Повторяем: воспитание детей — дело трудное, это большой, напряженный, требующий постоянного внимания труд. Как и всякая другая работа, воспитание требует предельной простоты и искренности... Воспитывать надо многие годы, и никакая поза просто невозможна. Наконец, в воспитание входит и сложный процесс формирования отношений между детьми и родителями, затрагивающий самые глубокие и интимные чувства. При первом же конфликте (а без них не обойдешься) позирование прекратится само собой. Чем выше интеллект родителей и чем он безыскусственнее развернут перед детьми, тем легче воспитание. Но при этом всегда надо помнить, что я, родитель, воспитываю, а не меня воспитывают. При этом никогда нельзя как-то особенно угождать детям, чтобы они нас любили. Такая ориентировка почти всегда ведет к потере представления, кто кого воспитывает. Дети говорят:
— Папка, ты мне надоел!
— Мамка, не приставай!
То есть говорят, как плохой воспитатель, и родители позволяют «плохо себя воспитывать»...
Когда мы говорим, что правильное воспитание требует «предельной искренности», мы совсем не понимаем под этим интимной откровенности родителей с детьми. Здесь речь о другом: об искренности и простоте извечной позиции детей и родителей. Родители — взрослые люди, опытные, знающие; они воспитывают и руководят; положение детей — подчиненное. Опыт показывает, что, как дым, разлетается «уравнительная» позиция родителей, когда дети вырастают и уже всерьез «диктаторствуют». Поэтому уравниловку надо считать лживой, искусственной, так как родители хотят прежде всего себя показать, что они не такие, как все.
Общеизвестно, что дети тонко и остро чувствуют и ложь, и проявление большого, глубокого и искреннего чувства, будь то радость или страдание. Но проявление сильных чувств не должно быть частым, иначе к ним привыкают. Вообще надо избегать всякой аффектации, слишком бурного проявления при детях чувств — все равно каких. Всякое состояние аффекта необычно для нормального человека, и дети воспринимают его проявление как-то болезненно. Привычка к аффектации ведет к неискренности и наигранности внешнего проявления чувств. Иногда это в известной мере имеет место при встречах школьных подруг.
Можно рекомендовать воспитание сдержанности — и у детей, и у родителей. Умение владеть своими чувствами — это необходимый элемент общежития. «Плотоядные» и даже страстные поцелуи в самые неподходящие места, расточаемые матерями, следует считать совершенно недопустимыми. Они, несомненно, расслабляют нервную систему детей, рано будят чувственность и ведут к распущенности и несдержанности (вероятно, и половой). Проверить это трудно, но наблюдения реакций у детей в подобных случаях говорят за это предположение.
Проявление чувств требует большой культуры. Просто зоологические чувства: страх, злоба, даже радость, не украшенные, не управляемые и не заторможенные волей, интеллектом и прочим, — вероятно, должны быть отвратительными. Когда мы видим проявление малозаторможенных чувств, это неприятно. У Брема есть страшные описания эмоций гориллы...
Красота и глубина человеческих чувств как человеческая специфичность, несомненно, обусловливаются мощностью тормозов, которые накладывает на них личность. Эти тормоза надо воспитывать, они понадобятся во всех случаях жизни.
Прежде всего они обеспечивают необходимую сдержанность родителей и общий спокойный, без аффектации, тон семьи.
Мы знаем случай, когда мать 5 месяцев была на партийной работе и была разлучена со своим четырехлетним сыном.
И мать, и сын были очень привязаны друг к другу, и оба очень скучали.
Когда мать ехала к ребенку, она твердо решила не допустить никакой аффектированной сцены встречи.
И хотя ей страшно хотелось схватить ребенка и прижать к груди, она сдержала себя и нежно, но спокойно с ним поздоровалась. С самым деловым видом занялась чемоданами и вынула оттуда игрушки, которые привезла ребенку. Мальчик отвык от нее и держался спокойно, хотя несколько суетливо. Ребенок занялся игрушками, часто подбегал с вопросами, мать была нежна, но на руки его не брала. Часа через три мальчик освоился и вскарабкался ей на колени, мать обняла его, и он сейчас же заплакал. Но мать уже владела собой и весело заговорила с ребенком. Он сейчас же перестал плакать, и между ними произошел такой диалог:
— Почему ты так долго не приезжала?
— Я была на работе.
— Какие длинные эти работы, — вздохнул мальчик.
Вечер они провели очень весело, мать купала его, и он, радостный и спокойный, лег спать.
Вот это и называется беречь нервы ребенка, приучать его к сдержанности. Можно было бы при встрече разыграть очень сложную мелодраму со слезами и страстными поцелуями. Может быть множество вариантов подобных встреч, но всегда следует разумную целеустремленность воли противопоставлять аффектации.
Такая воля, действующая постоянно и систематически, и есть настоящий родительский долг и сознание ответственности. Всегда владеть своими чувствами и страстями, никогда не терять основную цель и детали — в этом и состоит умение воспитывать. В приведенном нами примере мать, если хотите, сыграла определенную роль, которую в этот момент она считала наиболее целесообразной; надо, кстати, сказать, что мать не была педагогом и педвуза не кончала.
Допустимы ли игровые приемы в воспитании своих детей? В данном случае мы говорим о деловой установке с определенной четкой целью и заданием на определенный срок, а не о той шутливой игривости, с которой у нас часто не в меру пристают к детям...
Макаренко А. С., Книга для родителей. - М.: Директ-Медиа, 2014 — 315 с. с.285-286