Стремительное снижение цен на нефть стало одной из главных тем мировых СМИ. График, демонстрирующий это падение, широко распространился в глобальном информационном пространстве.
Разберемся в произошедшем. Недавно президент США Дональд Трамп заявил, что предоставляет Ирану 48 часов на открытие Ормузского пролива. В противном случае, Соединённые Штаты готовы нанести удар по иранским электростанциям. Однако озвученные Трампом сроки следует воспринимать с большой долей скепсиса - как это уже было с обещаниями завершить конфликт на Украине «за сутки», затем «за 100 дней», «за полгода», а в итоге.. с фактическим отказом от быстрых решений.
Аналогичная ситуация повторилась и здесь. Было очевидно, что Иран не откроет Ормузский пролив в указанный срок. В случае нанесения удара, Иран, скорее всего, ответит ударами по гражданской инфраструктуре Израиля, Катара, ОАЭ и других союзников США в регионе. Эти государства более уязвимы из-за своей компактности и ограниченности критически важных ресурсов, в частности опреснительных установок. Их повреждение могло бы привести к серьезной гуманитарной катастрофе. Таким образом, Трамп поставил себя в сложное положение: отказ от удара усилил бы восприятие американской слабости, а его нанесение поставило бы под угрозу безопасность ключевых союзников.
Когда срок ультиматума подходил к концу, Трамп объявил, что были проведены «очень продуктивные переговоры» с Ираном и принял решение отложить возможные удары на пять дней. Реакция рынка последовала незамедлительно: цена нефти резко упала со 114 долларов до 97 долларов, по некоторым данным - даже до 92 долларов. Трейдеры расценили заявление как сигнал о возможном скором урегулировании и открытии Ормузского пролива.
Однако данное заявление вызывает ряд серьезных вопросов.
Во-первых, откуда появились сведения о переговорах между США и Ираном? Ни одна из сторон ранее не упоминала о них, подготовка не велась публично, а иранская сторона не подтверждала факт каких-либо контактов. О «договоренностях» мир узнал исключительно из заявления Трампа.
Во-вторых, о чем именно удалось договориться? Первоначальный ультиматум был предельно конкретным: открытие Ормузского пролива в течение 48 часов под угрозой удара. Пролив до сих пор закрыт. Что означает формулировка «откладываем удары на пять дней»? Либо пролив открывается, либо нет. Отсрочка удара без реального прогресса по ключевому требованию выглядит неубедительно. Складывается впечатление, что реальных переговоров не проводилось, а заявление стало способом избежать сложного решения о нанесении удара.
Вместе с тем, нельзя исключать и другую мотивацию. Анализ графика цен на нефть за последние месяцы позволяет выделить три основных периода.
До начала 2026 года цена находилась в относительно стабильном диапазоне около 60 долларов за баррель.
После того как Трамп начал активно нагнетать риторику относительно возможных ударов по Ирану, цена постепенно выросла до 70 долларов. При этом физические поставки нефти еще не были нарушены, Ормузский пролив оставался открытым.
С началом военных действий против Ирана рост цен существенно ускорился.
Более детальный анализ финального участка графика показывает устойчивый восходящий тренд. Цена периодически демонстрировала резкие всплески (например, после закрытия Ормузского пролива Ираном), затем корректировалась, но возвращалась именно к линии среднего тренда, который продолжал неуклонно расти.
При этом наблюдались три заметных отката ниже тренда - каждый раз после объявления Трампом о снятии санкций с российской или иранской нефти. После кратковременного снижения цена неизменно возвращалась к растущему тренду. Такое поведение рынка объясняется двумя ключевыми факторами формирования цены на нефть.
Первый фактор - спекулятивные ожидания трейдеров. Это участники рынка, которые, находясь в офисах, пытаются спрогнозировать будущую динамику цен и зарабатывать на разнице. Они не нуждаются в физической нефти, а лишь торгуют контрактами «на бумаге».
Второй фактор: реальный физический спрос со стороны нефтеперерабатывающих предприятий. Для них нефть является сырьем, необходимым для производства топлива и других продуктов. Именно этот фундаментальный спрос определяет долгосрочный глобальный тренд цены.
Общий восходящий тренд цен на нефть обусловлен именно физической нехваткой сырья в мире, вызванной закрытием Ормузского пролива. Нефтеперерабатывающие заводы вынуждены приобретать нефть по растущим ценам, чтобы не останавливать производство.
Резкое падение цены, которое наблюдалось после заявления Трампа, носит исключительно спекулятивный характер. Трейдеры отреагировали на новость снижением покупательной активности в ожидании дальнейшего падения. Однако физический дефицит нефти никуда не исчез.
В результате уже через несколько часов цена начала восстанавливаться, поднявшись со 98 до 106 долларов за баррель. С высокой вероятностью цена продолжит рост и в дальнейшем достигнет отметок 114, 120, 140 и даже 150 долларов за баррель, пока Ормузский пролив остается закрытым. Никакие заявления не способны изменить объективную физическую реальность дефицита.
В этой связи возникает вопрос: с какой целью делаются подобные заявления? Существует версия, согласно которой Трамп сам выступает в роли крупного спекулянта. В отличие от обычных трейдеров, он обладает возможностью формировать рыночные ожидания через публичные заявления, что позволяет прогнозировать и использовать колебания цен в своих интересах. Если такая схема действительно применяется, то наличие президента, использующего внешнеполитическую риторику для личной выгоды на нефтяном рынке, создает серьезные риски для Соединённых Штатов.
Спасибо за прочтение. Вам всё понравилось? Если вы ещё не подписались, то сделайте это пожалуйста. Вам 5 секунд, а мне развитие и новые статьи.