«Черный беркут» – это неофициальное название одной из самых известных советских и российских тюрем. Его дали от стоящей там скульптуры, созданной самими зэками. Главным автором стал гаишник из Нальчика, который отправил на тот свет собственную тещу. Свое творчество автор оценил так: «Беркуты падальщики, а мы и есть падаль».
Колония отличалась крайне суровыми условиями содержания и изначально была предназначена для помилованных смертников. А после вынесения моратория на «высшую меру» здесь стали сидеть приговоренные к пожизненному заключению и те, кто получил сроки от 20-ти лет.
Эта зона находилась в малонаселенной северной части Свердловской области. И на момент своего закрытия в 2019-м году именовалась исправительной колонией № 56. Много лет ее начальником (или «кумом» на жаргоне заключенных) был полковник внутренней службы Субхан Дадашов, азербайджанец по происхождению.
Давайте расскажем его историю и как он наводил порядок среди тех, кто отучился ценить свою жизнь.
Неизвестно за какие грехи, но в середине 1980-х Дадашов из солнечного Баку был отправлен сюда безусым лейтенантом в возрасте слегка за двадцать лет. Сменилась администрация колонии, а новое руководство решило привлечь свежие кадры. В том числе, из союзных республик.
Нести службу пришлось в лесу, который по площади превышает Германию, в семи часах езды до ближайшего города. В тридцатых годах знать не знали про современные нормы тюремного содержания, а потому зону поставили на скальной породе, чтобы зэки не смогли сделать подкоп.
Поэтому там никогда не было канализации, и до 1990-х в каждой камере стояло выносное ведро. Затем появились биотуалеты, но именно отсутствие нормальных уборных впоследствии привело к ликвидации этой колонии.
Во время перестройки вся страна надеялась, что демократия приведет к улучшению жизни людей. И осужденные на большие сроки не стали исключением, рассчитывали на улучшение условий, сокращение сроков и даже на помилование. Но когда осознали, что все останется по-старому, были очень возмущены, и в 1989-м устроили бунт. Воспользовались тем, что пришли новички, которые не привыкли к тюремному распорядку и испытывали некоторое сочувствие к заключенным.
Дежурный и его помощники были захвачены самыми недовольными, которые тут же выпустили остальных арестантов. Зэки выставили требование предоставить им автобус и кучу денег, но вместо этого из областного центра прислали спецназ. Но до штурма не дошло: бунтовщики согласились вернуться в камеры в обмен на то, что им оставят прежние сроки.
Субхан Дадашов не был в тот день на смене, но его привлекли, чтобы не допустить прорыв. Именно его непреклонность привела к тому, что азербайджанца назначили начальником «Черного беркута» через восемь лет. Хотя условия режима определяет ни сама колония, ни ее руководство, он сделал все, чтобы зэки содержались с максимальной строгостью в рамках закона и ведомственных документов ФСИН.
Две с лишним сотен человек жили по парам в камерах на шесть квадратов с умывальником и выносным туалетом-ведром. Вставали в шесть, после чего проводилась проверка, завтракали, сидя или стоя проводили весь день. Пожизненно заключенные на работу не допускались, остальные в тайге заготавливали лес.
В большинстве камер не было телевизоров, а если были, то их разрешали включать лишь для просмотра новостей. Передвигались в так называемой позе «ку» с наклоном и отведенными назад руками. За малейшие нарушения следовал карцер. Баню посещали только раз в неделю и при условии отсутствия дисциплинарных взысканий.
То есть, все было направлено на изоляцию от общества особо опасных преступников, их наказание и устранение даже теоретической возможности совершить подобные деяния – в отличие от колоний с более мягким режимом, исправлять такие жалкие и ничтожные личности никто не собирался.
При таких условиях многие зэки поневоле становятся хорошими манипуляторами. Чтобы сотрудники ИК-56 не жалели их, на двери каждой камеры висели таблички с подробным описанием их преступлений. И такая практика помогла: с 1989-го года ни попыток побега, ни бунтов тут больше не было.
Несмотря на то, что здесь отбывали срок очень примечательные личности: серийные убийцы, маньяки, лидеры крупных банд, педофилы и прочая подобная публика. Судите сами:
- Вадим Веденеев, серийный убийца из Казани – не менее 4-х человек;
- Дмитрий Голубев, рецидивист из Пензенской области – также 4 человека;
- Рамиль Ибрагимов – 7 человек;
- Владимир Миргород – 31 жертва, все женщины.
Хорошо знавший подробности их преступлений, полковник Дадашов всегда выступал за сохранение высшей меры. Кстати, любил говорить об этом со своими подопечными, многие из которых соглашались с необходимостью смертной казни для них. Впрочем, при случае начальник колонии и без этого мог обеспечить им веселую жизнь. Уже упомянутый Веденеев жаловался, что другие зэки по просьбе «кума» сделали ему «выговор с занесением в грудную клетку».
Тем не менее, большинство жалоб заключенных было не на суровость администрации, а на условия содержания, которые отличаются от установленных законодательством. В итоге «Черный беркут» в 2019-м году закрыли по причине отсутствия нормальных туалетов, отбывающих наказание этапировали в другие зоны, а Субхана Дадашова перевели начальником в другую колонию.