Здравствуйте, мои дорогие читатели.
Всем Добра, Тепла и чистого неба над головой.
Продолжаем наше путешествие по страницами романа «Лабиринты памяти моей.»
Окончание 23 эпизода. ..... Артем лишь молча кивнул головой, в подтверждение своих слов.
- А родители, что родители твои на это сказали, как они отреагировали, Артём?
Но тихий голос Марьи Михайловны утонул в громком звонке, возвещающим конец перемене и пора идти на урок...
(продолжение следует)
Эпизод 24. База. Тревожная ночь.
Старков сидел за партой ровно, не шелохнувшись, стараясь сосредоточиться на том, что, стоя у доски, объясняла им классная. Но стоило той повернуться к классу спиной, как на парту ему упал комок промокашки.
Артём быстро прикрыл её рукой, затем схватил и, спрятав под парту, стал аккуратно разворачивать послание. Развернув и осторожно расправив, он положил записку на колени и стал ждать, когда Марья снова повернётся к доске и он сможет прочитать послание.
Наконец классная снова повернулась к доске и Артёмка вытащив из-под парты промокашку, прочёл: - АРТЕМ РАСКАЖИШЬ СИГОДНЯ?!!
Написано было химическим карандашом, неровными печатными буквами и Артём сразу понял от кого пришло послание, ведь у них в классе умели писать только четверо. Он сам, Славка Васильев, Маринка Сладкова и Катька Старикова.
И то, что Артёмка писал левой рукой у этих умников не засчитывалось, ведь в классе он неуклюже пытался брать свою перьевую "ручку мокалку" в правую руку, но это плохо у него получалось, вернее, совсем не получалось.
Он был единственный левша в классе и друзья иногда весело подтрунивали над ним, говоря, что он вероятно, прилетел с другой планеты. Артему с большим трудом давалось чистописание, но терпеливая Марья стараясь быть спокойной, пыталась переучить мальчишку левшу писать как все нормальные дети правой рукой.
Артём, улучив момент, быстро оглянулся и кивнул головой Сладковой на задней парте, которая была одной из трёх девчонкой, что затаив дыхание, всегда переживала, внимательно слушая его рассказ на школьном стадионе. Мальчишки сначало было пытались избавиться от девчат, но не тут-то было, те оказались с характером и дело едва не дошло до "кровавой битвы" ранцами.
Но Тёмке нравилась, что девчонки, как и мальчишки, тоже с интересом слушают его рассказ и он тотчас прекратил все "гонения" на своих слушательниц, пригрозив друзьям, что без девчонок он больше вообще ни одного эпизода не расскажет.
На этом "противостояние полов" мирно разрешилось и они теперь после уроков все дружно спешили на стадион, на их любимое место.
Дождавшись окончания уроков, "бэшники" шумя, смеясь и толкаясь, высыпали на широкое крыльцо школы.
Чё, погнали на наше место, Артёмка? - уворачиваясь от ранца Катьки Стариковой, улыбаясь, громко вскрикнул Андрюха и отбежав на безопасное расстояние, снова вскрикнул: - А то меня щас порвёт от любопытства, что там с Командором случилось?!
Артём, уже давно успокоившийся после разговора с классной, улыбаясь, пожал плечами и ответил: - Ну погнали! Наши все вышли?!
Андрейка, стоя уже на асфальте перед крыльцом, окинул взглядом одноклассников, ответил: - Не, Славяна нету и Сладковой! Да придут, куда они денутся! Чё, ждать их будем, что ли?!
Артём согласно кивнул другу и одноклассники отправились на "свое место" на стадионе. Они уже успели его оборудовать, притащив за ворота невесть откуда какие-то ящики и коробки, чтобы не сидеть на своих ранцах.
Но уйти за школу им не удалось, ведь тут же в спину им донёсся возмущённый крик Сладковой: - Мальчишки! Куда это вы без нас?! Артём, мы догоняем!
Артёмка шёл с друзьями и вспоминал, на чём он остановил свой рассказ, но никак не мог припомнить, ведь сегодняшняя "картинка" так явно и отчетливо стояла перед глазами, что Старков никак не мог сосредоточиться на прошлых моментах своей, невероятной даже для него истории.
Но, как всегда Андрюха Заверняй пришёл на помощь другу словно чувствуя, что Артём забыл на чём они остановились.
- Арти, ты нам о "люгерах" в прошлый раз рассказывал и как "Белые Братья" наших спасали! - приобняв друга за плечо, напомнил Андрей.
- Хорошо, Андрюх, я вспомнил! - задумчиво ответил Артём и через пару минут друзья пришли к своему месту. Снова начался спор из-за мест в "зрительном зале", запыхавшийся от бега Славик никак не мог поделить место с Катькой.
Артём улыбаясь, смотрел на друзей и готовился рассказать им свою дальнейшую историю. Артёмка не знал, откуда к нему приходят такие яркие и очень реалистичные картинки, он просто видел их наяву, как цветные кадры плёнки своего домашнего фильмоскопа. Он не зря спрашивал всех знакомых взрослых, может ли человек жить несколько раз. Взрослые лишь делали удивлённые лица и не понимали зачем вообще этот малой сорванец такое спрашивает?
Но Старков был уверен, что он ничего не придумывает и что он сам когда-то всё это пережил. Картинки его истории просто внезапно вставали в его Сознании, что отвертеться от них не было никаких сил. Да и желания такого у Артема никогда не возникало, ему самому было жутко интересно что ему "покажут" дальше!
Наконец Катька выгнала Славика со своего места и он, что-то недовольно бурча, наконец успокоился, найдя себя другое.
Артёмка начал рассказывать друзьям свою историю дальше, и мы с вами, дорогие читатели, не будем им мешать, ведь мы с вами уже знаем то, что случилось, так что, мы пойдём дальше!
...Грек без устали методично "качал" грудную клетку Фроста, Монгол вводил адреналин, а мальчишки, боясь даже пошевелиться, молча стояли рядом и со страхом и надеждой наблюдали как оживляют их Командора...
Неожиданно впереди на тропе замелькали огни налобных фонарей и вскоре появились бойцы во главе с Райсом.
- Живой?! - запыхавшись от бега взволнованно спросил Райс и опустился на колени перед телом Командора.
- Надеюсь, будет живой, пока не приходит в сознание, мотор заклинило! - откусывая кончик очередной ампулы адреналина, вполне спокойно ответил Монгол.
- Давайте, бойцы, выводите его из комы и живее на Базу! Наталья уже в лазарете ждёт! Мы к “Створу", нужно самому увидеть последствия! - поднимаясь с колен, сказал Райс и обратился уже к бойцам своей группы: - Гром, Разбойник со мной, остальные помогают доставлять Командора на Базу!
Райс ещё раз внимательно посмотрел на неживое тело своего подчинённого, словно оценивая его шансы на Жизнь и тут же, словно очнувшись и пряча глаза, громко и зло скомандовал: - За мной, бойцы, к "Створу"!
- Мужики, подмените кто-нибудь, силы нафиг уже заканчиваются! - неожиданно взмолился вспотевший Апостол, который сменил Грека. Тут же кто-то из бойцов с готовностью упал на колени и продолжил реанимацию Фроста. Остальные готовили раскладные носилки, споря, выдержат ли они могучее тело Командора. Решили, что одни не выдержат, слишком хлипкие для него они были и тогда разложили вторые для подстраховки.
Наконец, когда уже подходил конец всем надеждам на спасение Командора, он неожиданно закашлялся, едва заметно дёрнулся всем телом и открыл глаза.
Вернувшийся из комы Командор непонимающим взглядом смотрел на бойцов, на мальчишек, казалось силясь понять, что здесь происходит и почему он лежит бревном на тропе, хотя должен быть прикрывать тыл группы. Он тяжело, с каким-то свистом задышал, приведя мальчишек в восторг, но виду они не подали, лишь Старков показал Фросту большой палец чуть вытянутой вперёд левой руки. Но вряд-ли Командор видел эту их своеобразную поддержку, состояние у него было ещё слишком тяжёлым.
