Вы знаете, что последний «человеческий зоопарк» в Европе закрылся не в XIX веке и даже не в начале XX-го — а в год запуска советского спутника? И что в его «экспонаты» бросали бананы?
Представьте: воскресный день, нарядная семья выходит на прогулку. Папа, мама, дети. Они покупают билеты, едят мороженое, смотрят на животных в клетках. А потом заворачивают в соседний вольер — посмотреть на людей.
Не на актёров. На живых людей. С другим цветом кожи. Привезённых за тысячи километров от дома — чтобы стать «аттракционом».
Это не антиутопия. Это реальная история Европы, о которой сегодня принято молчать.
Как это вообще началось
В 1874 году гамбургский торговец животными Карл Хагенбек поставил простой вопрос: публика хочет экзотики — зачем везти только зверей?
Хагенбек был успешным предпринимателем. Он поставлял слонов, жирафов и тигров в зоопарки по всей Европе. Но однажды он додумался привезти вместе с животными ещё и людей — саамов (лапландцев) и жителей островов Самоа — и выставить их как «чисто природные популяции» в их «естественной среде обитания».
Публика была в восторге. Бизнес пошёл.
С этого момента «этнологические экспозиции» — так это официально называлось — стали распространяться по всей Европе и Америке со скоростью эпидемии. Антверпен, Лондон, Барселона, Милан, Нью-Йорк, Варшава, Гамбург, Берлин, Париж. Каждую выставку посещали от 200 до 300 тысяч человек. Это был настоящий хит шоу-бизнеса эпохи.
На парижской Всемирной выставке 1889 года «деревню негров» посетили более 28 миллионов человек. Для сравнения: всё население Российской империи тогда составляло около 100 миллионов.
Германия: железный канцлер идёт смотреть на людей в клетках
Германия стала одним из главных центров этого явления. И дело не только в Хагенбеке.
В немецком обществе второй половины XIX века господствовали идеи социального дарвинизма. Философы, учёные, интеллигенция искренне верили: человечество делится на «высшие» и «низшие» расы, и это можно — нужно! — изучать и демонстрировать публике.
В «негритянские деревни» немецких зоопарков приходили не только простые обыватели. Сам Отто фон Бисмарк, «железный канцлер», объединитель Германии, посещал такие выставки. Кайзер Вильгельм II в 1909 году лично приезжал в гамбургский зоопарк, чтобы посмотреть на эфиопских «экспонатов» через деревянный забор — этот момент даже сохранился на фотографии.
В вольерах рядом с африканцами нередко держали обезьян. Смысл был прозрачен: показать «переходное звено» эволюции между животным и «настоящим» человеком.
Один из самых жутких эпизодов в этой истории — судьба эскимосской семьи Авраама Улрикаба.
В 1880 году агент Хагенбека уговорил Улрикаба — набожного христианина, умевшего читать и писать — приехать с женой, двумя дочерьми и несколькими соседями из канадского Лабрадора в Гамбург. Обещали хороший заработок.
Семью выставляли сначала в Гамбурге, потом в Берлине, потом отправили в тур по Европе. Улрикаб вёл дневник на языке инуктитут — он записывал всё унижение, которое им пришлось пережить: как зрители тыкали в них пальцами, смеялись, обращались как с животными.
Ещё до отъезда из Канады им должны были сделать прививку от оспы. Не сделали — не было средств. Немцы обещали привить уже в Европе. Тоже не сделали — по неизвестной причине.
Когда первые члены группы начали болеть, врачи поставили неверный диагноз. К тому моменту, когда всё стало ясно и оставшимся наконец ввели вакцину, было слишком поздно.
К 16 января 1881 года — через пять месяцев после прибытия — все они были мертвы. Все девять человек. Авраам Улрикаб умер 13 января, его жена Ульрика пережила мужа всего на три дня.
Где похоронена эта семья — неизвестно до сих пор.
Бельгия: «приносим цивилизацию в Конго»
Если Германия была лидером по числу выставок, то Бельгия оставила самый долгий и самый постыдный след.
В 1897 году по приказу короля Леопольда II в парке Тервюрен близ Брюсселя была создана «конголезская деревня». 267 мужчин и женщин из бельгийской колонии — Конго — разместили в хижинах с соломенными крышами в глубине парка и заперли, как в контактном зоопарке.
На медной табличке у входа красовалась надпись: «Бельгия приносит цивилизацию в Конго».
На самом деле в это самое время бельгийцы отрубали конголезцам руки за недостаточно быстрый сбор каучука, убивали целые деревни и фотографировали горы отрубленных конечностей как отчёт о «наведении порядка». Общее число погибших в Конго под управлением Леопольда II историки оценивают в 10 миллионов человек.
Но в парке Тервюрен — цивилизация. Прогресс. Аттракцион.
Трое из 267 конголезцев умерли прямо во время выставки — от холода и болезней, к которым у них не было иммунитета. Их судьба не стала поводом для закрытия экспозиции.
А теперь — самая шокирующая деталь этой истории.
Последний «человеческий зоопарк» в Бельгии работал не в 1897 году. И не в 1910-м. И не в 1930-м.
В 1958 году — когда СССР уже запустил первый спутник Земли, когда Эйзенхауэр был президентом США, когда в Европе вовсю работало телевидение — на Всемирной выставке «Экспо-58» в Брюсселе бельгийцы снова устроили «конголезскую деревню».
На этот раз конголезцы приехали добровольно. Официально всё называлось «культурным обменом».
Но за бамбуковым забором они сидели точно так же, как 60 лет назад. Белые посетители издавали обезьяньи звуки и бросали через ограждение бананы и орехи.
Одна из фотографий того дня облетела весь мир: толпа нарядных европейцев бесцеремонно рассматривает маленькую африканскую девочку — как смотрят на животное в зоопарке.
В итоге возмущённые конголезцы досрочно покинули выставку.
Бельгийский король Филипп принёс официальные «сожаления» по поводу колониальной политики лишь в 2020 году. Официальных извинений бывшим колониям страна не принесла до сих пор.
Российская империя: «Деревня Сомали» в петербургском Луна-парке
История «человеческих зоопарков» коснулась и России — хотя здесь всё было устроено иначе.
Российская империя не имела колоний в Африке и не занималась работорговлей. Поэтому «этнографические выставки» здесь носили иной характер — скорее развлекательный, чем расистско-научный.
В 1912 году в Санкт-Петербурге открылся Луна-парк — грандиозный центр развлечений на Офицерской улице (ныне — место, где стоит Мариинский концертный зал). Американские горки, «чёртово колесо», театры, рестораны. И — «Деревня сомалийцев».
В декорациях «аутентичной африканской деревни» жили темнокожие мужчины, женщины и дети, которых петербуржцы могли наблюдать за жизнью. Как писала тогда пресса: «Словно хорошо вычищенные гуталином, негры блестят под электрическим светом». Сомалийцы танцевали, метали копья, демонстрировали ремёсла — сапожника, резчика, оружейника.
Билеты стоили от полутора до двух рублей — при месячном заработке рабочего в 50-60 рублей. Недёшево. Но народ шёл.
В 1913 году на той же сцене выступал Владимир Маяковский — как автор, режиссёр и исполнитель главной роли в своей трагедии «Владимир Маяковский». Поэт-бунтарь соседствовал с «сомалийской деревней».
Но вот что принципиально отличало петербургский опыт от европейского.
Организатор выставок некий господин Рост заключал с «артистами» письменные трудовые договоры. По этим договорам африканцы и представители других народов получали зарплату, одежду, питание и бесплатное медицинское обслуживание (известна фамилия врача, регулярно осматривавшего участников — Аркадий Элькинд). При отъезде выплачивался бонус.
Для сомалийцев построили деревню, похожую на родную — но хорошо отапливаемую, что в петербургском климате было критически важно.
Приезжали и «экспонаты» из ближних краёв: ненцы и саамы сами охотно ехали в столицу — зимой, на оленях. В Петербурге они хорошо зарабатывали: желающих прокатиться на оленях было предостаточно. Чум ставили прямо на Дворцовой площади.
Российская империя при этом официально отказывалась давать разрешение своим подданным участвовать в аналогичных европейских экспозициях — полагая это унижением.
Луна-парк прекратил работу в апреле 1918 года — после революции.
Несколько фактов, которые трудно уложить в голове
Факт первый. Ярмарочный шоумен Фридрих Вильгельм Зибольд показывал людей на мюнхенском Октябрьском фестивале — Октоберфесте — вплоть до 1931 года. То есть когда Гитлер уже вовсю рвался к власти, немцы всё ещё покупали билеты на «живых дикарей».
Факт второй. Последний постоянный «человеческий зоопарк» исчез из Европы только в 1935 году — в Базеле. А в 1936-м — в Турине. Это год Берлинской Олимпиады. Год, когда весь мир смотрел, как Джесси Оуэнс побеждает на беговой дорожке.
Факт третий. Историк Курт Йонассон считает, что человеческие зоопарки исчезли не из-за распространения идей равноправия, а прежде всего из-за Великой депрессии 1929 года: у простых людей просто кончились деньги на билеты. Там, где деньги не кончились — продолжали ходить смотреть.
Факт четвёртый. В Германии человеческие зоопарки запретил Гитлер. По иронии истории — именно нацистский режим, строивший собственные концентрационные лагеря, счёл демонстрацию людей в вольерах недостойным занятием и отменил такие шоу административным порядком.
Факт пятый. В 1906 году в Бронкском зоопарке Нью-Йорка в обезьяннике поселили пигмея из Конго — Ота Бенгу. На табличке у клетки было написано: «Родился и вырос на реке Касаи, Конго. Можно посмотреть каждый день после обеда». Американские священники подняли скандал, и через несколько недель Бенгу был освобождён. Но до конца жизни он так и не смог вернуться на родину. В 1916 году он застрелился.
Факт шестой. В 1889 году Хагенбек захватил 11 человек из племени селк'нам с островов Огненная Земля. Это произошло с официального согласия правительства Чили. Людей не нанимали — их просто забрали.
Зеркало, которое не врёт
Сегодня большинство европейцев, узнав об этой истории, искренне поражаются: «Не может быть! У нас?! В двадцатом веке?!»
Может. Было. В двадцатом.
Карта Европы, на которой страны с «человеческими зоопарками» окрашены в красный — почти вся красная. Франция, Германия, Норвегия, Испания, Италия, Бельгия, Великобритания, Нидерланды.
Эта история неудобна по нескольким причинам.
Во-первых, она совершенно не вписывается в нарратив о «цивилизованной Европе», несущей свет и прогресс тёмным народам. Именно «цивилизованная Европа» держала людей в клетках и бросала в них бананы — одновременно строя Эйфелеву башню и открывая рентгеновские лучи.
Во-вторых, это происходило не в тёмном Средневековье, а в эпоху Дарвина, Маркса, Толстого, Достоевского. В эпоху, которую принято считать расцветом гуманизма.
В-третьих — и это, пожалуй, самое важное — граница между «цивилизацией» и «варварством» оказывается катастрофически тонкой. Люди, ходившие смотреть на «дикарей» в вольерах, были точно такими же обычными людьми, как мы с вами. Они любили детей, ходили в церковь, читали газеты и считали себя добропорядочными гражданами.
Они просто не думали о том, что по ту сторону забора — тоже люди.
Последний раз в истории Европы нарядные горожане стояли у ограды и смотрели на человека в вольере в 1958 году.
Первый советский спутник был запущен в 1957-м.
Человечество умеет двигаться в разных направлениях одновременно.
Если этот материал вас зацепил — поставьте лайк и подпишитесь. История полна страниц, которые принято не замечать. Будем их читать вместе.