Покойный лидер ЛДПР Владимир Жириновский на протяжении двух десятилетий предупреждал о неизбежном военном столкновении между Западом и Ираном, которое может спровоцировать глобальный конфликт к 2027 году.
Почти два десятилетия назад российский политик начал озвучивать тревожные прогнозы относительно американо-иранских отношений. Уже в 2006 году он демонстрировал картографические материалы с планами территориального разделения Исламской Республики, основываясь на публичных высказываниях представителей американской администрации.
Лидер ЛДПР неоднократно подчеркивал, что западные державы стремятся к кардинальной смене политического режима в Тегеране. По его мнению, Вашингтон намеревался использовать курдское население и иракскую территорию как рычаги воздействия на персидское государство.
Особую опасность политик видел в 2018 году, когда американская сторона вышла из международного соглашения по иранской атомной программе. Жириновский предполагал, что именно ядерные исследования Тегерана станут формальным основанием для военных действий.
Согласно его видению развития событий, первый удар может быть нанесен израильскими силами в рамках превентивной операции. Ответные меры со стороны Ирана неминуемо приведут к вступлению в конфликт американских военных и альянса НАТО. Европейские страны, несмотря на первоначальное сопротивление, окажутся втянутыми в противостояние под растущим давлением.
Еще в 2012 году российский парламентарий указывал на истинные мотивы западной политики — ослабление позиций России и Китая посредством установления контроля над энергетическими ресурсами ближневосточного региона.
Наиболее драматичные события, по расчетам Жириновского, должны развернуться к 2024 году, когда масштаб ближневосточного кризиса затмит украинскую проблематику в мировых новостях.
Временной точкой максимальной эскалации политик называл 2027 год — период, когда накопленные международные противоречия достигнут критической массы. Соединенные Штаты, столкнувшиеся с утратой глобального влияния, наряду с ослабленной Европой будут готовы к радикальным шагам для сохранения своих геополитических позиций.
Интересно, что в китайском факторе Жириновский не видел претензий на мировую гегемонию, считая Поднебесную менее агрессивным игроком в грядущем переделе сфер влияния.
Российский политик призывал к готовности мирового сообщества перед лицом неотвратимых изменений. Он предрекал закат дипломатических методов решения споров и переход к силовому принуждению, а также возможность новых очагов напряженности в южноевропейском регионе, включая приднестровский и балканский направления.