- Ну вот, я ведь сказал, рановато тебе еще помирать, громила! Ты мне ещё партию шахмат должен, помнишь, Фрост? - обрадованный Монгол чуть дотронулся до головы спасённого, повернул лицо Командора к себе и внимательно посмотрел ему в глаза.
- Худо дело, братва! Он хоть и вернулся, но мозг по ходу не хочет возвращаться! Тащим его скорее до Базы! Наталья может спасёт, мы свою задачу выполнили! Бойцы, грузим Командора и аккуратно несём на Базу!
Бойцы осторожно подняли Фроста, всё так же ничего не понимающего, погрузили его на двое носилок и ступая в ногу, медленно пошли на Базу.
«Белые Братья» прибыли ровно в полночь. И то, что их не заметил усиленный караул «Северного Створа» казалось, уже никого не удивило.
Растревоженный гарнизон никак не мог успокоиться после таких страшных событий и бойцы и гражданский народ сидели на улице, игнорируя отбой, тихо разговаривая и делясь своими недавними страхами и переживаниями.
"Белые Братья" совершенно неожиданно возникли словно из ниоткуда, они на своих мощных красивых конях будто бы просто материзовались на небольшой площади Базы и, не торопясь, молча спешились.
Затем один из них, не говоря товарищам ни слова, показал рукой на лазарет, где уже сутки в беспамятстве валялся Командор, под неустанным присмотром Натальи Сергеевны и Виктора Леонидыча. Фрост иногда ненадолго приходя в сознание, пустыми глазами непонимающе смотрел на них и бормоча что-то несвязное, снова проваливался в небытие.
- Не вы́ходим, я думаю, Наталья, мы его, умрёт Командор. Нет у нас условий для его полной реабилитации. Тут ничего поделать нельзя - сегодня вечером едва слышно прошептал Леонидыч Наталье и та, с такой болью взглянула на него, что старый доктор сразу же пожалел, что высказал такое предположение.
Фрост уже почти двое суток реально находился на грани Жизни и Смерти и, казалось, даже его большое мощное тело стало намного меньше, настолько беспомощным он сейчас выглядел. Бледная, почти фарфоровая кожа, казалась тонкой как пергамент, через которую угадывалась сеточка вен. Глаза впали и под ними зияли огромные синяки. На Командора нельзя было смотреть без волнения и сожаления. На когда-то мощной груди проступали жёлто- синие пятна, очевидно следы от недавней реанимации. Он почти не двигался, лишь иногда приходя в себя, открывал ненадолго глаза и тут же закрывал, словно у него больше не было сил смотреть на этот жестокий мир.
Сергей отлучался от побратима очень редко, лишь когда его вызывал в штаб Райс или нужно было присмотреть за Гектором. Напарнику, к счастью, повезло намного больше и тот чертов люгер не успел таки сломать ему рёбра. Но, очевидно тварь жёстко помяла волку внутренние органы и вставал он теперь на лапы с большим трудом и очень осторожно, чуть слышно поскуливая.
Сергей днём аккуратно брал Гектора на руки и нёс на улицу, где того уже ждали встревоженные мальчишки.
- Ничего, жить будем, правда, красавчик?! - любовно укладывая своего напарника на мягкую подстилку, нежно приговаривал Охотник. Мальчишки тут же усаживались вокруг раненого волка и даже осторожно гладили его по лохматой башке, ласково приговаривая тому ласковые слова. Сергей вчера отошёл в сторону и на вопросы, что там с Гектором делают мальчишки, он, улыбаясь, ответил: - Ничего странного, у Гектора сейчас психотерапия!
