых голосов, тени дворцовых залов. А потом из этого калейдоскопа выкристаллизовалось одно-единственное, яркое, как вспышка, видение. Не память, не сон — а сгусток чьего-то будущего — воронка из света, гула и мыслей.
Центр светлого каменного зала, дрожащего от рёва. Огромная каменная гаргулья в ярости, её рёв, летящие осколки камней. Чей-то резкий, командный голос: «Катарина, отойди и забери свою кошку! Это чудовищенужно сейчас же уничтожить!»
Но она — та, в чьём сознании плыла сейчас Даша, — не отступила. Она сделала шаг вперёд, к громадине. «Я страж!» — загрохотала каменная пасть. И всё исчезло, растворяясь в гуле, похожем на морской прибой, смешанный с далёким рыком.
А потом наступил сон, не знающий никаких гаргулий и мягко обнимающий её душу запах свежеиспечённых булочек.
1. Автор в ВК и Сообщество о книгах
2. Читать предыдущую версию книги целиком.
________________________________________________________________________
(1) Полное имя Дашиной кошки Квинтэссенция. «Noblesse oblige» перевод «благородное происхождение обязывает».
Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY