200 миллионов против 1,5 миллиарда — арифметика потерь
Правительство Новосибирской области выделило 200 млн рублей на оперативное возмещение ущерба домохозяйствам [из исходного текста Forbes]. Фермерам платят 173 рубля за килограмм живого веса. Средняя корова стоит на рынке 120–150 тысяч рублей. По такой компенсации выходит в два раза меньше.
Эксперты компании «Аналитика. Бизнес. Право» подсчитали масштаб бедствия:
- уничтожено от 87 500 до 90 500 голов скота
- реальный ущерб собственников — более 1,5 млрд рублей [из исходного текста Forbes]
Это только прямая стоимость убитых животных. Не считая упущенной выгоды, затрат на корма, которые фермеры закупали всю зиму, и психологических потерь.
Фермер Полежаев, чье хозяйство уничтожили одним из последних, отказывается подписывать бумаги на компенсацию. «Документы так никакие и не дали. Но требуют, чтобы я подписал согласие и еще какие-то бумажки. Не хочу» [из исходного текста Forbes].
Официальная версия, в которую не верят даже ветеринары
Официальная версия властей — мутировавший пастереллез, который приобрел нестандартную форму и перестал поддаваться лечению. Руководитель Россельхознадзора Сергей Данкверт лично приезжал в Новосибирскую область 18 марта, чтобы подтвердить: жесткие меры нужны для «сохранения и обеспечения продовольственной безопасности страны» [из исходного текста Forbes].
Но фермеры, юристы и ветеринары сомневаются.
Константин Полежаев, фермер: «Пастереллез лечится и не требует убоя. Мои животные после первого посещения ветеринаров чувствовали себя хорошо, активно плодились, а когда приехали их изымать, уже полностью выздоровели» [из исходного текста Forbes].
Светлана Щепеткина, врач-эпизоотолог, судебный эксперт по ветеринарии: «Мы не можем ничего утверждать на 100%, не представлен ни один результат анализов. Чтобы определить, есть ли возбудитель болезни или защитные поствакцинальные антитела, достаточно взять кровь на исследования, их можно провести за несколько часов. Несмотря на просьбы, владельцам животных отказали в предоставлении результатов анализов и независимой ветеринарной экспертизе, что говорит в пользу того, что официальная заявленная властями версия далека от правды» [из исходного текста Forbes].
Андрей Кузьмин, адвокат, юрист проекта pravo.vet: «Пастереллез не включен в категорию особо опасных болезней, согласно постановлению правительства №310, которое утверждает правила изъятия животных при ликвидации очагов особо опасных болезней. Убой коров при пастереллезе не предусмотрен. Власти ссылаются на „сочетанный пастереллез“, но возникает вопрос: с чем именно он сочетан? Это требует конкретного диагноза и лабораторных документов. Без актов со ссылками на законодательные нормы оценить правомерность происходящего невозможно. По-хорошему, законность таких действий должен устанавливать суд» [из исходного текста Forbes].
Ящур, которого боятся называть
По одной из версий, которую Forbes подтверждает источником в животноводческой отрасли, причиной могла стать вспышка ящура — опасного вирусного заболевания. Если бы объявили о ящуре, остановился бы экспорт мяса. Поэтому, возможно, и скрывали [из исходного текста Forbes].
Щепеткина не исключает, что речь идет именно о ящуре. Она обращает внимание на вакцинацию: по данным портала госзакупок, в Новосибирскую область закупали вакцину с серотипами А, О, Азия-1, а сейчас вакцинируют животных со штаммом САТ-1. «Если на местности циркулирует один штамм, а прививать другим — защиты не будет», — поясняет эксперт [из исходного текста Forbes].
Ящур — болезнь без лечения. Зараженных животных убивают, трупы утилизируют. В Приморье в 2014 году из-за ящура уничтожили более 19 000 свиней, почти 19% всего поголовья. Эпидемия стоила региональному бюджету около 55 млн рублей. Компания «Мерси Трейд» оценила свои убытки в 500 млн рублей. В конце 2018 года эпидемия повторилась: погибло более 100 000 голов свиней, промышленное свиноводство в крае практически исчезло. Ущерб трех компаний составил 570 млн рублей [из исходного текста Forbes].
Если в Новосибирской области действительно ящур — масштаб может быть сопоставим.
Соседи закрывают границы, регионы усиливают контроль
Власти хотели избежать огласки? Не получилось.
Соседние страны уже отреагировали:
- Белоруссия запретила импорт животных и продукции животного происхождения из Новосибирской области [из исходного текста Forbes]
- Киргизия ввела дополнительные меры ветеринарно-санитарного контроля [из исходного текста Forbes]
- Казахстан вакцинирует всех сельскохозяйственных животных в регионе, граничащем с Новосибирской областью [из исходного текста Forbes]
Реагируют и российские регионы:
- Татарстан запретил ввоз животных на свою территорию [из исходного текста Forbes]
- Краснодарский край усилил досмотр транспорта [из исходного текста Forbes]
Фермеры выдвигают свои версии. Одна из них — попытка крупных производителей убрать с рынка небольшие хозяйства. Так уже происходило с африканской чумой свиней: правила содержания ужесточили настолько, что фермерам стало трудно им соответствовать, и мелкие хозяйства исчезли [из исходного текста Forbes].
Вопрос для дискуссии
90 500 голов скота уничтожено. 200 млн рублей выделено на компенсации. 1,5 млрд — реальный ущерб фермеров. Документов с диагнозом никто не видел. Белоруссия, Казахстан и Киргизия закрывают границы для нашего мяса. А власти говорят: «Рисков больше нет».
Как думаете: что это было — эпидемия, которую чиновники просто не умеют объяснять, или плановая зачистка мелких производителей под видом борьбы с болезнью? И когда, наконец, кто-то покажет фермерам результаты анализов?
Пишите в комментариях — устроим честный разговор о том, сколько стоит молчание чиновников и чьи коровы сгорели в сибирских кострах 🔥
Подписывайтесь на канал «Кино, вино, домино». Здесь мы считаем чужие деньги и следим за тем, как в регионах заканчиваются эпопеи с коровами.