Гектор кажется, уже шёл на поправку и в отличие от Командора он хорошо ел, и уже чаще вставал на свои мощные лапы, ища взглядом Сергея. Правда, его временами ещё слегка "штормило", но было понятно, что это сильное животное скоро выкарабкается из серьезного недуга и полностью восстановится.
Старцы, между тем, оправив свои белые широкие бороды, словно не замечая на себе восхищённых взглядов поселенцев, не слышно ступая, широким размеренным шагом направились прямиком к лазарету.
Открыв дверь, по видимому, старший из "Братьев", даже не глянув внутрь, глухим тягучим голосом негромко произнес, казалось в пустоту: - Доброй ночи вам, люди добрые, будьте так милостивы, погуляйте пока на воздухе! Мы вас позовём, когда закончим смотреть вашего "Анику - Воина"!
Опешившие от неожиданности Наталья и Виктор Леонидыч тотчас поднялись и осторожно пошли к двери с широко открытыми от удивления глазами. Возражать даже никто из них и не подумал, ведь это были их Спасители и они явно знали, что делать. Сказать на вид, сколько лет от роду было этим "Братьям" было практически невозможно. Им могло быть и семьдесят и девяносто лет, а может быть они вообще не имели возраста, судя по их умиротворению, что буквально светилось от их мощных молчаливых фигур.
И хотя их было очень трудно идентифицировать, но Странник, внимательно наблюдавший за ними и сейчас и тогда, отметил про себя, что это были вовсе не те "Братья", что недавно так легко перелетали через реку, выжигали из неё тварей и спасали раненых бойцов. Одеты были "Братья" вроде бы и так же одинаково, но опытный глаз разведчика не даст себя обмануть, это были другие «Братья»! Да и кони у них тоже были совсем не те, что тогда у «Створа».
Старцы дождались когда Наталья с Леонидычем покинут лазарет, затем переглянувшись, молча вошли внутрь, плотно закрыли за собой дверь и через минуту висевшие на двух окнах лазарета занавески задёрнулись, словно отгородившись от поселенцев.
Старцы подошли к широкой кровати, на которой в беспамятстве валялся Командор и дружно ухватив её, осторожно выкатили на середину этого длинного, но узкого как пенал, помещения.
Затем один из них достал из-за пазухи какой-то большой серый матерчатый свёрток и подошёл к столику, стоящему в самом конце комнаты. Обернувшись к Братьям, склонившимся над Фростом и осматривающим его, он негромко произнёс, разворачивая свёрток: - Ваше слово, Братья мои! Сумеем?
- Добро делать, не гречиху сеять, брат мой, Страгор! Но Добро в наших Сердцах и в наших руках, так почему мы должны сомнениями быть охвачены? Без нас погибнет этот славный Воин, так что, приступаем и с Богом! В Вальхаллу ещё слишком рано этому Воину, пусть Верхний мир очищает от скверны! А мы уж ему подсобим, как умеем, думаю, мы справимся! - уверенно ответил ему один из старцев, что держал свои широкие ладони на груди Командора и тут же добавил: - Сломаны два ребра у Воина!
Услышав этот своеобразный диагноз, Страгор кивнув головой, снова повернулся к своему свёртку и развернув его полностью, начал раскладывать на столике какие-то пахучие травы и ярко блестящие тонкие пластины. Пластин было восемь. Четыре по всей видимости, были золотые и четыре ослепительно белые из неизвестного металла.
Затем оглядев всё, что извлёк, Страгор снова полез за пазуху и на сей раз вытащил какой-то широкий кусок желтой плотной материи, похожий на некий пояс.
- Я готов, брат мой, Звонимир! Вы готовы, брат Светлодар? Обнажите воина по пояс! - негромко проговорил Страгор и увидев, что бок Фроста перебинтован, нахмурился и подошёл к нему. Достав нож из своих широких одежд, он вытащил его из ножен и одним движением рассёк бинт. Затем осторожно открыл место ранения и удивлённо произнёс: - Час от часу не легче, братья мои! Почему наш Ясногор не увидел, что у Воина ещё есть и такая безобразная рана в боку?
Было видно, что он очень удивлён и огорчён столь неожиданным открытием.
- Он ведь не волшебник и видит не всё, брат Страгор! Винить его нельзя хорошо, что он этого Воина на Переходе увидел!
- Делать нечего, браты мои, Начинайте! - немного помолчав, явно собираясь с мыслями, уже спокойно произнёс Стра́гор и подошёл к медицинскому столику.
Поселенцы, с любопытством наблюдавшие за окнами, с удивлением увидели как там погас свет и через минуту они услышали, что из помещения лазарета послышался непонятный и всё нарастающий звук, от которого у всех любопытствующих, тотчас побежали мурашки по коже и всем стало почему-то немного холодно. Затем все
увидели, как там внезапно погас свет, но через минуту помещение вновь озарилось, но уже каким-то совершенно другим мерцающим полыхающим светом, похожим на Северное Сияние на Поверхности.
Все с тревогой и какой-то необъяснимой тревожной радостью повскакивали с мест и застыв, молча смотрели на этот, хоть и скрытый занавесками на окнах невероятный, просто какой-то магический свет, который заполыхал в лазарете.
Всё нарастающий вибрирующий звук из лазарета был какой-то гортанный и низкочастотный, он заставлял тела людей тоже вибрировать, непроизвольно чуть дёргать руками и переступать с ноги на ногу. Ощущение чего-то неведомого и странного охватило поселенцев, но уйти с места столь странных событий никто не посмел. Старцы не могут нанести своим временным гостям вред, точно знали люди, они просто спасают умирающего Фроста. И они были совершенно правы, это "Белые Братья" приступили к спасению Командора.
Звони́мир внимательно смотрел на Стра́гора, продолжая их общее со Светлодаром "песнопение". Небесный, странно мерцающий свет, всё ярче исходящий от белых пластин, очень хорошо освещал строгое помещение лазарета и все действия "Братьев" были прекрасно видны.
Светлодар и Звони́мир, сложив руки на груди и закрыв глаза, непрерывно повышали частоту песнопения, пока Страгор бережно и аккуратно раскладывал мягкие синевато-оранжевые растения на груди и животе Фроста. Внимательно оглядев Командора, он удовлетворённо хмыкнул, бережно поправил бороду и вернувшись к столик, забрал с него четыре золотые пластины, что отливали своим золотым блеском в сияние белых пластин. Осторожно изогнув одну из них, он примерил её к боку Фроста, изогнул ещё немного и, убедившись что она полностью подходит к телу, прикрыл ею страшную зияющую рану Фроста, смазанную какой-то мазью. Остальные три он аккуратно разложил на живот пациента.
Ещё с минуту Страгор пристально смотрел на Командора и лишь затем, довольно хмыкнул в густую белую бороду, ведь пациент был уже спокоен и пластины равномерно поднимались вместе с его ровным дыханием.
Но вдруг словно что-то вспомнив, он снова поспешил к столику, где оставались те четыре загадочные пластины, испускающие удивительно красивый полыхающий свет на всё помещение лазарета. Складывалось впечатление, что пластины эти светятся именно под воздействием "пения" Звонимира и Светлодара. Страгор одобряюще кивнул Братьям и показал своей огромной ладонью, покачав её вверх вниз, чтобы они повысили частоту своего песнопения.
Снова подойдя к Фросту, он аккуратно раздвинул растения, очень осторожно надавив, как бы припечатал светящиеся пластины к груди своего "пациента".
Поселенцы на улице лишь вздрогнули, заметив, как дрогнул свет в лазарете, но он не погас, а стал ещё ярче озарять помещение.
Звони́мир со Светлодаром продолжали своё странное песнопение, а Страгор, положив руку на лоб Командора вдруг неожиданно громко заговорил: - Возвращайся, Воин!
- Тебя не ждут в Вальхалле, ещё не пришло Время твоё!
- Возвращайся, тебя ждут Здесь!
