Четверо жителей разных регионов организовали нелегальный бизнес: приобретали чужие банковские карты и онлайн-кабинеты, которые затем использовались в теневых финансовых схемах.
Сотрудники УМВД России по Тамбовской области совместно с региональным УФСБ пресекли деятельность организованной группы, занимавшейся незаконным оборотом средств платежей. Четверо жителей разных регионов страны в возрасте от 20 до 30 лет, действуя в роли дроповодов, с августа 2025 года скупали банковские карты и онлайн-кабинеты в финансовых приложениях для проведения теневых операций по заданию анонимных кураторов. Об этом сообщила пресс-служба МВД России.
Согласно материалам дела, в августе 2025 года злоумышленники организовали нелегальный бизнес. Они целенаправленно приобретали чужие банковские карты и доступ к онлайн-кабинетам в приложениях финансовых организаций. Эти платежные средства использовались по указанию анонимных кураторов для незаконных финансовых операций в интересах различных интернет-площадок. За свою работу группа получала вознаграждение.
Первоначально подозреваемые действовали в Тамбовской области, но позднее переместились в Московскую область. При обыске в арендованной квартире в Подмосковье полицейские обнаружили и изъяли два POS-терминала, около 80 дебетовых карт, оформленных на третьих лиц, а также более 60 смартфонов с активированными SIM-картами для доступа к мобильному банкингу.
Следственная часть СУ УМВД России по Тамбовской области возбудила уголовное дело по ч. 5 ст. 187 УК РФ (неправомерный оборот средств платежей). Двоим фигурантам избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, третий помещен под домашний арест, уголовное дело в отношении четвертого выделено в отдельное производство. Правоохранители продолжают устанавливать иных лиц, причастных к противоправной деятельности.
Ранее РБК Черноземье сообщал, что прокуратура Тамбовской области добилась обращения в доход государства более 140 млн руб., полученных по сделкам, которые суд признал антисоциальными. В ходе разбирательства между двумя хозяйствующими субъектами выяснилось, что стороны имитировали хозяйственные операции с целью получения необоснованной налоговой выгоды.