В РусГидро, где уже более 30 000 сотрудников работают на отечественном ПО, теперь оценивают не количество внедренных систем, а цифровую зрелость процессов. Заместитель генерального директора компании Александр Чариков объяснил, как отличить жизненно необходимый ИТ-проект от «цифровизации ради цифровизации», и почему в энергетике эффект измеряется не только рублем, но и спасенными жизнями.
— Цифровая трансформация — уже не просто тренд, а необходимость. За последние 5 лет как изменилась роль «цифры» в стратегии РусГидро? Превратилась ли она из инструмента оптимизации затрат в фундаментальный фактор, меняющий саму бизнес-модель гидроэнергетики?
— РусГидро сейчас находится на важном этапе перехода к цифровым бизнес-моделям. За последние несколько лет мы прошли важный путь по обеспечению технологической независимости и формированию обновленного ИТ-ландшафта, построенного полностью на российских решениях. Было реализовано более 20 проектов импортозамещения, и на сегодняшний день уже более 30 000 пользователей работают на импортозамещенных рабочих местах.
Сейчас задача компании — повышение уровня цифровой зрелости процессов и повышение собственной эффективности за счет внедрения цифровых технологий. Взяв за основу отраслевую методику по оценке цифровой зрелости, мы адаптировали ее под специфику компании и получили возможность оценивать отдельные подразделения и бизнес-процессы, фокусироваться на тех процессах, которые могут дать максимальный эффект.
— Часто звучит тезис: «цифровизация ради цифровизации опасна». Как в компании выстраивается система приоритетов? По каким критериям вы определяете, какой проект по внедрению цифровых технологий (будь то ИИ-диагностика или BIM-проектирование) получит «зеленый свет», а какой будет отклонен как избыточный?
— Тезис абсолютно верен. Эффективность внедряемых решений, их зрелость и соответствие функционала требованиям заказчика крайне важны. Несмотря на то, что оценить эффекты от внедрения цифровых инструментов до старта проекта зачастую можно только экспертно или на основе релевантных проектов, в РусГидро существует процедура отбора и защиты проектов, которые будут в итоге включены в стратегию цифровой трансформации.
До начала реализации проекта Блок цифровой трансформации совместно с держателем трансформируемых бизнес-процессов проводит большую работу по формированию детальных требований к системам, изучению рынка ИТ, опыта референтных компаний и оценке потенциальных эффектов от реализации цифрового проекта.
Важно понимать, что для промышленных компаний, эксплуатирующих сложные технологические объекты, эффекты от «цифровизации» могут быть не только экономические, но и качественные, такие как повышение надежности, снижение травматизма и др. Большое внимание уделяется и оценке качества внедренных решений, в том числе и с точки зрения пользователей. Цифровые инструменты порой кардинально меняют процессы, и готовность пользователей к изменениям должна оцениваться еще до старта проекта. После старта импортозамещения мы отмечали снижение показателя, связанного с адаптацией пользователей, но на сегодняшний день уровень удовлетворенности более 85%.
— Гидроэнергетика — сфера, где критически важна предиктивная аналитика. На смену планово-предупредительным ремонтам приходит обслуживание по состоянию. Насколько точны сегодня алгоритмы машинного обучения в диагностике состояния гидроагрегатов? Могут ли они, например, «услышать» зарождающийся дефект раньше, чем это сделает самый опытный инженер?
— Безусловно, обеспечение безопасного функционирования всех энергообъектов, не только ГЭС, и обеспечение надежного тепло- и энергоснабжения потребителей — одна из основных задач нашей компании, и многие проекты цифровой трансформации направлены именно на технологические процессы.
На сегодняшний день в РусГидро внедрен комплекс информационных систем, предназначенный для управления производственными активами и диагностики состояния основного энергетического оборудования и гидротехнических сооружений. Например, помимо традиционной контрольно-измерительной аппаратуры, для мониторинга состояния гидротехнических сооружений применяются БПЛА. Результаты облетов обрабатываются в том числе с использованием ИИ, и их дополняют традиционные методы диагностики. Для основного оборудования (турбины, генераторы, трансформаторы) применяется комплексный подход. Цифровая система управления производственными активами позволяет систематизировать результаты «аналоговых» методов мониторинга оборудования, обследований методами неразрушающего контроля, сформировать атласы технического состояния, рассчитывать текущие и прогнозные значения индексов технического состояния.
Все это дает возможность управлять состоянием оборудования и является основой для принятия решений при планировании технических воздействий. Для оперативного анализа состояния оборудования в процессе работы сейчас реализуется проект по внедрению автоматизированной системы мониторинга и диагностики, которая позволит, анализируя текущий режим работы оборудования, а это несколько тысяч сигналов и показателей, прогнозировать появление и развитие дефектов, не допуская развития серьезных аварий.
— Если говорить об управлении водными ресурсами: как цифровые технологии меняют прогнозирование стока рек и управление водно-энергетическим режимом? Способны ли современные нейросети, учитывающие данные спутников, метеорадаров и наземных датчиков, значительно повысить точность прогнозов паводков, чтобы увеличить выработку без ущерба для безопасности и экологии?
— Несколько лет назад нами был разработан собственный комплекс, позволяющий прогнозировать объем стока рек, в том числе на каскадных гидроузлах. Современные технологии, большой объем данных за всю историю наблюдений за водно-энергетическими режимами позволили достигнуть точности прогнозирования до 98% на среднесрочном периоде. Стоит отметить, что результаты расчета нашего программного комплекса (ИС Диспетчерский центр) используются Федеральным агентством водных ресурсов, которое определяет режимы работы гидроузлов.
— Развитие удаленного управления и «безлюдных» технологий повышает риски в сфере кибербезопасности. ГЭС — объект критической инфраструктуры. Как меняется подход к защите данных и систем управления (АСУ ТП) в условиях, когда станция все больше превращается в «цифровой организм», подключенный к сетям? Где проходит та грань, за которой удобство удаленного доступа вступает в конфликт с требованиями защиты от кибератак?
— Как я говорил ранее, обеспечение безопасного функционирования энергообъектов — одна из наших приоритетных задач, и кибербезопасность — важная составляющая общей системы обеспечения работоспособности объектов энергетики. Современные средства информационной безопасности позволяют реализовывать «цифровые проекты» в необходимом нам объеме, не подвергая при этом компанию дополнительным рискам.
Источник: Дайджест ЦИПР 13-20 марта 2026