- Ты снова здоров, как и прежде, люгеры тебе не страшны, они больше не причинят тебе вреда, Воин!
- Прошу тебя, возвращайся!
- Впредь ты, Воин, будешь под нашим присмотром!
- Приказываю тебе, возвращайся назад!
Говоря эти слова, словно некую мантру или заклинания, Страгор внимательно смотрел на лицо Фроста, но пока ничего не происходило, Фрост лежал спокойно и даже казалось, что он уже "ушёл". Но Страгор уверенно продолжал твердить свои мантры, не теряя надежды.
Народ на улице слышал, что происходит в лазарете и словно замер в томительном ожидании.
И вдруг тишину ночи разорвал жалобный вой Гектора! Тот, словно вторя песнопению старцев, громко протяжно завыл, бередя души жителям Базы. У женщин сразу навернулись слёзы на глазах, мужчины застыли в немой скорби, ведь всем им показалось, что Гектор завыл, прощаясь с Фростом! Все были уверены, что "Братья" не смогли спасти их Командора и теперь всё кончено!
Наконец Гектор смолк так же неожиданно, как и начал и из небольшого помещения лазарета, рядом с основным медбоксом осторожно вышел Охотник, бережно неся на руках своего друга.
- Старков! Тащи быстро его матрас! - найдя глазами сына, громко приказал ему Сергей. Артём кинулся в помещение где содержали Гектора и моментально оказался с подстилкой в руках рядом с отцом, ожидая, когда тот укажет место. Сергей, отойдя недалеко от лазарета, показал сыну ногой, куда он хочет положить Гектора и Артёмка тотчас уложил туда мягкое "ложе" для волка.
Народ вокруг замер, ничего не понимая, слушая пение старцев и громкий голос Страгора.
Горловое песнопение старцев казалось, достигло своей наивысшей точки, но Страгор продолжал твердить свои заклинания всё громче и громче. Пластины на теле Фроста светились всё ярче и мощнее и казалось, что лазарет буквально горит изнутри, полыхая изумительным светом.
Так продолжалось минут пятнадцать и наконец Фрост, шевельнув пальцем левой руки, открыл глаза. Но тут же снова закрыл, вероятно ослеплённый нестерпимо ярким светом, исходящего от странных пластин на своёй груди.
- Ну, вот и славно, Воин! Мы вытащили тебя, теперь ты с нами, друг мой! Теперь мы за тебя в ответе перед Вальхаллой.
Не торопись, приходи в себя, с того Света возвращаться ой, как непросто!
Сделав ладонью знак Братьям, чтобы те понизили частоту своего "песнопения", Страгор улыбнулся в свою белую бороду, снял руку со лба Фроста и отошёл, словно хотел издали посмотреть на их пациента. Пластины медленно затухали вместе с понижающейся частотой звука голосов старцев и вскоре в лазарете стало тихо и темно. Страгор включил свет и с нескрываемой радостью смотрел на Фроста, который уже не выглядел умирающим, а с удивлением смотрел на пластины, что лежали на его теле, затем неуверенно поднял руки, рассматривая их, словно вспоминая, что с ним произошло и как он здесь оказался.
- У пас получилось, Брат Страгор! - с нескрываемым восхищением вскрикнул Звонимир, глядя на оживающего Командора.
- Да братья мои, а разве кто из вас сомневался?! - довольный их общей работой, чуть заметно улыбаясь в бороду, ответил Страгор.
Затем он приказал Командору: - Лежи, Воин, пока не разрешу вставать! Кивни, если понял!
Фрост осторожно, словно ещё не доверяя своему телу, легонько кивнул головой в ответ. Под глазами у него оставались темно синие пятна, кожа была ещё мертвенно бледной, но это было уже не так страшно, главное, он вернулся!
- Вот и славно, храбрый Воин! - негромко сказал старец и, накрыв Командора одеялом до самого горла, неожиданно пошёл к двери.
