Штаты намерены разобрать Иран по частям. Любые попытки президента Дональда Трампа выбить перемирие — это лишь передышка для нанесения еще более мощного удара по Тегерану, заявил в интервью URA.RU специалист Института Ближнего Востока и эксперт Российского совета по международным делам Сергей Балмасов. По его мнению, у Ирана есть еще много сюрпризов не только для США и Израиля, но и для монархий Персидского залива, которым будет очень опасно вступать в войну.
К чему привела война на Ближнем Востоке
— Операция США и Израиля против Ирана идет почти месяц. Тегеран пока не собирается сдаваться, а американцы не выходят из конфликта. Что будет дальше: эскалация или, возможно, снижение напряжения?
— Пока идет война на истощение. Иран активно пытается исчерпать боезапас у противовоздушных систем стран региона, США и Израиля. У Ирана старательно выбивают военную и гражданскую инфраструктуру.
Подводить итоги рано. У нас многие бегут впереди паровоза, пытаясь показать, что США и Израиль уже проиграли. Дональд Трамп и Биньямин Нетаньяху изначально говорили, что на противостояние придется потратить много недель. Сохраняется перспектива эскалации.
При этом в Штатах надеялись на относительно быстрый исход. В США уже выросла цена на бензин — это один из важных электоральных показателей (осенью в Штатах пройдут промежуточные выборы в Конгресс — прим. ред.). Трампу нужно будет что-то с этим делать.
Один из вариантов решения — ужесточение бомбардировок и попытка захвата островов в Ормузском проливе с целью его разблокировки.
Зачем американцам захватывать остров Харк
— Последние дни идут разговоры о возможной высадке американского десанта на остров Харк, где обрабатывается более 90% экспорта иранской нефти. Это лакомая для США цель?
— Трамп ищет возможности больнее надавить на слабые точки Ирана. Стороны упорствуют и готовы к эскалации.
Не надо думать, что даже в случае идеального проведения операции на острове Харк, у Трампа все будет хорошо. Здесь нет стопроцентного решения проблемы. Несколько тысяч американских морских пехотинцев будут иметь определенную роль для кратковременного контроля островов, но, как показывает практика, занятие островов у побережья противника без нейтрализации этого побережья ведет к большим потерям.
У Ирана все равно останутся дроны и ракеты, которые позволят бить по танкерам. Беспилотники Shahed летают на сотни километров. Здесь для Трампа будет дилемма дальнейшего втягивания в конфликт и направления более серьезного воинского контингента.
— Будут ли США или Иран уничтожать нефтяную инфраструктуру на острове Харк в случае десантной операции, или же она нужна и Вашингтону, и Тегерану?
— Если будут столкновения, очень сложно работать ювелирно. Сомневаюсь, что иранцы сдадут его без боя. Ни одна из сторон не заинтересована в уничтожении нефтетранспортной инфраструктуры на Харке, но серьезные отклонения возможны даже у высокоточного оружия, поэтому гарантировать ничего нельзя.
Полагаю, что Трамп захочет захватить Харк и острова в Ормузском проливе как голливудский герой, объявить о победе, тряся кулаками. Сомневаюсь, что это будет так.
Какой козырь есть у Ирана против стран Персидского залива
— Захват «нефтяного сердца» станет сильным ударом для Ирана? Чем Тегеран сможет ответить, или после этого стороны наоборот смогут сесть за стол переговоров?
— Рассчитывать на капитуляцию Тегерана не стоит. Скорее будут эскалация и иранские удары, например, по водоочистным объектам в странах региона. Иран может подорвать «шиитскую и гастарбайтерскую бомбы». В Бахрейне шиитское население превышает 80%, в Кувейте — более 50%. В Саудовской Аравии доходит до 20%, причем в Восточной провинции, где саудиты добывают основную часть нефти, более 50% населения — шииты. Они также есть и в ОАЭ (около 15% населения — прим. ред.).
Если Иран использует “миграционное оружие”, “гастарбайтерскую бомбу”, параллельно выбивая инфраструктуру, то для аравийских монархий все может сложиться очень печально.
В странах Персидского залива достаточно сложная ситуация с шиитами. Гастарбайтерский вопрос придавливали жестокостью условий нахождения рабочих. Если власть качнется, инфраструктура будет разрушена, а на улицы выйдут миллионы мигрантов, довольно сплоченных между собой, то возможны очень разные варианты, вплоть до обрушения монархий. Возникает риск серьезных потрясений, тем более, если лишить аравийские страны воды, вывоза нефти и газа.
