Представьте: вы только что покормили пса, он умял полную миску корма, довольно облизнулся и уселся, глядя на вас, будто никакой миски и не было. А взгляд то какой, словно трое суток не ел, не иначе...
Для хозяев лабрадоров - это привычное дело. Как и соседи, которые каждый раз при виде пса, как будто с укором произносят: "дааа, еще в боках Шарик прибавил, совсем раскормили бедную псину!". Порой так и хочется подобрать в ответ словцо по жестче, чтобы не судили о том, чего не знают... Бедный "Шарик" и так получает меньше своей нормы, чтобы не поправляться, да все без толку.
У нас, к слову, так и происходит. Нора уже давно и стабильно получает чуть меньше своей нормы и еле-еле держится в приличной форме при вполне достаточной двигательной активности. А чуть только пожалеешь и прибавишь пару лишних гранул, вес сразу пойдет вверх.
И вот наконец, ученые из Кембриджа разобрались, что происходит на самом деле. Оказалось, что дело не в нас и даже не в характере питомца. Дело в особенном гене, о существовании которого большинство владельцев лабрадоров даже не подозревает.
Проблемный ген
Исследование под руководством доктора Элеанор Раффан с кафедры физиологии и нейробиологии Кембриджского университета показало: примерно у каждого четвёртого лабрадора есть мутация в гене под названием POMC - проопиомеланокортин.
Этот ген отвечает за два связанных процесса: регуляцию чувства голода и управление расходом энергии. Когда он работает нормально, собака наелась, получила сигнал "достаточно" и успокоилась. Но в ситуации с мутировавшим геном все происходит иначе.
Между приёмами пищи эти собаки голодают сильнее, чем другие. Их мозг быстрее возвращается в состояние "хочу есть", а насыщение наступает примерно так же, но удерживается значительно меньше.
В состоянии покоя их организм сжигает примерно на четверть меньше калорий, чем у здоровых собак той же породы и размера. Метаболизм просто сам по себе более экономичен независимо от активности.
В совокупности эти факторы наносят серьезный удар, ведь лишние килограммы откладываются даже при, казалось бы, разумных рационе и двигательной активности.
"Аппетитный" эксперимент
Чтобы доказать, что дело именно в мутации, а не в привычках или воспитании собак, учёные провели несколько тестов с участием восьмидесяти семи взрослых лабрадоров.
- Первый тест был на насыщение. Собакам давали корм каждые двадцать минут, пока они сами не отказывались есть. В результате собаки с мутацией и без неё насыщались примерно одинаковым количеством пищи.
- Разницу продемонстрировал второй тест. Утром собак кормили обычным завтраком, а через три часа в комнату вносили прозрачную пластиковую коробку с колбасой.
Собаки без мутации проявляли умеренный интерес: нюхали, толкали коробку, а потом быстро переключались на что-то другое. Собаки с мутацией вели себя иначе. Они бились над коробкой значительно дольше и настойчивее, скребли, толкали, пытались перевернуть, и повторяли все снова и снова.
Именно это исследователи и называют "постоянным поиском еды". Дело не в жадности или дурном воспитании, просто мозг буквально посылает сигнал "голодной тревоги" раньше, чем это становится необходимо.
- Третий этап эксперимента расставил все точки. Собак поместили в специальную камеру, измеряющую состав выдыхаемых газов (стандартный способ оценить расход калорий в покое). Животные с мутацией сжигали на двадцать пять процентов меньше энергии, чем их сородичи без неё.
Для хозяев
Доктор Раффан сказала об этом прямо: "Люди часто осуждают владельцев полных собак за то, что те не соблюдают режим питания и не дают своим питомцам достаточно движения. Мы же показали, что у конкретно у лабрадоров с этой мутацией дело в чистой физиологии".
Такая мутация, кстати, встречается не только у лабрадоров. У гладкошёрстных ретриверов она обнаруживается и вовсе у двух третей особей. Для собак этой породы эксперимент актуален вдвойне.
Бороться надо, но без паники и строгих диет
Хорошая новость состоит в том, что данная мутация - не приговор. Держать такую собаку в форме сложно, но не невозможно.
Ученые приводят несколько рабочих методик:
Дробное кормление. Вместо одного-двух больших приёмов пищи - три или четыре маленьких. Общий объём тот же, но промежутки между едой короче, следовательно, мозг получает сигнал "поел" чаще, а голод наступает позже.
Кормушки-головоломки. Это не просто игрушка ради игрушки. Когда собака ради каждого кусочка должна выдавливать, вытаскивать, и решать задачу, процесс усложняется, прием пищи растягивается во времени и сам по себе превращается в неплохое "кардио" для полненьких лабров.
Контроль промежуточных калорий. Лакомства за тренировку, кусочки со стола, угощения от гостей лучше свести к минимуму. Благодаря им как раз и набирается тот критический объем калорий, приводящий к ожирению.
Периодические взвешивания. Они помогут отследить динамику и оценить эффективность принятых мер и соблюдаемых диет.
А что вы думаете, когда видите собаку с ожирением? Вините ли хозяина в безответственности или сначала глубже изучаете вопрос?