- Могу я видеть среди вас Охотника, люди добрые?! - своим зычным громогласным голосом спросил он у поселенцев, что упорно не желали расходиться, несмотря на поздний час.
- Здесь я, мудрый Страгор! - громко отозвался Сергей, который в окружении мальчишек сидел возле Гектора,
- Бери друга своего и ступай к нам! - приказал Страгор и снова зашёл в лазарет, оставив дверь открытой.
Охотник аккуратно поднял Гектора, Артём тут же быстро подсунул ему под мышку подстилку волка и под удивлённые взгляды жителей, Сергей пошёл к лазарету.
- Вот и твой побратим, Командор! Пусть он первый поприветствует Воина, только что вернувшегося из Небытия!
Сергей осторожно вошёл в лазарет и, увидев лицо Фроста, чьи глаза смотрели на него вполне осмысленно, а губы расплылись в ещё довольно слабой улыбке, замер от неожиданности и нескрываемой радости.
- Да ну нафиг, Фрост?! Ты вернулся, брат?! - восхищённо, но очевидно, ещё не совсем доверяя глазам своим, негромко вскрикнул Сергей.
- Ложи Малыша сюда, обними побратима и уходи!: - снова строго приказал Страгор и, вытащив из-под мышки Сергея подстилку Гектора, разложил её на полу возле столика. Страгор явно не хотел показывать Охотнику, каким образом они вернули Командора к Жизни.
Звонимир и Светлодар, вероятно, тоже очень довольные своими стараниями, молча улыбались в бороды и лучистыми глазами смотрели на происходящее.
Сергей аккуратно уложил Гектора на подстилку и тот тут же вяло завилял лохматым хвостом, словно увидел старых знакомых.
Затем Сергей подошёл к Фросту, наклонился к нему, легонько прижался к его груди и что-то едва слышно прошептал тому на ухо. Лицо Командора расплылось уже в широкой улыбке и он кивнув другу, озорно подмигнул ему. Сергей, легонько потрепал Фроста по волосам, выпрямился, тоже улыбаясь, посмотрел на Гектора и негромко произнёс: - Держись, напарник, Братья непременно поставят тебя на ноги!
Всё так же загадочно улыбаясь, он вышел из помещения и плотно прикрыл за собой дверь.
- Ну, что, Малыш, снова мне тебя спасать нужно? Когда же ты уже начнёшь беречь себя, приятель? - стоя на коленях возле Гектора ласково отчитывал волка Страгор, осторожно гладя его по лохматому взъерошенному боку. Тот лишь виновато вилял хвостом и всё норовил лизнуть руку Страгора своей широкой розовой "лопатой". Гектор конечно, на всю свою волчью Жизнь запомнил Страгора, своего спасителя.
Когда Охотник отбил его от стаи бешеных полупсов на границе «Пальца Смерти» и принёс его едва живого, израненного и искалеченного к «Белым Братьям», именно Страгор выходил его и вернул к Жизни.
«Волки это ведь не люди, они Добро никогда не забывают, вот и Гектор не забыл.»
- Ну, с тобой, Малыш, я сейчас и сам управлюсь, рёбра смотрю все целёхоньки, а нутро мы тебе прямо сейчас поправим, друг мой, будешь здоровей да сильней прежнего - продолжая гладить Гектора, приговаривал Страгор, одновременно ощупывая тело волка.
Фрост лежал на кровати и с тревогой смотрел на беднягу Гектора. Но его спокойствие нарушил Страгор. Он поднялся во весь свой огромный рост, едва не касаясь седой головой подволока, подошёл к нему и строго спросил: А ты, Аника-воин, так и будешь лежать в колыбели?! Там твой народ ждёт тебя! Встань, оденься и иди к нему!
С этими словами Страгор бесцеремонно откинул одеяло с Фроста и снял пластину с раны на боку. Вместо безобразно зияющей раны, на боку Командора остался лишь круглый рубец ярко красного цвета. Страгор едва заметно улыбнулся и слегка надавил на рубец двумя пальцами. Фрост даже не вскрикнул, лишь чуть поморщился, да и то, скорее от неожиданности.