Почему не работают предупреждения США и Турции
— Трамп 22 марта грозил уничтожить иранские электростанции, «начиная с самой крупной», если Тегеран не откроет Ормузский пролив в течение 48 часов. Потом Трамп 23 марта отложил удары по энергетике после неких «удачных переговоров», но иранские СМИ отвергли факт контактов. Атака на энергетику была бы чувствительной для Тегерана?
— Это серьезная угроза, учитывая, что последние два года в Иране наблюдалась нехватка электроэнергии не только для промышленных предприятий, но и для обычных граждан. Были серьезные перебои. Если энергетические объекты Ирана повредят, их не починить в одночасье.
— Как может ответить Иран?
—Если США ударят по электростанциям, Иран будет пытаться наносить удары водоочистным сооружениям аравийских монархий, от которых сильно зависит население. У Ирана есть возможности для ответа: удар по газовой и нефтяной инфраструктуре, например, в Восточной провинции Саудовской Аравии, станет очень чувствительным. У Тегерана есть серьезные запасы дронов, ракет, они рассредоточены по разным объектам, некоторые типы оружия еще даже полноценно не использовались и не засвечивались. От Ирана еще можно ожидать много сюрпризов.
— В МИД Турции заявили 22 марта, что Иран получил «последнее предупреждение» из-за ударов по соседям. Если они продолжатся, страны Персидского залива «примут меры в качестве ответа». 24 марта Wall Street Journal написала, что ОАЭ и Саудовская Аравия готовы вступить в войну с Ираном. Эскалация неизбежна?
— Между Ираном и монархиями Персидского залива, за исключением Катара и Омана, всегда были серьезные противоречия. Другое дело, что раньше у этих стран не было такого единства в борьбе с Тегераном, теперь и Катар с Оманом могут поменять позицию на недружественную.
От включения аравийских монархий в войну мало что изменится. Да, у эмиратов и саудитов есть сотни самых современных самолетов, но в том же йеменском конфликте они не показали высокую эффективность.
Удары по ОАЭ, Саудовской Аравии, другим странам региона могут быть гораздо более разрушительными. Они очень боятся полноценно втягиваться. Они полностью вступят в войну только в том случае, если реально будет вырисовываться иранский надлом. Тот же Катар не хочет, чтобы начисто вынесли его отрасль сжиженного природного газа (СПГ), в которую десятки лет вкладывали десятки миллиардов долларов.
Зачем Трампу перемирие с Ираном
— От чего зависит завершение войны на Ближнем Востоке? Сколько времени США и Израиль готовы ее продолжать? Есть ли запас прочности у Ирана?
— Операция начиналась с требованием к Ирану демонтировать ядерную и ракетную программы. Отступать от этого стало бы поражением для Израиля и США, с таким бэкграундом тяжело идти на выборы, поэтому давление будет усиливаться.
У Ирана тоже безвыходная ситуация, соглашаться на такие условия — это не просто будет означать капитуляцию, а демонтаж иранского правящего режима.
Узел затянулся и его будут рубить. Вопрос в том, у кого больше прочности.
Трамп уже намекал, что он не против повторить ситуацию лета 2025 года, когда 12 дней повоевали и помирились. Иран поумнел и прекрасно понимает, что его хотят кушать по частям.
США сейчас готовы сделать временный мир, чтобы через считанные месяцы снова нарушить и нанести более существенный удар. Иран к тому времени будет уже в более невыгодной позиции.
В конфликте на Ближнем Востоке нашла коса на камень, будет идти война на истощение. Многое зависит от того, как удастся разблокировать Ормузский пролив. Если США захватят острова вдоль побережья, то иранские возможности будут снижены, но гарантировать безопасность танкеров может только полноценная сухопутная операция на побережье.
Что выигрывает Россия от войны на Ближнем Востоке
— Что в этой ситуации делать России?
— Каждый день конфликта на Ближнем Востоке приносит России сотни миллионов долларов. Идет дикий перерасход американских современных ракет для зенитных ракетных комплексов Patriot и противоракетных комплексов THAAD, которые могли бы использоваться на украинском направлении. Нам это выгодно.
Надо максимально способствовать тому, чтобы это продолжалось. Это сильно отводит внимание недоброжелателей от России.
В любом случае рано или поздно наступит мир. Голос России очень сильно понадобится для того, чтобы быть гарантом между Ираном и Штатами. К Трампу есть очень сильное недоверие, поэтому добиться соглашения будет сложно.