- Не боись, Воин, мы своё дело знаем! - проговорил Страгор и начал снимать с тела Фроста растения которые почему-то превратились в засохшие стебли и все пластины. Командор удивленно и непонимающе смотрел на своего "доктора" и молчал.
Страгор, сняв с него все свои атрибуты лечения, отошёл к столику, положил их на него и, взяв широкий кусок странной материи, который действительно оказался поясом, вернулся к "пациенту".
Поднимись, Воин, мне нужно это на тебя надеть! - строгим голосом приказал старец.
Командор опасливо, словно не доверяя своему телу, сел в кровати и недоумённо уставился на Страгора.
- Грабалки свои подними, Воин, хотя тебе это неведомо! - хитро улыбнулся Страгор.
Фрост легко поднял руки вверх и старец, продев пояс через через голову, надел его на грудь спасённого. Убедившись, что пояс хорошо прикрыл грудь Командору, он отошёл от него и странно глядя, громко начал говорить.
- А теперь слушай меня внимательно, Командор!
- Никогда и ни при каких обстоятельствах не снимай этот пояс, пока я не явлюсь и не заберу его!
- Ты меня понял?!
- Никогда не снимай его с себя, иначе будет очень худо!
- Рёбра твои зарастут уже к утру, после второго дня ты снова будешь здоров, лучше прежнего, если не снимешь его!
- Купайся прямо в нём, он тебе мешать не будет!
- Не снимать никогда! Условились?! - жёстко и требовательно внушал Страгор неожиданную и очень странную Истину Командору, а тот ошарашенный его словами, лишь во все глаза смотрел на старца и согласно кивал головой.
- А теперь одевайся! Береги себя! Когда нибудь я научу тебя как Жить двести лет!- то ли в шутку, то ли всерьёз закончил он свои наставления поражённому Фросту.
Затем Страгор внимательно осмотрелся и, не найдя никакой одежды, обратился к Светлодару: - Брат мой, выйди наружу, пусть принесут одежды нашему Воину! Не нагим же ему идти к своему народу?!
Светлодар улыбнулся в бороду и вышел наружу.
- Люди добрые! Одежды нужны вашему Командору! Будьте так добры, принесите их мне! - странно тягучий, мощным голос его огласил округу и заставил людей вздрогнуть и радостно зашуметь. Кто-то тут же бросился искать одежду Командору и База буквально взорвалась громкими голосами поселенцев.
- Поднимайся, Командор, ты снова в строю, береги себя и братьев своих! - уже серьёзно глядя на Фроста, громко произнёс Страгор, видя, что тот всё ещё не верит собственному телу, которое ещё недавно беспомощно валялось в предсмертном бреду. Наконец Командор поднялся с кровати во весь рост и Страгор со Звонимиром снова дружно улыбнулись, слишком нелепо выглядел этот их взьерошенный бывший "покойник" в своих широких синих трусах.
Фрост смущенно заулыбался и, чтобы скрыть смущение, попытался присесть, вытянув перед собой руки и это у него хорошо получилось! Тогда он, почувствовав наконец-то своё тело, начал приседать снова и снова, явно не веря, что так бывает. Картинка действительно была довольно смешная, отважный Воин Командор в одних трусах делает зарядку.
- Всё, некогда мне с тобой улыбаться, живи радостно, сражайся мужественно и не снимай мой пояс! - Страгор отвернулся от радостного Фроста, которые по прежнему продолжал приседать и пошёл к Гектору.
- Ну вот, видишь бродяга Пустоши, как мы Командора подняли?! Сейчас и ты побежишь к своему другу! - с этими ободряющимм словами Страгор встал на колени перед Гектором, позволил тому лизнуть руку и начал одному ему известные манипуляции с волком....(Продолжение следует)
PS. На сегодня это всё, мои дорогие читатели, надеюсь, вам понравилось!